Рубежи (СИ) - Штенье Робин

— Э-э, — почесывая затылок, потянул брат. — Денис, это наша с тобой бабушка.

— Бабушка? — не понял Дэн. — Откуда?

— Мда… Надо было все-таки рассказать тебе о том, откуда дети берутся… В общем…

— Я — Елизавета Аркадьевна Воронцова, — поняв, что от Ильи вразумительного объяснения не дождаться, старушка взяла инициативу в свои руки. — И если вы, молодой человек, правда сын Владимира Андреевича Воронцова, то спешу сообщить, что я ваша бабушка.

Мозги включаться не хотели. Дэн перевел непонимающий взгляд на брата, потом на Елизавету Аркадьевну, снова на брата. Зажмурился, тряхнул головой, в которой было пусто. По-хорошему, надо бы еще поспать, но уже у себя дома, предварительно разобравшись, что случилось с магией. Он вновь посмотрел на старушку и заискивающе улыбнулся.

— Здрав… — снова зажмурился и покачал головой. — То есть, извините. Я… я очень сожалею, что вот так оказался в вашей квартире. Надеюсь, это можно будет как-нибудь компенсировать.

Елизавета Аркадьевна вздохнула и обернулась к Илье:

— А ты был прав. Действительно, немножко дурачок. Прям как Володька — ваш папка. Тот тоже весь такой из себя независимый и гордый, а сам одного ребенка чуть не угробил, да и второй…

— Ба! — возмутился Илья.

— Ну да, ну да, про Володеньку плохо не говорим, — она вновь обернулась к Дэну. — Где ванна Илюша покажет. Пятнадцать минут на сборы и на кухню. Я как раз на стол накрою.

— Не стоит, — попытался возразить Дэн. — Я не…

— Вы еще со мной спорить будете, молодой человек, после того, как тут без сознания свалились, а потом еще сутки отсыпались?

— А… Но… Извините. Я… я понял. Через пятнадцать минут буду на кухне.

— То-то же!

Только когда она скрылась за дверью, а потом где-то за стенкой загромыхали тарелки, Илья позволил себе рассмеяться.

— Бро, да ты себя прям сверх избранным что ли возомнил? Бессмертное божество, угу. Это ж надо додуматься сказать бабушке, что есть не будет! Ладно, пошли покажу, где ванная комната, а то у тебя такой вид, будто прям так сейчас сбежишь.

— Я хотел… Магия не работает.

— Слепое пятно, — Илья пожал плечами.

— Но я же сюда телепортировался.

— Угу. И до этого в особняк к Николасу, хотя там похожая фигня с магией. Дэн, я не просто так сказал бабушке, что ты дурачок. Ты несколько месяцев как вернулся из Лабиринта Смерти, а до сих пор не дошло, что твои руны сейчас нечто среднее между плетениями творцов и векш. И нет! Не тянись сейчас за огнем, ты реально вымотан, хорошо, река тебя сюда выбросила, а то страшно представить, каких подвигов еще бы натворил.

Еще вчера он бы огрызнулся, что это Илья отправил его в подземелья Шамбалы. А еще раньше устроил цирк с векшами. И до этого… Сколько всего наворотил сам Дэн перечислять можно было до скончания веков. Начать, например, с разрушенного амулета. Это, получается, Илью сюда выкинуло из череды вероятностей, и жив он только благодаря Елизавете Аркадьевне, судя по разговорам про скорую.

Дэн поднялся, прошел к шкафу, стал разглядывать фотографии в простеньких рамках, приставленных к корешкам потрепанных книг. Мальчишка, изображенный на них, точно был их отцом. Семья…

— Бабушка, значит? — спросил Дэн и обернулся к брату.

— Угу. У нас еще одна есть в Тель-Авиве. И дедушка. Тебе стоит с ними познакомиться, когда все закончится. Если все закончится хорошо… Вероятности — далеко не будущее, хотя я пытаюсь направлять вас по наиболее удачному развитию событий. Иногда, правда, выходит как сегодня… Но я, честно, не могу рассказать все, что видел, целиком — от и до. Амулет, что ты тогда уничтожил, мне вручил демон Максвелла, и надев его, я дал клятву служить ему. А он не хочет, чтобы ты знал все досконально. Прости.

— Не стоит. Ведь от этого амулета зависела твоя жизнь.

Илья не ответил, отвернулся к двери и вперился в нее застывшим взглядом. На краткий миг показалось, что сейчас его место займет река, но карие глаза не спешили менять цвет. Что-то темное крылось за этой историей с амулетом, только интуиция подсказывала оставить ее в покое.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Можешь оставить щенка себе, — Дэн решил сменить тему разговора и угадал, потому что брат живо обернулся и в глазах у нее загорелись огоньки. — Ты думал, я забыл, что завалился сюда со щенком? Чтобы под шумок присвоить его себе, да? В общем, можешь не под шумок. Дарю.

