Татьяна Турве - Наваждение

Но он в очередной раз всё испортил, ляпнул в самый неподходящий момент:

— Ты слишком много думаешь! Надо относиться к жизни проще. Вот чего ты сейчас хочешь?

— Ничего, — Яна поболтала в воздухе босыми ногами, с еле различимой глухой тревогой прислушиваясь к себе: — Сидеть на камне, смотреть на небо.

— Какая ты вся правильная! Чуть ли не с крылышками, — Сережка в раздражении выдрал с корнями толстый пучок травы с крепостной стены. И успел краем глаза разглядеть, как у нее от обиды припухли губы, в точности как у ребенка, что вот-вот собирается зареветь.

Но Янка не заревела, неловким прыжком соскочила с насиженного места (с которого пять минут назад и подъемным краном было не стащить!). На него же подчеркнуто не глядела, бросила в пустоту:

— А вот теперь пошли домой! — наугад нашарила в траве босоножки на острых шпильках и в лихорадочной спешке сунула в них ноги. (Те показались вдруг Сергею очень маленькими и белыми, словно у гейши из Страны восходящего солнца — даже не ноги, а аккуратные лапки неизвестного науке зверька. И пальцев что-то слишком много… Или это в глазах рябит?) А Янка уже почти бежала от него прочь по аллее, усыпанной жухлыми коричневыми листьями — ну тютелька в тютельку, от грабителя спасалась олимпийским спринтом! Он без труда ее нагнал и словил за руку с ледышками-пальцами:

— Ты что, обиделась? — она с возмущением вырвалась и торопливо засеменила еще быстрей на высоких тонких каблуках. — Спустись на землю! Ты живешь в своем выдуманном мире, в каких-то фантазиях. А жизнь не такая, проснись!

Она резко на полушаге остановилась и полыхнула своими широко раскрытыми глазищами ему прямо в лицо, у Сергея аж дыхание на секунду перехватило:

— А откуда ты знаешь, какая жизнь? Может, как раз я и не сплю!

К Мастеру Ольге Янка почти не опоздала. (По дороге еще сама себе поражалась: ну что ж, могём, если захотим!..) Пытаясь занять чем-то мысли, чтоб не думать о Сергее и его обидных словах, рисовала в воображении яркую трехмерную картинку: вот Мастер сидит по-турецки на своем белом коврике с иероглифами и укоризненно посматривает на часы… И не угадала. Кроме Яны, в их арендованном зале на Острове обнаружилось еще человек десять, и практически все незнакомые. (В первую секунду мелькнула шальная догадка, что не туда попала.) На душераздирающий скрип двери никто не обернулся, народ продолжал по-чинному восседать в кружке с удивительно спокойными умиротворенными лицами, на улице таких не встретишь… "Целый десяток медитирующих Будд! — с тихим восторгом подумала Янка. — Значит, не одна я "с приветом", это хорошо…"

На особое приглашение рассчитывать не приходилось. Яна сбросила у двери неудобные до безобразия новые босоножки — целый день с ними промучилась! — и тихонько пристроилась между двумя женщинами где-то возраста ее мамы. Опять она здесь самая младшая, ну сколько можно!..

После недолгой энергичной возни девочка устроилась поудобней на полу и прислушалась: сидящая во главе импровизированного Круглого Стола Мастер как раз рассказывала что-то интересное. И тут же, как по команде, у Яны перед глазами всё вспыхнуло знакомым серебристо-голубым светом (что обычно бывает признаком сильной концентрации внимания). Похоже, в пространстве сейчас что-то происходит, причем что-то очень важное… Пришлось сделать над собой усилие, чтобы не улететь в далекие миры и не выпасть в кайфующее состояние (как это частенько случалось на тренингах у Мартына), а хоть немного вслушиваться в слова:

— Когда встречаешься глазами с человеком, с которым у тебя есть кармические завязки, то в этот момент активизируется ваша общая с ним карма, — рассказывала Мастер. — Могут возникнуть яркие образы и видения из прошлого, нахлынуть необъяснимые чувства…

"Вот, в точности про меня! — несолидно обрадовалась Янка. — Необъяснимые чувства…"

А Мастер продолжала своим негромким размеренным голосом:

— После того, как мы достигаем определенного духовного уровня, то не можем двигаться дальше, пока не повстречаем всех людей, с которыми у нас есть нерешенные кармические проблемы. Рано или поздно приходится отдавать старые долги. Представьте, что вы в прошлом сильно кого-то обидели, унизили или оскорбили — или, не дай Бог, убили… И вот он встречается вам опять в этой жизни и делает невыносимым ваше существование. И часто, казалось бы, без всякой на то причины, просто так. Поэтому лучший выход — принимать все жизненные испытания и нападки со стороны противников со спокойствием и смирением. Именно это и имел в виду Христос, говоря: "Если тебя ударили по левой щеке, подставь правую"…

"Это про нас с Сережкой, у нас есть какие-то старые долги, — непонятно с чего твердо решила Янка. — Поэтому кажется, будто я его тысячу лет знаю… И у мамы с папой старые долги, потому они и ругаются всю жизнь, а развестись не могут… Слава Богу, конечно, что не могут."

Энергетика у этого места и у этих людей была потрясающая, Яна еще ни разу ничего подобного не ощущала. "Наверно, здесь каждый второй — Мастер Рейки или Магистр чего-то еще, с такими-то вибрациями!.. Неудивительно, что на меня никто и ухом не повел — пришла тут какая-то девочка с улицы!" — без малейшей обиды спокойно прикинула она про себя.

Всего через полчаса голова конкретно распухала от информации. В одно неуловимое мгновение Янке почудилось, что она начинает физически увеличиваться в размерах, раздуваться, как дрожжевое тесто — вот уже доросла до потолка и уперлась богатырским плечом в люстру… Стало как-то тесновато. Она только было собралась списать все эти острые ощущения на свою бурную фантазию, но неожиданно вспомнила: папа однажды рассказывал, что у него раньше такое тоже бывало, когда словно бы распухаешь до размеров дома. Как выяснилось позже, специальное йоговское упражнение, у него даже есть свое название…

Приободренная этой мыслью, Янка самозабвенно играла с новой игрушкой, то мысленно увеличиваясь и разрастаясь во все стороны, как недавняя амеба, то сжимаясь энергетически до размеров мячика от понг-понга. Очнулась лишь, когда соседка слева, добродушная на вид полноватая брюнетка, начала на нее коситься с неодобрением, а соседка справа отодвинулась подальше, потом еще дальше, и еще… Пока не притеснила незнакомого упитанного мужичка с другой стороны круга, тот в свою очередь толкнул сидящего рядом, с треугольной бородкой и благородными сединами… И все разом зашевелились и зашушукались, как у них в классе после изнурительно долгой пары. Только тут девочка заметила, что все эти навороченные взрослые смотрят прямо на нее и улыбаются так умильно, как Гаврюха при виде баночки с йогуртом. И даже Мастер не скрывает улыбки, вот ведь дожилась!..