Александра Смирнова - Нареченная тьма

Я отпихнул кого-то с дороги, в два шага настиг мальчика и его хозяина, схватил дриаду за плечо и развернул лицом к себе. Пристально вглядываясь в испуганные глаза, быстро просканировал его и убедился, что не ошибся. Мне даже стало завидно на краткий миг, что кто-то может иметь такие способности.

— Эй ты! — возмущенный хозяин схватил меня за руку и попытался оттолкнуть. Я вперил в него бешеный взгляд, и человек с визгом отскочил назад, как будто его змея ужалила. Я задержался на нем еще несколько секунд, доведя до полуобморочного состояния, снова посмотрел на мальчика, чьи плечи так собственнически сжимал. Вокруг быстро образовалась толпа, и хотя многие ничего не понимали, останавливались с желанием зрелища. Как будут драться, убивать… тут и стража скоро подоспеет. Их не пугал даже излучаемый мною холодный ужас, лишь отрезвлял ровно настолько, чтобы на меня никто не кинулся.

Дриада дрожал, как осиновый лист, морально готовясь умереть в эту же секунду. Корзина давно валялась в грязи, свежие фрукты раскатились по площади.

— Хочешь пойти со мной? — хриплым голосом спросил я. Айсер протяжно взвыл над ухом, умоляя не делать глупостей.

Мальчик судорожно замотал головой, глядя на своего хозяина. Я заметил, что он старается свести к минимуму контакт с грубой кожей ошейника и металлическими нашлепками. Эта полоска кожи болталась на его шее, как петля, слишком уж тонкая у него шейка… Я чуть ослабил хватку, сообразив, что могу причинить ему боль, и уже спокойнее спросил во второй раз:

— Хочешь пойти со мной…?

— Ты…, это мой раб! Отойди в сторону, или распрощаешься с жизнью.

Я не обратил на человека внимания, но по глазам мальчика понял, что тот держит в руке амулет, ключ от ошейника. Я выдохнул, успокаиваясь.

— Момент смерти, это просто мгновение. Хочешь пойти со мной?

— Ты слушаешь, вонючий…?!

Преодолевая свой страх, но понимая, что больше ему нечего терять, мальчик медленно кивнул. Один раз. Большего мне и не требовалось. Впрочем, если уж говорить честно, я забрал бы его отсюда в любом случае, даже против воли. Такими подарками судьбы нельзя разбрасываться.

Я улыбнулся, как мог, тепло, положил руку ему на грудь и активировал ошейник. Дриада тонко вскрикнул, захрипел, дернулся несколько раз в моих руках и обмяк. Тонкими струйками лилась темно-бардовая, отдающая зеленью кровь по его шее. Я поднял мальчика на руки и выпрямился.

— Повелитель, стража и дежурный маг… — поспешил сообщить мне Айсер.

— Я знаю, — откликнулся я. Прикрыл глаза, собирая силу для заклинания, и выпустил магию в призыве духа. Огромная птица сформировалась под моими ногами и быстро унесла нас в небо, оставив ошалевших и испуганных людей далеко внизу.

На окраине соснового леса, довольно далеко от города, я спустился вниз. Положил мертвого мальчика на землю, подобрал палку и очертил круг около его тела. Костер вспыхнул сам собой, огонь, который не нужно кормить, который может гореть и на камнях, и на воде, ярко-синий, мистический огонь.

— Айсер, — позвал я, опускаясь на колени рядом с дриадой. Указательным пальцем, прошептав заклинание, разрезал кожаный ошейник, бросил эту отвратительную вещь, изнутри утыканную шипами, в огонь, предварительно перечеркнув руну жизни, выжженную кровью мальчика.

— Я здесь, — откликнулся дух и появился напротив меня. В руках, плотно прижимая к своему призрачному телу, он держал нечто ослепительно белое, старающееся вырваться, словно беснующаяся молния.

Я сложил руки, положив левую ладонь на правую, и на одном дыхании выдохнул заклятье посмертного исцеления. То самое, что позволяет регенерировать вампирам. Это сложная техника, требующая уровня магистра во многих областях, но поработав над структурой заклинания, я чуть его переделал, упростив и усовершенствовав.

Раны мальчика затянулись за несколько минут, все синяки и ссадины на теле, даже несколько трещин в ребрах, восстановились выбитые зубы и закрылись отверстия от шипов на шее. После я активировал круг и "привязку душ", самое удивительное заклинание теневой магии. Айсер спокойно опустил душу дриады в его тело, почти насильно втолкнув её туда, и я завершил аркан. Когда грудь мальчика судорожно дернулась, а остекленевшие глаза поймали блики от огня, дух облегченно вздохнул.

— Надо же, получилось…

— Не могло не получиться, — откликнулся я, и тут же скривился, оглушенный криком мальчика. — Тихо, тихо!

Он меня не слушал, более того — не слышал. Подскочил на ноги, хотя едва мог стоять, хотел убежать, но споткнулся об оброненную мною за ненадобностью палку. Упал, скрючился, подтянув ноги в груди, а руками схватился за шею. Я встал, подошел к нему и присел на корточки, легко коснулся напряженного плеча.

— Тише, все хорошо, — прошептал я. Он поднял на меня испуганный глаза, сжался еще больше. — Успокойся, я не собираюсь причинять тебе вред. Вставай, ты опять оцарапался… — я подал дриаде руку.

Мальчик не доверял мне, да и не было у него причин мне доверять, я его вполне понимаю. Он отполз подальше, не сводя с меня своих черных глаз, а я не стал препятствовать. Главное, чтобы вообще не сбежал… я выпрямился, очертил широкий круг по воздуху вокруг себя, устанавливая защитный купол. Дриада, продолжая отползать назад, спиной наткнулся на упругую стенку и вздрогнул. Недоверчиво пощупал её, потом безошибочно определил, что в этом виноват я.

Я протянул руку к небу, выбрасывая ловчую сеть, и через пару минут в нее нечто попалось. Я достал из внутреннего кармана небольшую деревянную куклу, воплотил в неё протестующего духа и заставил готовить ужин.

— Эй, — я позвал притихшего дриаду. Мальчик совсем зажался в своем углу, если можно так сказать, ведь защитный контур углов не имеет. — Иди ближе, замерзнешь ведь.

— Да ну, напуганный он, — бурчал Айсер. — Вы же его убили, чего теперь хотите, а?

— Айсер, заткнись, — велел я. — Ты делом занимаешься, вот и занимайся!

Мальчик чуть горящими в сумерках глазами уверенно нашел источник звука, то есть деревянную куклу, изобразил на лице последовательно удивление, страх и восхищение. Потом перевел взгляд выше, словно смотрел на отражение истиной сущности духа. Я удовлетворенно хмыкнул, отмечая, что не ошибся в способностях парня.

— Он меня видит? — удивился дух.

— Более того, различает твое отражение, — кивнул я. — Подойти, не бойся. Холодный, голодный и грязный, небо, настоящее чучело! А ну иди сюда!

Мальчик вздрогнул и нехотя подошел на негнущихся ногах. Худые коленки дрожали от страха и чуть ли не брякали друг о друга.

— Сядь, — я указал на расстеленный плащ рядом с собой. — Руки покажи.