Линн Флевелинг - Крадущаяся Тьма

«Колдовство, — гадала Бека, — или просто боевое искусство?» Все знали, что Клиа сильна в тактике, но именно ее привычка всегда быть впереди сражающихся делала ее такой популярной в войсках. Поговорив о чем-то с одним из хирургов, Клиа стала ходить среди раненых, хваля за храбрость и обнадеживая, и расспрашивая о подробностях битвы. Миррини заменила Беку и заковыляла к ней.

— Первая турма сегодня снова отличилась. Я видела, как вы прорвали ряды неприятеля как твоя нога?

Бека поморщилась: помощница Толеса как раз закончила бинтовать ее рану. Натянув порванные штаны, девушка попробовала согнуть ногу.

— Не так плохо, капитан. Ездить верхом я смогу.

— Вот и прекрасно. Клиа хочет, чтобы несколько патрулей отправились на разведку еще до рассвета. В каком состоянии твоя турма?

— Последнее, что я узнала, — это что погибли четверо, включая сержанта Портуса, и тринадцать пока не объявились. Как только выйду отсюда, я соберу всех и доложу тебе. — На самом деле Бека с ужасом думала о перекличке. Лежа в госпитальной палатке, она не могла прогнать воспоминание об изуродованном теле юного Ретуса, втоптанном в грязь. Он ведь был первым, кто встал рядом с ней в той стычке с бандитами.

Миррини мрачно покачала головой:

— Ну, может быть, тебе повезло больше, чем другим. Капитан Ормонус погиб в первой же атаке вместе с большей частью одной своей турмы. Да и мы в целом потеряли примерно треть эскадрона.

Клиа подошла к ним и опустилась на корточки рядом с Миррини. Бека лежа неуклюже отдала ей честь. Сегодня Клиа выглядела старше своих двадцати пяти лет. От усталости в углах глаз, вокруг рта и на гладком лбу появились морщинки.

— Такой большой отряд… — тихо проговорила она, рассеянно теребя конец темной косы. — Целый кавалерийский пленимарский полк и туча пехотинцев в тех самых холмах, которые мы патрулировали уже неделю! — Клиа бросила на Беку оценивающий взгляд. — Как, по твоему мнению, им это удалось, лейтенант?

Бека посмотрела через дверь палатки на дальние холмы.

— Там ведь сотни маленьких долин. Любой, кто хорошо знает местность, мог провести в них небольшие группы солдат; там они и затаились, не разжигая костров, а когда время подошло, к ним послали скороходов с приказом собраться в назначенном месте.

Клиа кивнула:

— Так думают и другие. Миррини говорит, что ты хороший следопыт. Если ты училась этому у своего отца и у Серегила, то немногие с тобой сравнятся. Я хочу, чтобы твоя турма завтра отправилась в холмы: посмотрим, что тебе удастся обнаружить.

— Слушаюсь, командир! — Бека села и отсалютовала Клиа.

— Хорошо. Я могу дать тебе и еще конников, если ты сочтешь, что в том есть нужда.

Бека обдумала предложение, потом покачала головой:

— Нет, мы сможем двигаться быстрее и более скрытно, если нас окажется не слишком много. Клиа хлопнула ее по плечу.

— Ну, вот и договорились. Я понимаю, что это похоже на поиски гадюки в соломе. Выясни все, что сможешь, и посылай донесения. Не ввязывайся в бой, если только тебя не загонят в угол. Миррини, кого еще ты посылаешь на разведку?

— Лейтенант Корис отправляется в предгорья с одной декурией. С остальной частью его турмы я проверю главный перевал.

— Я пошлю сообщение Фории, что нам нужны подкрепления, — сказала Клиа, поднимаясь. — И если повезет, остальная часть полка вернется с побережья через день или два. Желаю— удачи вам обеим.

— Будь осторожна, командир, — усмехнулась Миррини, стукнув кулаком по сапогу Клиа. — Не вздумай героически погибнуть, пока меня не будет.

— Обязательно подожду, пока ты вернешься, — лукаво ответила Клиа. — Я же понимаю, что ты не захочешь пропустить такое событие.

— Одержима Сакором, не иначе, — пробормотала Миррини, глядя вслед подруге. — Удачи тебе, Бека, и будь осторожна.

— Спасибо. Постараюсь, — ответила Бека. Когда Миррини ушла, она поднялась и стала высматривать среди раненых знакомые лица. Скоро она их нашла — и к тому же слишком много. Ариани из декурии Бракнила поманила ее из угла палатки.

Она была ранена, но легко, и могла держаться в седле. Другим повезло меньше. Микал получил удар копьем в живот, а Теле раздробило ногу. Рядом с ними Стеб прислонился к плечу своего друга Мирна, прижимая руку к окровавленной повязке на левом глазу. И это было еще не самое худшее.

