Вероника Сейнт - Гамельнский Крысолов

-Ты моя умница, Белоснежка, - Виктор бы похлопал Карателя по плечу, но это было невозможно... теперь.

-Я не хочу слушать твои идиотские истории, Тристана. Оставь их для Виктора, его это хотя бы немного позабавит.

-Что ты только что сказал? - Тристана поморщилась и посмотрела на своего спутника. Виктор узнавал это выражение лица, он видел его столько раз - выражение отвращения, недовольства и разочарования.

Если кто-то в этом мире не менялся, так это Тристана Блэквуд.

-Что мне не интересны твои разговоры, Тристана. Я уже понял, что ты не способна смириться с решением судьбы. Я не одобряю такое поведение и не хочу тебя слушать. Я не для этого приехал, - альбинос дрожащими руками достал из кармана сигареты и, все так же повторяя действия Пенелопы, закурил. Крохотный огонек на мгновение осветил его лицо чуть ярче, и тут же угас, - Заткнись и веди меня.

-На твоем месте я была бы повежливее. От меня решения Джека тоже зависят.

-Хорошо. В следующий раз я буду осторожнее, - Иероним рассматривал тлеющий табак и стряхивал пепел в снег, пинал небольшие сугробы, идя за Тристаной скорее интуитивно, чем следя за ее передвижениями. При свете фонаря, в непроглядно темном лесу, они вдвоем смотрелись весьма странно. Виктор ощущал себя невольным наблюдателем сказочного действа, героями которого стали эти двое. Казалось, будто они вовсе не живые, а это желтый свет фонаря широкими мазками нарисовал фантастически живую иллюстрацию.

-Белоснежка - прямо белый волк, - Виктор поежился от собственной ассоциации и чуть отстал от Тристаны, чтобы поравняться с альбиносом.

Оказалось, что идти нужно было совсем немного. Основная проблема заключалась в том, что домик Джека был скрыт в самой гуще леса, среди сваленных стволов деревьев, камней и каких-то деревянных обломков.

Тристана выругалась, перебираясь через одно из бревен, и поскользнувшись, начала падать. Иероним тут же подхватил ее и донес до самого домика, лишь там снова поставив на землю и отряхнув руки, будто избавляясь от грязи и сбрасывая с себя энергетику девушки. Тристана скривила свои прекрасные губы, презрительно сморщила нос и поднялась по ступенькам на крыльцо. Постучав в дверь четыре раза, она подождала, потом сделала шаг назад и кивнула Иерониму.

Альбинос кинул окурок в снег и даже на всякий случай затоптал его ногой, и только после этого двинулся вверх по ступенькам. Дверь открылась ему навстречу.

Глава 38. Сделка с Крысоловом.

Так и не сделав шаг за порог, в тепло-желтом свете камина, в дверях замер Джек. Иероним остановился напротив и стиснул зубы, Виктору показалось, что больше от желания сделать шаг внутрь, в тепло, а не от того, что альбинос стал сомневаться в своем решении.

-Ты все-таки пришел, - Джек улыбнулся и скрестил руки на груди. Он был в потрепанном темно-зеленом свитере и теплых клетчатых брюках, но совершенно босой. Из кармана торчала дудочка, на шее болтался старый потертый амулет. Он словно и не исчезал после того случая с Тристаной.

-В следующий раз сам пойдешь ночью шляться по лесу в осенней одежде, - цыганка протиснулась в дом и с довольным вздохом стянула с себя пальто, а после принялась расшнуровывать ботиночки.

-Войдешь? - Джек дружелюбно улыбнулся и сделал шаг в сторону, театрально махнув рукой, приглашая Иеронима войти. - Ну же, я же вижу, что тебе холодно.

Иероним действительно выглядел жалковато, с трудом сдерживая холодную дрожь. Конечно, ему хотелось предстать перед Джеком совсем не так, но он с трудом сдерживался от того, чтобы не начать стучать зубами.

Так что альбинос кивнул и сделал шаг внутрь. Одиссей спорхнул с его плеча, облетел комнату и сел на каминную полку.

-Верхнюю одежду лучше снять, а то она холод сохранит, и ты не согреешься, - бросил ему Джек, прикрывая дверь за собой, - Тебя Виктор прислал? Что же он сам не явился? Все еще трусит? - Крысолов заправил за ухо выбившуюся из хвоста прядь и сел на деревянную скамейку рядом с Тристаной.

-И я бы не пришел, если бы не обстоятельства, - Иероним аккуратно повесил куртку рядом с пальто Тристаны и теперь расшнуровывал ботинки, сидя на шкафу с обувью. - Что ты знаешь про Болезнь, которую приносят в наказание из Безмирья?

-Кроме того, что играющий по правилам ее не получит? - Джек извернулся, чтобы почесать спину, зевнул, а потом все же ответил. - Что от нее даже человек из Колоды может умереть. Иногда очень быстро, если будет продолжать лезть не в свое дело.

-Да, это похоже на правду, - Иероним аккуратно взял свои ботинки, подошел к камину и сел как можно ближе. Он так охотно тянулся к огню, что Виктор не мог не отметить выражение удовольствия на его лице, стоило теплым волнам, исходящим от пламени, проникнуть ему под кожу.

-Неужели Виктор все же отказался от всех моих подсказок? - Джек вопросительно склонил голову набок, тут же напомнив Гадателю одну из дурацких игрушек "Джек-в-коробке".

-У вас же есть информаторы. Спроси их, - отозвался Иероним, - Он решил найти отца, но поиски в другом мире привели... к не самым хорошим последствиям.

Виктор сел на пол рядом с Иеронимом и постарался хотя бы мысленно передать ему свою благодарность, ведь бывший Чистильщик даже словом не обмолвился о Юноне.

-Виктор... умирает? - Джек удивленно замер. Виктор скептически фыркнул - неужели Джек правда не понимал, что происходит? Сейчас Крысолов сам поддавался ему.

-А ты не знал? - озвучил мысли Гадателя Иероним. Он вытянул ноги к огню и довольно сощурился. - Он потерял сознание пару дней назад и больше не приходил в себя.

-Надеюсь, вы хотя бы догадались не вызывать врача.

-Конечно, нет, - Иероним посмотрел на Джека через плечо, - Ты знаешь, как это лечится?

-Могу что-нибудь сообразить. Если ты мне предложишь достойную цену, - Джек выпрямился. Теперь он стал похож на человекоподобного лиса, уже довольно потирающего лапки в предвкушении содрать с покупателя вдвое больше, чем стоит сам товар.

Джек любил сделки больше, чем что-либо еще в своей жизни. Если ему не могли предложить достойную цену, он обещал прийти за платой в самый неподходящий момент, оправдываясь классическим "заберу то, о чем ты не знаешь", чтобы отнять у должников самые драгоценные и опасные вещи, а потом их перепродать. Вот и сейчас он готов был получить с Иеронима гораздо большую плату за жизнь Гадателя.

-И что бы ты хотел получить? - Иероним развернулся и скрестил ноги по-турецки. На самом деле, он сделал это не столько для того, чтобы видеть Джека и наблюдать за его реакциями, сколько пытаясь согреть спину.

-Для начала я хочу, чтобы ты отдавал себе отчет в том, чью жизнь ты хочешь у меня купить.