Лейла Аитова - Экзорцист и демон

Вениамин кивнул.

— А зачем вы здесь? Ведь не ссылка, да?

— Давай не будем говорить. Не привык, сам не знаю, что можно, что нельзя. Поэтому просто пока не надо. Потом расскажу.

Рядом с ним на скамейку присела одна из тех девиц. Вторая потянула Сатнима за руку:

— Пойдём со мной, — с улыбкой, с придыханием, наклонившись. Маг поморщился, но мальчик встал и позволил себя увести.

Ладно, в конце концов, он здесь уже не первый день, в отличие от Вениамина. Не пропадёт. Его дело.

— Ты вызывал демонов? — грудным голосом спросила оставшаяся девица. Он кивнул.

— Умеешь это делать? Пойдём со мной, — сказала она точно так же, как первая. Но маг выдернул руку:

— Нет, — ответил он просто.

— С тобой хотят встретиться. Просто поговоришь.

— Кто? — Насторожился Вениамин. Неожиданно в голову пришёл вероятный ответ. Следы обряда в лесу… Останки… Жертва? Нет, жертву убивают, потом сжигают. Этого требует обряд вызова.

И — если демон вырывается из контура, кто попадает ему первый?

Заклинатель, проводящий вызов.

Возможно так. В таком случае, им постоянно нужны маги, способные вызвать демона. Возможно, эту девицу просто попросили его позвать. Тогда надо идти, хотя ему это неприятно.

Или. Были ведь и человеческие жертвы. Надо быть внимательнее.

Стоит, вероятно, всё-таки пойти и узнать, подготовлена ли ему роль жертвы — или же нужна помощь.

И — для чего всё-таки проводят обряды? Что они делают с вызванными демонами?

Он встал.

— Постойте… мальчик, был со мной…

Хотя бы предупредить, что он уходит.

— Он не удивится.

Девица рассмеялась — мягко, с томной улыбкой. Почему-то вспомнилась Веллисия. И стало даже неприятно на душе — смех этой падшей женщины напомнил ему о демонице. Нет, никакого сравнения. Просто… просто соскучился.

Он вздохнул, направился к выходу. Соскучился… Они расстались вчера утром. Ерунда. Надо думать о работе.

Сумерки улицы, полутьма проёма между домами. Ветер, просвистывающий стены. Ничего особенного не видно, ничего особенного не слышно. Похоже, кто-то не хочет, чтобы их даже видели вместе. Можно ведь было и просто тихо поговорить. Охрана не станет обращать внимания.

Лицо наполовину скрыто капюшоном. Голос тихий, спокойный. Вениамин постарался его запомнить. На всякий случай.

— Вы вызывали демонов, господин… м… Бенони?

Прямо сразу к делу. Хорошо.

Экзорцист чуть было не поправил его, не привык, что к нему обращаются "господин".

— Да.

— Таким образом, обряд вам знаком?

— Да.

Подождать, пока сам всё расскажет. Никаких подробностей.

— А не хотели бы вы несколько улучшить своё положение здесь? Или, может быть, вас устраивает положение простого ссыльного?

— Что вы имеете в виду? — решился уточнить маг.

— Выполняя некоторую работу, вы будете пользоваться несколько большей свободой, нежели остальные, — странно мягко пояснил незнакомец. Этот тон заставил задуматься: все ли так просто? — Потом, отработав какое-то время, вы получите возможность скрыться в других землях, далеко от влияния Авана или Вейнара.

С чем связана работа, Вениамин догадывался. И, помня о своей цели, спросил:

— Что я должен делать?

Елиньяна казалась совсем печальной. Она медленно и вяло собирала магическое оборудование, ингредиенты, записи. На него упорно старалась не смотреть.

— Сейчас я проверю магические возмущения от тебя, — глухо сообщила она. Совершенно без интереса достала чертёжные приборы и принялась расчерчивать пол вокруг гептаграммы.

— Яна, девочка, что случилось? — нежно и тепло спросил Кархагор. Если нужна поддержка, или надёжное плечо — порыдать — так пожалуйста! Он всегда готов.

— Ничего.

— Ты можешь мне рассказать. Я просто не смогу никому раскрыть — я ведь здесь, под твоим контролем.

— Ничего не случилось.

Но Кархагор умел убеждать.

— Я выхожу замуж, — наконец сдалась девушка.

Вот как. Что такое "замуж", демон знал — но знал так же и то, что не всегда люди заключают союз согласно личным желаниям.

— Ты ведь не хочешь этого, — мягко сказал он.

Елиньяна гордо вздёрнула подбородок:

— Меня попросила царевна!

— Попросила?!

Здорово. Подай, пожалуйста, тарелку. Купи, пожалуйста, хлеба. Передай, пожалуйста, страже указания. Выйди, пожалуйста, замуж.

Люди…

— Для царства необходим прочный договор с Мейтреном. Или они с нами, или с Бирузом. В последнем случае, остров официально может объявить нам войну, усиленный союзником. Аван возьмут в клещи. Вот.

— И?

— Ну я и выйду за Мейтренского посла, чтобы союз был крепче.

— Вы, люди, таки неясные. Почему ты и почему за посла? Не проще ли выдатть вашу царевну за князя?

— Не проще. У них не князь, а вдовствующая княгиня. Князю полтора года. А посол, имея жену из Авана, будет действовать в наши интересах. Я как раз благородного происхождения, но не имею особо важных владений. Так мы и земли не потеряем, и союзника приобретём. Всё рассчитано.

— Кроме твоего желания? — Люди частенько вызывали у него лёгкий шок. Иногда даже не лёгкий. Общаясь с человеком уже демонских полгода, или около того, Кархагор так и не смог привыкнуть к их причудам.

— Господин посол, возможно, окажется хорошим человеком, — отрезала Елиньяна.

— Возможно? — сладенько протянул демон. — Девочка моя, так ты даже не встречалась с тем, с кем собираешь прожить следующие лет пятьдесят! Или сколько там люди живут обычно?

— У нас это в порядке вещей! — гордо заявила девушка. Она даже немного расслабилась, печаль немного поутихла. Замечательно. Кархагор надеялся, что это он так действует.

— Моя дорогая, ты забываешь о том, что такое "замуж". Вы же не обедать вместе договариваетесь. А если он тебе не понравится? Он молодой?

— Посол-то? Конечно, нет! Ему за тридцать. Не понравится — потерплю, — надулась она.

— И в постели потерпишь? — преувеличенно удивился Кархагор. — Закроешь глаза, затаишь дыхание, закусишь губки, ляжешь, раздвинешь ноги и будешь ждать, пока всё закончится?

— Ах ты!.. — у неё перехватило дыхание. Сжав зубы, она прошипела что-то нечленораздельное и опять сбежала за дверь.

Нет уж, малышка, никаких "замуж". У него другие планы.

Влажное и студёное мартовское утро. Привыкший к длинным плащам и пальто, Вениамин в куртке немного мёрз. На небольшой поляне посреди леса собралась целая толпа. Человек двадцать где-то — точнее пересчитать не получилось, ведь он должен был наблюдать за обрядом, чтобы быть в курсе дела.