Группа воинов окружила тело своего товарища. Это был Аулос, брат— близнец Калласа. Пленимарский пехотинец выбил его из седла уже перед самым отступлением и вспорол ему живот. Брат вынес Аулоса с поля боя и теперь сидел, положив голову раненого себе на колени.

Бека ощутила холодный ком в желудке. Хирург разрезал одежду Аулоса и отогнул кольчугу, но обнаружилось, что рана слишком велика, чтобы ее можно было зашить. Бледный и покрытый потом, юноша тяжело дышал, молча глядя на брата. На лице того, как в зеркале, отражалось ужасное страдание. Близнецы всегда были неразлучны, печально вспомнила Бека, и в веселье, и в бою.

— Ему дали снадобье, но он все равно все чувствует, — сказал Каллас тихо, когда Бека опустилась на колени рядом. Слезы струились по его щекам, но он оставался неподвижен, терпеливый, как каменное изваяние. — Толес говорит, ничего сделать нельзя, только облегчить ему конец. Но он не может уйти! Мучение все тянется… — Каллас помолчал, закрыв глаза. — Как его родич, лейтенант, я прошу позволения… поторопить его.

Бека взглянула в лицо раненому, гадая, понимает ли тот, что происходит. Аулос посмотрел ей в глаза и слегка кивнул, беззвучно прошептав «Пожалуйста».

— Найди кого-нибудь, Мирн. Быстро! — приказала Бека.

Мирн выскользнул из палатки и через несколько секунд привел санитара. Тот умело вскрыл артерию на ноге Аулоса, и дыхание страдальца почти сразу стало слабеть. С последним долгим вздохом он прижался лицом к груди брата и умер.

— Да возьмет Астеллус тебя к себе, и да осветит Сакор твой путь, — прошептала Бека короткую солдатскую молитву о павших. Остальные нестройным хором вторили ей.

— Те, кто может двигаться, помогите Калласу похоронить брата, потом присоединяйтесь к турме. Раненые останутся тут, их скоро отправят на побережье Все вы мужественно сражались Капитан Миррини гордится вами. Я тоже.

Воины пробормотали слова благодарности, и Бека, хромая, пошла из палатки так быстро, как только ей позволяла нога, но тут же застыла на месте, увидев десятки тел, усеявших землю, словно снопы после жатвы. Здесь был Сиртас, и Арна, и Линеус, и сержант Портус. Они лежали, глядя в голубое небо пустыми глазами, как грязные поломанные куклы, выброшенные за ненадобностью.

— Да возьмет вас Астеллус к себе, и да осветит Сакор… — Голос изменил Беке. Сколько еще раз придется ей сегодня произносить это прощальное благословение? Решительно вытерев глаза рукой, она шепотом договорила молитву.

— Лейтенант Бека! — От соседней госпитальной палатки ее окликнул Зир. Ранен он не был, но лицо покрывала смертельная бледность. — Сержант Меркаль… Она здесь.

Расправив плечи, Бека последовала за ним в зловонный полумрак.

Лекарь, должно быть, дал Меркаль какое-то снадобье, облегчающее боль: женщина сонно улыбнулась Беке. Обе ее руки были в лубках, и одна нога тоже. Повязки туго охватывали грудь Меркаль, сквозь бинты проступили кровавые пятна.

Бека опустилась на колени и осторожно положила руку на плечо раненой.

— Что, во имя Пламени, с тобой случилось?

— Проклятая лошадь… — выдохнула Меркаль, слегка качнув головой. — Когда поправлюсь, перейду в пехоту.

— Ее сбили на землю и затоптали, — прошептал Зир. — Корбин выносил ее с поля, и тут в обоих попали стрелы. Его убило. Я вывез ее на своем коне. Толес надеется, что она выживет.

— Благодарю Создателя за это. А где Кайла и остальные? — спросила Бека.

— Она отправилась искать пропавших, лейтенант. Ты же видела… — Зир кивнул в сторону мертвых тел, и Бека заметила слезы у него на глазах. — Мы только пробились сквозь вражеские ряды и надеялись, что успеем прийти в себя, как напоролись на пленимарских лучников. Клянусь Пламенем, лейтенант, нам тогда досталось! Арна, Сиртас и другие — они скакали впереди и просто не успели повернуть коней…

Бека стиснула ему руку.

— Держись. Разыщи Кайлу и всех наших. Я тоже скоро приду.

— Лейтенант… — Глаза Меркаль затуманились, но она прямо посмотрела на Беку. — Ты здорово сражалась. Действительно здорово. И ты хороша не только в бою. Однако вот что: не надо слишком привязываться к своим людям. Ты должна их любить, но в меру. Этому трудно научиться, но ты долго не проживешь, если не научишься.

— Я знаю. — Бека еще немного посидела с ней, только сейчас ощутив, как же ей будет не хватать этой суровой женщины в турме. — Когда доберешься до Скалы… если тебе что-нибудь будет нужно, помни: мой отец — Микам Кавиш из Уотермида поблизости от Римини.