Эд Гринвуд - Эльминстер. Рождение Мага

Было слышно, как равнодушно усмехнулся Гартос. Темная волна, накрывая, увлекала с собой. Собрав все силы, Элмара боролась, стараясь зацепиться хоть за что-нибудь... за что угодно... с последним вздохом она прошептала: «Мистра, помоги мне...»

Принц Гартос с трудом поднялся на ноги. Ему было плохо, от слабости тошнило. Он совсем не чувствовал ног... но они вроде повиновались. С ворчанием воин сделал несколько неуверенных шагов и сел, лязгнув доспехами. Нартил кружился вокруг него.

– Спокойно, – пробормотал он, тряся головой. – Спокойно, вот так вот...

Его люди лежали на дороге. Поблизости не было видно ни одной лошади.

– Таэрин, – проворчал принц. – Аглос! – Он протянул руку, и потемневший от крови меч, выскользнув из тела мертвой женщины, поплыл к нему. Неужели эта совсем молоденькая колдунья думала, что может бросить вызов Верховным Чародеям Аталантара? Нащупав ворот, он вытащил из-под него амулет и закрыл глаза. Принц пытался сосредоточиться на знакомом лице Верховного Чародея Итболтара.

Чужая рука уверенно отвела в сторону его руку. Гартос открыл глаза и уставился прямо в бледное, искаженное страхом и ненавистью лицо какой-то женщины. Асмарта ударила его кинжалом в горло и решительно провернула свое оружие. Кровь брызнула струей. Задыхаясь, принц Гартос судорожно хватал ртом воздух, пытаясь поднять меч. Последнее, что он увидел перед тем, как провалиться в темноту, были светящиеся руны, плясавшие, словно насмехаясь, у него перед глазами.

– Гартос проследит, чтобы колдунья умерла, – решительно сказал Бриост. Его рот медленно расплылся в усмешке. – А Эт проследит, чтобы Гартос сделал все как надо.

– Ты уверен, что Эт справится? – спросил Ундарл. Чародеи как один посмотрели на восседавшего во главе стола на высоком кресле королевского мага. Его огненно-красное кольцо замерцало внутренним светом.

Бриост задумчиво задал себе вопрос (кстати, уже не в первый раз): какая же сила дремлет в этом кольце?

– Эт не один раз доказал свое благоразумие... Во всяком случае, на такое задание у него хватит способностей.

– Я так понимаю, что это очередное испытание? – возбужденно спросил Галат.

– Правильно понимаешь, – сдержанно ответил Бриост. Ну почему на их советах всегда оказывается какой-нибудь восторженный щенок? Впредь на это время для таких, как Галат, надо находить какую-нибудь работу: например, научиться разворачивать свитки или надевать свое облачение задом наперед – да все, что угодно, только бы держать его подальше отсюда...

Галат восторженно подался вперед:

– А от него уже есть донесения?

Назарн Носитель Капюшона фыркнул и надменно взглянул через стол:

– Если каждый начинающий маг, которого мы посылаем на задание, пошлет донесение, то звон от отчетов будет стоять у нас в ушах весь день, а может, и всю ночь!

Облаченный в длинное черное одеяние, этот старик с немигающим взглядом и острым носом напоминал стервятника, поджидающего жертву, которая вот-вот должна появиться.

Ундарл кивнул:

– Я тоже против того, чтобы чародеи тратили магию на то, чтобы беспокоить своих товарищей всякой пустой болтовней. Донесение следует посылать только в том случае, если какое-то серьезное дело пошло не так... ну, например, если выяснится, что чужой маг шпионит в пользу другого королевства или ведет на нас захватническую армию.

Покраснев, Галат смущенно отвел взгляд от невозмутимого лица королевского мага. Он обводил взглядом стол, и некоторые Верховные Чародеи открыто усмехались в его сторону. Бриост беззастенчиво зевнул и, поправив свой изысканный темно-зеленый рукав, поудобнее устроился в кресле. Набиравший последнее время силу Аларашан тоже зевнул, и Галат с несчастным видом уперся взглядом в стол перед собой.

– Ты энергичен, Галат, и это делает тебе честь, – равнодушно прибавил Ундарл Укротитель Дракона. – Если Эт попросит нас о помощи или с ним что-нибудь случится, я назначу тебя на его место в Нартиле.

От гордости Галат вытянулся, прямо раздуваясь на глазах. Не один из Верховных Чародеев за столом зашипел от едва сдерживаемого злорадства. Глядя в потолок, Бриост молча спросил себя: интересно, а знает ли Галат, как открывается книга с заклинаниями?

Каменный свод у него над головой ничего не ответил... но чего было от него ждать. Почти столетие висел он над этим высоким залом в Аталгарде и научился быть молчаливым.

Обжигающая боль раздражала и грозилась унести прочь. В темной пустоте Эл угрюмо хваталась за лучик своей воли. Надо удержаться, чего бы ей это ни стоило...

Боль нахлынула, когда зачарованный меч шевельнулся, а затем плавно – о, еще бы не плавно, смазанный-то ее собственной кровью – выскользнул из зияющей раны. Ее внутренности не должны предстать Фэй-руну в таком виде. Горячая кровь хлестала навстречу солнцу... но Элмара ничего не могла поделать. Кровь никак не удавалось остановить. Ее руки чуть шевельнулись, когда она хотела зажать рану. Но свет и звуки вокруг меркли, внутри все холодело. Все глубже и глубже погружалась она в темную пустоту, словно насмехавшуюся над тем, что жизненная сила покидает ее... холодную как лед.

С трудом дыша, Элмара пыталась собрать всю силу воли. Перед глазами слабо, как огонек в ночи, замерцало знакомое белое сияние. Эл мысленно бросилась к нему и, прильнув, обхватила его. Так она и выплыла в светлую туманную дымку.

Боль немного ослабла. Элмаре казалось, что ее кто-то осторожно двигает, заботливо перекатывая с боку на бок... На миг появился страх, что эти движения могут оторвать от спасительного сияния и оно ускользнет из-под нее... Тогда Эл цеплялась волей за темную пустоту, пока белое сияние вновь не обволакивало ее.

Неясный звук – может быть, голос? – едва коснулся ее, словно эхо трубного гласа, прилетевшее откуда-то издалека. Эл не могла различить слова... если они вообще там были. Темная пустота вокруг сгущалась, и Элмара с еще большим ожесточением прильнула к своему белому сиянию. Оно разгорелось ярче, и Эл услышала, как где-то вдалеке тот голос удивленно вскрикнул и улетел прочь, неразборчиво бормоча в страхе, а может, в благоговении.

Она осталась совсем одна, мирно покачиваясь на светлых волнах... Вдруг прямо сверху, из жемчужного тумана, навстречу ей выплыло что-то знакомое. Огонь дракона! Яростное пламя захлестнуло улицу, так хорошо ей знакомую с детства. Элмара хотела закричать и не смогла.

Принц Элтрин стоял в дымке горящего Хелдона, языки пламени отражались в его черных, начищенных до блеска сапогах. Он обернулся и, взглянув на Элмару, взмахнул Мечом Льва, отбивая огонь. Его длинные волосы разлетелись во все стороны.