— Спасибо, — Илья счастливо улыбнулся. — Надо будет ему крутую кличку выбрать! Но чтобы не пафосную. Хм… Кстати, пока не забыл. Я же обещал тебе за спасение девчонки имя творца сказать, чье появление в игре спасет и Лану, и Милу, и может даже тебя самого.

— Ну и?

— Ян Смирнов.

О том, что брат Ланы тоже творец, Дэн как-то не задумывался. Но ведь Ян и впрямь им был, причем потомственным! И если сам демон Максвелла положил на парня глаз, значит, в нем кроется реальная сила.

— Макс тебя убьет за такое предложение.

— Угу, — согласился Илья. — Поэтому сию дивную новость ему расскажешь ты.

Дэн задумчиво покивал, соглашаясь со справедливостью такого выбора, а потом рассмеялся. Илья подхватил. На их смех с кухни пришла бабушка и прогнала одного в ванную и потом одеваться, второго сразу на кухню, где они потом долго просидели, слушая невероятные истории про детство и юность их отца.

Как-то так само собой получилось, что после этого случая Дэн в любой непонятной ситуации стал обращаться к брату. И Илья дал много полезных советов, как с мессенджером, например, с помощью которого Дэну удалось закрепиться в памяти Ланы, замаскировавшись никнеймом и аватаркой.

А потом открыли Врата, и он зациклился на поисках Ланы, выкинув всех остальных из головы и даже из сердца. Носился со своим горем, не замечая чужих слез и потерь, пока Сеня с Яном удерживали Внешний Рубеж и, судя по тому, что хищные тени еще не бродят среди людей, удержали. Что ж, с Яном брат не прогадал. Как и с рекомендацией обратиться к Айзеку Нилану, чтобы тот научил Дэна руне, позволяющей проникнуть в память души о прошлых жизнях. Потому что с помощью этой руны можно было восстановить ритуал воззвания к Агни, и тогда Ян сможет заново активировать уже Внутренний Рубеж. И если у заговорщиков или у Макса получится очистить оставшиеся руны-сателлиты, закрыть Врата будет гораздо проще.

Илья ждал его в коридоре. Стоял, прислонившись к стене, и листал ленту на экране смартфона. Декстер сидел рядом, отбивая по полу хвостом приглашение прогуляться на свежем воздухе. Что ж, сейчас им подобная как раз и предстоит. Дэн погладил пса по загривку и посмотрел на брата, думая, как начать.

— Я не видел, как они открылись, — не отрываясь от телефона, признался Илья.

— Не важно, — Дэн качнул головой. — В том смысле, что твоей вины здесь точно нет. Ты просто физически не мог проверить все вероятности.

Илья закрыл глаза и глубоко вздохнул, сунул мобильник в карман джинс, повернулся к Дэну и посмотрел в глаза.

— Ты не понял, — сказал он. — Я не видел, как они открылись. Но знал, что откроются.

— Это ты не понял, — Дэн похлопал его по плечу. — Врата открыл я. И, надеюсь, закрою тоже я. А пока, братишка, мне очень сильно нужна твоя помощь.

Глава 24. Руины

Мила стояла напротив окон своей двухэтажной уютной квартирки и вглядывалась в темные окна. Внутри никого не было и быть не могло. Домашних животных она не держала, жила одна, и поэтому темнота окон выглядела естественной. В отличие от всего остального.

Первое, что кричало неестественностью — это тишина пустой улицы. Ни гула людских голосов, ни шума машин. Ничего, кроме шелестящего фона капель дождя, которые казались единственным органичным элементом, вписанным в очередной ночной кошмар.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

«Это Питер, детка».

Тут всегда идет дождь, если не снаружи, то внутри. В твоем сердце.

Мила сделала шаг вперед — с дороги на тротуар, но все равно стояла по щиколотку в воде. Улицу залило так сильно, что номера некоторых машин невозможно было увидеть. И дождь все еще не переставал. Мила не знала, почему оставалась здесь, глядя на пустые окна. Она вся промокла, и могла бы запросто поучаствовать в конкурсе «мокрая майка», и, возможно, даже победила бы в нем, так как не надела лифчик. На ней вообще ничего не было, кроме кружевных трусиков и футболки Яна, в которой он пришел на свою первую тренировку в Башне Творцов. Почему она оказалась так одета — загадка даже для нее самой. Может, так Мила пыталась почувствовать с ним хоть какую-то связь? Спрятаться в его футболку, отгородиться ею как щитом от любых кошмаров и… Что? Почувствовать его запах? Вспомнить момент, когда Ян вновь вернулся в ее жизнь спустя столько лет? В тот день она провела ему экскурсию по Башне и пыталась рассказать что-то об основах плетения рун.