Яна Алексеева - Эрнани из гильдии Актеров

На недоверчивую насмешку фыркаю. Мои боги благоволят мне. А ваши, принц? Каковы имена ваших богов?

И поймите, наконец, ближе не подпущу!

Мои движения отточены, выверены и ясны, не так ли? И способны сообщить вам информацию не хуже слов.

Понял. Замер, склонив голову. Огонек повис над левым плечом. Заложил руки за спину и сказал:

— Ну что же, продолжим разговор.

— Так мы его и не начинали, кузен… По крайней мере я так и не услышала от вас ни одного дельного предложения, — а если вы просто не успели, так это ваши проблемы. Правильно? Именно. — А значит, моя очередь… для начала, задавать вопросы. Как вы здесь оказались, мой принц?

— Следовал за зовом вашей крови, кузина…

— Не самый приятный путь, — особенно если учесть, что моя кровь — вовсе не королевская. И наверняка потребовались дополнительные усилия, чтобы поймать направление и проложить путь через… Изнанку? Но как? Неужели успел поставить метку крови? Когда? Я помню только одно прикосновение… значит? Коснувшись меня своим колдовством, просто отвлекал внимание. И еще один закономерный вопрос. Принцесса заметила бы эти чары? И если да, Черный Принц в курсе этого, то догадывается, что настоящая верей-аали мертва. Так что же он сделает?

Нет, вопрос следует построить иначе. В курсе ли принц, насколько сведуща была в магии Крови его кузина? А она, судя по настольной игре с душами, была из великих мастеров… и метку бы заметила. Но знал ли об этом Рикланд?

Не надо об этом думать! Не сейчас!

— Зачем? — еще закономерный вопрос. Один из тех, что так хотелось задать.

— Иначе не получалось уйти из ловушки.

— Нда? — я склонила голову, плавным шагом двигаясь по границе, очерченной тусклым мертвенным светом. Перекинула через плечо влажные волосы, прикрывая полуобнаженную грудь.

Что-то не верится… Выходов всегда как минимум два. А в магии — бесконечное множество. Например, тонкое зеркало-пленка, смутные воспоминания о котором сохранились среди мешанины осколков… Портал элиарри, которым можно пройти по границе Изнанки? Привязанный меткой к родственной крови?

Зачем, зачем, зачем?

Но слова и звуки доносят до меня и иную информацию, чем только бесполезные ответы на торопливые и необдуманные вопросы. Я впитываю рычание потока, звонкую капель где-то в стороне, пение, шелест и стоны древних камней, и в глубине разума медленно формируется образ. Карта…

Пустое, свободное пространство, эхо шагов разносится далеко-далеко, очерчивая невидимые границы овальной пещеры. Ровные стены, высокие арки и проходы, где-то в глубине свивающиеся в сложные лабиринты… а там… я на миг прикрыла глаза. Там что-то есть… что-то, настолько мощное, магическое… что, если бы мои чувства волей богов не онемели, оглушенные, корчилась бы от боли, не имея возможности сделать ни шагу.

— Все иные возможности были закрыты. Но как же вы, моя кузина, очутились здесь?

— Вплавь, — короткий резкий кивок. — Вы мой должник, принц. За то, что воспользовались без разрешения… чарами.

— Отчего же так официально?

От того, что ваша улыбка холодна, а в глазах стоит тщательно сдерживаемое безумие и любопытство существа, готового сломать игрушку, только бы узнать, что находится у нее внутри. Я промолчала и потянулась, давая телу от кончиков пальцев пропитаться заемной силой, краем глаза отслеживая перемещения принца. Во мне нет страха, нет…

— Не хотите отвечать, моя принцесса? Ну что же… — от слов повеяло угрозой. Угрозой остаться в одиночестве.

Принц недовольно нахмурился, наблюдая за моими танцами, а руки… руки его задвигались в завораживающем ритме. Он пытался раскрыть прореху в пространстве. Что бы уйти. Да вот только не почудилось мне нечто, заглушающее любую магию, и даже дыхание Степи…

Упругие тонкие нити Кружева, судя по всему, сопротивлялись осторожному вторжению. Я не чувствовала этого… Но капли пота, выступившие на висках мага, зримое напряжение фигуры, шипящие алые капли, стекающие с кончиков пальцев, говорили сами за себя. А дернешь сильнее — порвешь…

Не было в душе ни страха, ни любопытства, только желание убраться отсюда, из пещер, пропитанных затхлыми ароматами древности, поскорее. А это далеко не так просто, как надеется принц. Я помню легенды о Замке Королей и Древних ринаати. Помнит ли он?

На губах появилась снисходительная улыбка, когда, недовольно вздернув брови, Рикланд оставил бесполезные попытки построить портал.

— Отчего у вас такое хорошее настроение, кузина? — ни капли лишних эмоций в голосе. Только вежливый интерес. Прекрасный политик, но актер… плохой. Играющий на публику обязан быть эмоционален, достоверен. А холод, равнодушие и постоянный контроль не должны выставляться наружу. А если чувства эти демонстративные, напоказ, то не следует показывать явного напряжения. Впрочем, я увлеклась. И мое спокойствие, спрятанное глубоко внутри придется очень кстати. Ведь сейчас играю политика. А потому…

— Вы, мой принц, совершенно зря рветесь на границу Изнанки и за нее. Не получится. Так — не получится, — уверенность, граничащая с оскорблением, гордость знатока, держащего за пазухой интересную информацию. — Разве вы не чувствуете, как напряжен мир?

И повела рукой назад, в сторону проходов, которых еще не видела.

А успел ли их посетить мой собеседник? И сколько времени провел здесь, пока я барахталась в тенетах прошлого…

— Вы думаете? — резко сменив тон с язвительного на обманчиво ласковый, принц хищно развернулся.

Грациозен, опасен. И я смогу с ним сразиться? Если вдруг безумие возьмет верх над его разумом… Придется. Нет, не сразиться, убить!

— О, да. Разумеется. Я думаю. — Улыбнулась, слегка вздернув верхнюю губу и показав зубы. Скорее гримаса получилась. — А еще я танцую, пою и уничтожаю…

— Что?

— Кого, — поправила равнодушно.

— Вы угрожаете?

— Ни в коем случае. — И, закрывая тему, спросила, — пойдемте, мой принц? Потанцуем, ведь, помнится, не так давно у нас отлично получилось поработать вместе… — предложение помощи, желание сотрудничать и облагодетельствовать… хм, перебор. Меня несет. От силы, от вседозволенности.

Он не ответил, встряхнулся, и, сведя ладони вместе, погасил магический огонь. Только тусклый свет, отбрасываемый кристаллом, вставленным в кольцо, освещал ему дорогу. И мне, что характерно. Рикланд превратился в черную тень, скользящую вдоль стен, призрачный тонкий профиль на матово-черном покрытии. Змеящиеся по спине волосы будто ожили, играя с тенями в прятки.

Проводив взглядом более не обращающего на меня внимания принца, демонстративно не обращающего, подошла к воде. Резанула стилетом кончик пальца и, дождавшись, когда капля крови набухнет алой, остро пахнущей нитью, опустила руку в воду. Холодный поток омыл кожу, струйка крови смешалась с течением.