Шавина Виктория - Научи меня летать

Маг и уан переглянулись.

- Благодарю за предупреждение, - выразил общие мысли Льениз. - Подожди, мы быстро.

Увидев статую, маг ахнул, и тут же без всякого благоговения бросился оглаживать чёрный металл.

- Вправду, похоже, - сказал он на морите. - Значит, если я верно понял, ты хочешь увидеть её так, как видят люди?

- Я хочу понять, в чём сходство, - ответил Келеф.

- Человеческое зрение тебе не поможет, ты не разберёшь, что у тебя перед глазами - образ останется цветовым пятном, в котором нет узнаваемых очертаний. Выходит, от магии не будет толку.

- Жаль, - вздохнул уан.

Гость внимательно посмотрел на него, вдруг широко улыбнулся:

- Я говорил тебе, как необыкновенно красиво твоё печальное лицо? Но, что за насмешка, я оборачиваюсь, слыша пленительную интонацию голоса, и вижу эту жуткую маску.

Сил'ан скромно опустил ресницы. Маг улыбнулся мечтательно и грустно, а Хину захотелось тихо уйти прочь, чтобы не тревожить обоих.

- Попробуй научиться рисовать, - наконец, посоветовал Льениз. - Узнаваемо для людей. Тогда со временем ты сможешь соотнести то, что видишь ты, с тем, что видят они. Нарисуй себя, нарисуй статую. Думаю, таков единственный способ.

Он вновь провёл рукой, затянутой в блестящую красную кожу перчатки, по металлу.

- Твёрдый сплав вольфрамовой группы, - с недоумением выговорил он. - Не знал, что древние летни такое умели.

Маг обошёл статую кругом.

- Порошковая металлургия, - заключил он. - Может быть, они заказали её в Весне. В Лете таких технологий нет и быть не могло - они и у нас появились совсем недавно. Но, если заказали, значит это всего лишь подделка и намеренная мистификация.

Хин хотел возразить, но заставил себя промолчать.

- Проверь, сколько ей лет, - предложил Келеф.

Льениз стянул с левой руки перчатку, коснулся металла кончиками пальцев и закрыл глаза, потом шепнул три слова на незнакомом мальчишке языке и замер.

- Так что? - поинтересовался Сил'ан.

- Ерунда, - отговорился человек, но в его голосе зазвучали неуверенность и лёгкое напряжение.

Уан подплыл ближе, его ладонь опустилась магу на плечо.

- Около двух тысяч, - сознался тот. - Сайена не лжёт, но это совершенно невозможно. Тогда и в Весне не смогли бы… Дикие времена.

Келеф молчал, и Хину чудилось в этом молчании что-то зловещее. Изумлённым правитель не казался. Гость решительно вздохнул и надел перчатку.

- Мы её не видели, - сказал он, глядя уану в глаза. - Я не верю, что во время войны их никто не заметил и никто не исследовал. Раз Гильдия об этом молчит - просто выбрось из головы.

По пути обратно в крепость маг поинтересовался на униле задумчиво:

- А сколько ему лет?

Хин шёл впереди и до сих пор пропускал не касавшиеся его разговоры мимо ушей, но на этот раз прислушался, уверенный, что гость спрашивает о нём.

- Скоро совершеннолетие, - на свой манер ответил Келеф.

- Нарэньсама, - удивился Льениз, - а я бы не дал больше тринадцати. Раз так, тебе стоило бы познакомить его с ведьмой. И всё-таки, какой же он страшный. О нём даже нельзя сказать, что он некрасив - это что-то намного большее. Почти уродство. Я был потрясён, когда впервые его увидел, а ты и не предупредил меня, - он вдруг лукаво усмехнулся. - Смерти моей желаешь?

- Я вижу его иначе, - легко напомнил Сил'ан.

- Твоё счастье, - протянул маг.

К роялю они вернулись ночью после восхода Лун. Звучание инструмента не понравилось Хину: менее выразительное, чем у клавикорда, грубее, чем у клавесина - но гость казался восхищённым, музыка[27] тронула его. Яркое сияние Сайены кружило голову, и, забрав с собою роскошную шкуру мурока, все трое направились к реке, не обращая внимания на предостережения стражников.

Хин припоминал рассказы сыновей Танаты и с тревогой озирался по сторонам, но сухая саванна и ночью казалась столь же пустынной и безжизненной, сколь днём. На берегу маг отказался переплывать реку. Спор не продлился долго - Келеф со смехом утянул упиравшегося человека за собой. Хин поплыл следом, толкая перед собой свёрнутую лёгкую шкуру.

Потом, глядя в небеса, Льениз жаловался на самоуверенных чудовищ, переходя то на общий, то на униле. Сил'ан положил голову ему на колени, и, как казалось Хину, улыбалась не только маска - в глазах Келефа застыло прежде невиданное мальчишкой умиротворённое выражение.

- А ведь я раньше выводил настоящих чудовищ, - тихо промолвило изящное существо, когда маг, наконец, выговорился.

- В самом деле? - удивился среброволосый.

- Птиц - для воздушной армии. Не один, конечно, - Келеф поднял руку и медленно провёл по шее человека кончиком чёрной пряди, зажатым между пальцами.

Маг едва заметно вздрогнул.

- Как же ты стал воином? - ровным голосом спросил он.

Сил'ан довольно рассмеялся и хотел опустить руку, но человек обнял её ладонями.

- Однажды мне поручили отвезти опытный образец, - даже в голосе Келефа слышалась улыбка. - И проследить за испытаниями. Один из пилотов спросил, не хочу ли я полететь с ним на месте оруженосца. "Смотря с земли, нельзя понять небо", - сказал он, потому что я сомневался. Тогда я ответил согласием - мне всегда нравилась настойчивость. Ли?, нет слов, которые могли бы описать, что я почувствовал. Я не смог отказаться от полётов. Гораздо легче было оставить позади уважение, которое выказывали к моей прежней должности, и стать рядовым воином - то есть никем.

Улыбка замерла на лице мага, он весь обратился во взгляд и не мог оторваться от фиолетовых в свете кровавой Луны, блестящих губ. Мальчишка тихо поднялся и пошёл вдоль берега, позволяя слабым волнам омывать ступни, и нисколько не опасаясь монстров, в изобилии бродивших за речным Кольцом.

Хин ожидал, что уан сам отвезёт гостя в Онни на облачной карете, и был удивлён, когда в ответ на стук металлической нотной скрижали по пюпитру отворилась дверь и чёрная изящная фигура, лишившаяся всех украшений, пересекла комнату. Мальчишка опустил руки и оглянулся. Келеф не свернулся на полу, вместо этого он сидел и смотрел в низкое окно.

Рыжий упрямец долго ждал привычных указаний, но чужое существо молчало. Тогда Хин заговорил сам:

- Почему ты не отвёз его?

- Сам приехал - и назад дорогу найдёт, - голос правителя.

- И ты даже не сказал ему, что я понимаю морит, - укорил мальчишка.

- Ты тоже, - равнодушно заметил Келеф.

- Мне жаль, что он уехал.

Сил'ан медленно обернулся. Хин объяснил:

- Рядом с ним ты казался юным.

- А тебе-то что с того? - недобрая усмешка.

Мальчишка улыбнулся и сотворил жест недоумения.

- Может, мне понравилось видеть тебя счастливым, - предположил он.