Рэймонд Фэйст - Убийцы Крондора

Раненые, лежавшие на полу, отползли в сторону, оставив позади тех, кто был без сознания.

Жрец выкрикнул слово на тайном языке своего ордена, и пламя приняло человеческую форму — такую же, как у теневого убийцы. Нарастающую жару ощущали даже те, кто убегал: Аруте казалось, что он стоит спиной к кузнице.

Джеймс развернулся и увидел, что создание из пламени встало между магическим воином и Влэдиком, который в молчаливом изумлении наблюдал за происходящим.

— О, создание огня, — выкрикнул отец Белсон, — элементаль пламени, уничтожь это порождение тьмы!

Элементаль атаковал. Волна жара окатила всех, кто был неподалеку, и заставила отступить еще дальше от места схватки. Только жреца Прандура, похоже, не беспокоил палящий воздух рядом с созданием.

Теневой убийца отвлекся от своей жертвы и стал защищаться. Магические порождения молчаливо вцепились друг в друга. Единственным звуком, раздававшимся в тишине, было потрескивание пламени.

Джеймс выскочил из коридора и, промчавшись по вестибюлю, оказался в боковом проходе. Пробежав по нему, он пересек галерею, вошел в главный зал и подозвал ближайшего стражника. Указав туда, откуда он пришел, сквайр сказал:

— В конце зала лежат раненые люди. Жар их убьет. Возьми кого-нибудь в подмогу и вытащи их оттуда.

— Слушаюсь, сквайр. — Солдат махнул остальным и повел группу людей в сторону гостевых покоев.

— Я должен был подумать об этом, — удрученно признался Арута вернувшемуся Джеймсу.

— Вы заняты, — сказал Джеймс и велел одному из стражников снять плащ и отдать его принцу Влэдику. — я знаю, что сейчас жарко, однако…

— Спасибо, — слабо улыбнулся Влэдик, заворачиваясь в плащ. Он был полностью поглощен разворачивавшейся перед ним сценой.

Два магических создания сцепились, держа друг друга за руки. Они качались то в одну сторону, то в другую, подобно борцам на ринге. Как только огненный элементаль приближался к чему-либо, что могло гореть, предметы начинали тлеть и дымиться, а если порождение пламени задерживалось рядом подольше, то и вовсе загорались. Теневой убийца ударил элементаля о каменную стену, пытаясь избавиться от захвата, но хватка огненных рук не ослабла. В ответ элементаль развернулся и впечатал теневого убийцу в стену.

— Если это не закончится быстро, — сказал Арута, — они спалят дворец до основания.

Несколько гобеленов тлели, а два уже пылали огнем. Магический воин толкнул элементаля на декоративный столик, на котором стояла ваза со свежими цветами. Цветы тут же завяли, огонь охватил стол, а ваза лопнула от жара.

— Смотрите! — воскликнул Джеймс. — Что-то происходит.

В том месте, за которое элементаль схватил воина теней, начал подниматься дым, в нем виднелись масляные прожилки, становившиеся все толще и толще. Вскоре облака черного дыма достигли потолка и начали расползаться по всему залу, наполняя его копотью и зловонием.

Теневой убийца явно терпел поражение. Он рванулся сначала в одну сторону, затем в другую, но огненное создание не ослабило своей смертельной хватки.

Зал полыхал…

— Выведите всех из этого крыла дворца и пошлите за водой! — крикнул Арута стоявшим поблизости солдатам.

Требовалось срочно доставить воду и начать тушить пожар, так как тяжелые деревянные балки, которые поддерживали своды зала, уже начали тлеть и дымиться.

— Смотрите! — крикнул Джеймс. — Они уменьшаются!

Две мистические фигуры двигались в сумасшедшем танце все быстрее и быстрее, одновременно словно растворяясь в воздухе. Дымились уже оба, наполняя зал удушливым смрадом.

— Прочь отсюда! — приказал Арута. — Все в сад! Быстрее!

Рядом с гостевым крылом находился один из прекрасных дворцовых садов. Джеймс подбежал к двойным стеклянным дверям, выходившим в сад, и распахнул их. Глоток прохладного и свежего вечернего воздуха показался всем блаженством после страшного жара и зловония.

Люди вываливались из дверей позади Джеймса, кашляя и вытирая слезившиеся от дыма глаза. Замахи серы и горящего мусора заполнили коридор.

После того как прозвучала пожарная тревога, из окрестностей дворца начали доноситься голоса. Джеймс повернулся, чтобы оглядеть пожарище.

— Отец Белсон выбрался оттуда? — спросил сквайр у Амоса.

— Он шел за нами, — ответил адмирал, — но я его не вижу.

Джеймс поспешил обратно к залу и вблизи от него упал на пол, чтобы проползти под облаками дыма. Дым резал ему глаза, а зловоние наполнило нос. Потолочные стропила полыхали, и то, что творилось наверху, было похоже на огненную реку. Джеймс заморгал, чтобы сфокусировать зрение, и увидел в дальнем конце зала одинокую фигуру.

Жрец Прандура стоял, раскинув руки над головой, и продолжал творить заклинание. Джеймс едва мог разглядеть его силуэт в сине-сером тумане, наполнившем зал.

Песня жреца стала мрачной и торжественной, похожей на траурное отпевание, и это ненадолго вселило в Джеймса какое-то тоскливое чувство. Глядя наверх и опасаясь, что скоро начнут падать камни, Джеймс прокричал:

— Отец Белсон! Уходите! Огонь поглотит вас!

Внезапно языки пламени, бушевавшего в зале, задрожали, затем отступили, как будто всасываясь в стены и потолок по мановению верховных сил. Постепенно огонь и дым исчезали.

Джеймс оглянулся. Люди в саду изумленно наблюдали за угасающим пожаром. Сквайр развернулся и увидел, что огонь и дым собрались в огромный шар над головой жреца, стоявшего неподвижно. Шар быстро уменьшался, и чем меньше становился, тем ярче сиял. Наконец он достиг размеров обыкновенного детского мяча, хотя светил так же ярко, как полуденное солнце. Джеймс отвернулся, не в силах вынести такого ослепительного света, который затопил не только зал, но и сад.

Затем сияние внезапно исчезло, и зал погрузился во тьму. Джеймс поднялся на ноги и вернулся в сад, кашляя и вытирая глаза.

— Что произошло? — изумленно спросил Арута.

— Думаю, все кончено, — ответил Джеймс.

Через мгновение в дверях появился отец Белсон. Дым вился вокруг его ног и рясы, покрытой пятнами. Лицо жреца было черным от сажи, но в остальном он казался целым и невредимым.

— Вы в порядке? — спросил Джеймс.

— Последнее, чего следует бояться жрецу Прандура, — это огонь, юноша, — ответил Белсон. — Ваше высочество, но ущерб… я предупреждал… — Он пожал плечами, как будто извиняясь.

Принц Влэдик усмехнулся, закутываясь поплотнее в плащ.

— За спасение моей жизни я перестрою это крыло и возведу новый храм Прандура в Оласко, святой отец! — заявил он.

Отцу Белсону, похоже, это понравилось.