Илья Гутман - Наследник Звёзд

Я открыл грандиозную дубовую дверь и под звучное эхо собственных шагов зашёл в собор. В нос мне ударили запахи мирра и ладана, шедшие от алтаря. Справа находился орган, на котором молодой священник играл какую-то церковную симфонию. У входа было распятие, а возле стен собора стояли скульптуры ангелов. В храме ощущалась жара: горело множество свечей, а рядом с алтарём полыхал вечный огонь, взятый из собора святого Ильи[19] в Марите, который, в свою очередь, пришёл из Бейт-Кадиша, где, согласно Священному Писанию, его зажёг сам Искупитель: «Пока горит огонь мой, нерушимым стоять будет мир сей». На стенах висело стояло множество икон, а в окнах виднелись двенадцать витражей с изображением всех апостолов. Сверху же находилось самое грандиозное и величавое из изображений: в окружении ангелов с небес смотрел смуглый бородатый мужчина в белом хитоне и красном плаще, голова которого была окружена солнечным ореолом. Вне всякого сомнения, сам Искупитель, Азариэль, вознёсшийся на небо.

Подле алтаря в окружении инквизиторов стоял и Велимир, кардинал мойренский собственной персоной. Судя по лицу, ему недавно перевалило за шестьдесят лет, он полностью облысел, но в его голубых глазах огонь жизни далеко не потух. Он носил такую же чёрную рясу, как и отец Светозар. На груди кардинала висел огромный крест, а на поясе — Молот Апостола.

Я подошёл к инквизитору и поклонился:

— Приветствую тебя, святой отец Велимир. Я — князь Апион, зять князя Драгомира. И я пришёл с посланием от кардинала Светозара. Церковь Гэнни-Джуна объявила крестовый поход против империи Айрос — и отец Светозар предлагает церкви Мойрении присоединиться к священной войне.

— Передай отцу Светозару, князь Апион, что я не доверяю в таких вопросах посланникам, какого бы знатного происхождения они не были, — строго ответил Велимир. — Я буду говорить только с самим кардиналом. Можешь быть свободен!

Кардинал уже собирался махнуть рукой, мол, уходи, Апион, как вдруг резко сунул руку в карман — и выхватил оттуда белый кристалл:

— О, Искупитель! Он горячий! Ты — колдун! Созерцающий камень нельзя обмануть! Убирайся из нашего собора, пока мы тебя не схватили!

— Я требую выслушать меня!

— Проваливай, колдун! Мы не будем тебя выслушивать! Светские правители не имеют власти над нами! Только священный престол в Марите! Живо убирайся из собора!

Я развернулся, покинул собор и направился в замок Драгомира. Что же, я потерпел неудачу. Придётся ждать приезда Светозара. Проходя мимо торговой площади, я услышал слова глашатая:

— Без вести пропал трёхмесячный ребёнок, сын герцога Велигора и герцогини Адалины. В краже подозревают представителей тёмных сект. Возможно похищение с целью ритуального убийства. Согласно слухам, кровь младенцев и зародышей обладает великой силой. Настоятельно рекомендуется не оставлять без присмотра детей и беременных жён.

Я не обратил особого внимания на это заявление. Кому как не мне, Истинному Магу, немного знакомому с теорией Магии Крови, знать, что ритуальное убиение младенца, ещё не осознающего себя как личность, не несёт сильных выбросов энергии Хаоса.

Только взрослые люди (и нелюди) при пытках и ритуальном убийстве выделяют мощные хаотические энергии. Наиболее сильной является кровь магов. А уж о крови Истинных Магов, являющейся, в сущности, жидкой клатхой, и говорить нечего.

Последующие три дня я сидел в замке и штудировал книги по теории магии, предназначенные аспирантам. Я взял их в библиотеке академии. Похоже, домой, в Эрту, мне путь заказан, но если я одержу победу над Зораном, и выживу, надо будет найти своё предназначение в этом мире. И я решил поступать в аспирантуру к профессору Артемию — и стать преподавателем аргомантии. Возможно, после аспирантуры я смогу преподавать на вторую ставку теорию магии. Конечно, я престолонаследник; но надо и сейчас найти себе занятие, пока я не стал правителем Солнцеграда.

Внезапно моё чтение прервал голос лакея:

— Князь Апион! Князь Апион! Все глашатаи разносят новость! Найден труп пропавшего ребёнка!

Я, забросив книги, выскочил из комнаты и помчался к выходу из замка. Глашатай перед вратами зачитывал новость:

— Под башней магов, находящейся в купеческом квартале, найден зверски истерзанный труп младенца. Герцог Велигор и его супруга опознали в нём своего пропавшего сына. На трупе обнаружены следы ритуального мучительства: двадцать три колотые и тридцать две режущие раны. На груди трупа выцарапана пентаграмма с глазом. БСльшие подробности могут повергнуть вас в ужас. Подозрение пало на магов. Отныне указом кардинала Велимира крещёному населению запрещаются всяческие контакты с магами.

— Враньё! — крикнул я. — Кровь младенцев не обладает силой. Это не ритуальное убийство! Это — провокация!

— А откуда ты знаешь о силе крови? — подозрительно спросил глашатай. — Ты — тёмный колдун?!

Вся площадь перевела взгляд на меня. Я не хотел рассказывать о магии крови, известной от отца, но молчать было нельзя. Внезапно пришло спасение: на горизонте появился гонец на белом коне. Тотчас же внимание толпы перешло на него. Он подскакал к глашатаю и вручил запечатанный свиток. Глашатай сорвал печати и зачитал новость:

— Свежие подробности! Найден человек, виновный в ритуальном убиении ребёнка. Как и предполагал кардинал, это — колдун. А именно, колдун, подчиняющий себе адское пламя, пиромант! Пойманный колдун — студент первого курса из Академии. Его зовут Красномир…

Ничего себе! Красномира, моего лучшего друга за полгода учёбы в академии, поймали по нелепому обвинению в ритуальном убийстве! Конечно, Красномир иногда мог съехидничать или хитро подшутить, но в целом это добрый парень…

— …казнь состоится немедленно на рыночной площади, — мои размышления оказались прерваны словами глашатая.

Нет! Я не должен допустить этой казни, как Громобой с Джумашом не допустили моей!

Народ хлынул к рыночной площади. И туда же последовал я. Хорошо, что воровская юность подарила мне умение лавировать в толпе! Я дошёл до площади раньше остальных зевак, болтавшихся у замка. Но там уже собралась целая куча народа. На эшафоте торчал крест, а на нём висел Красномир, чьи руки и ноги оказались связаны лентами с церковными письменами, а во рту торчал кляп. Рядом с ним стоял кардинал Велимир и какой-то епископ. Народ жаждал зрелищ, а именно, медленной и мучительной казни. Но сквозь толпу начали пробиваться маги, и Велимир понял, что если он затянет казнь, ненавистные ему колдуны могут попытаться спасти осуждённого, что испортит всё зрелище.