Элисон Бэрд - Архоны Звёзд

Лорелин подошла к Йомару.

— Эйлия говорит, что там внутри есть туннель, и идет он прямо через гору и выходит в замок.

— Что-то мне это не нравится, — ответил он. — В туннеле очень легко устроить засаду.

— Когда херувимы будут атаковать с воздуха, внимание врага будет от нас отвлечено.

Он подумал и сказал:

— Может быть. Но лучше тогда дождаться темноты — просто для страховки.

После захода второго солнца они начали свое острожное восхождение — Йомар и Лорелин вели рыцарей, за ними длинными колоннами шли солдаты Смотрящего. Самого Смотрящего с ними не было: они с Коморой исчезли перед началом марша.

— Трусы, — презрительно бросил Йомар. — Они знают, что железо бессильно перед Мандрагором, и потому не решаются вновь на него напасть. Все труды и опасности они оставили нам.

Некоторые из людей Смотрящего тоже перепугались при подходе ко входу пещеры и повернули назад. Но основная масса продолжала идти сквозь туманный занавес, уверенная в своих предводителях. В пещере было жарко и темно, почти удушливо — стены уже не просто блестели испариной, по ним текла вода. Люди тяжело дышали, отирая лбы, и рыцари начали даже снимать доспехи вопреки предупреждениям Йомара. Когда они дошли наконец до зала с озером, то увидели, что поверхность его кипит, как в поставленном на огонь котле. Лорелин подошла к краю.

— Эйлия говорила, что озеро как горячая ванна, но не кипит. Что случилось?

— Смотрите, госпожа, — показал один рыцарь.

Из узкой трещины каменного пола проглядывало красное свечение, и жар как из горна обдал склонившиеся над трещиной лица.

— Огонь, там внизу огонь, — сказал Йомар. — Вулкан снова оживает?

— Это чародейство, я уверена, — сказала Лорелин. — Надо вернуться.

— Если это чародейство, то его творит Мандрагор, чтобы заставить нас отступить, — возразил Йомар. Досадное нетерпение овладело им в такой близости от преследуемой дичи. — Но собой он рисковать никак не стал бы. Значит, он просто нас пугает, на самом деле ничего серьезного нам не грозит. — Он стер со лба пот. — Пошли. Где тут лестница, ведущая внутрь?

И они двинулись дальше, держа оружие наготове, вверх по каменным ступеням к двери, открывающейся в нижние этажи замка, — выломать ее оказалось просто. Несколько обитателей бродило там по залам, и они быстро сбежали при виде мечей и доспехов ворвавшейся армии, кроме немногих, впавших в какой-то ступор, как пьяные. Но Мандрагора нигде не было.

Вскоре Лорелин нашла огромные двери в тронный зал и заглянула туда. На троне сидела женщина в красной мантии — Лорелин узнала ее и вскрикнула:

— Синдра! Предательница!

Йомар шагнул в дверь с мечом наготове:

— Где твой принц? Говори! — крикнул он.

Синдра сидела на троне недвижно. Распущенные волосы черным маслом лились по красной мантии, лицо было абсолютно безмятежно.

— Вам не победить, — произнесла она ясно и неторопливо. — Поднимаются огни земли. Я позвала их, и они повинуются моему приказу, ибо я — их госпожа. Вы думали захватить крепость, а попали в силок. Но можете уйти и вернуться к своей Трине Лиа. Останетесь — сгорите.

— Ты же тоже сгоришь, дура! — вытаращился на нее Йомар.

— Нет, сгорит только это смертное создание с ее телом. Мне повредить нельзя.

Он уставился на нее:

— Что ты такое говоришь?

— Это говорит не Синдра! Она одержима! — Лорелин подошла к подножию трона, выхватила адамантиновый клинок. — Кто ты? Что ты сделала с Синдрой?

— Я — архон этого мира, — произнес окрашенный красным рот.

— Элнемора! — ахнула Лорелин, оборачиваясь к Йомару. — Ею овладела Элнемора, понимаешь, Йо? Вот почему она не боится: архон знает, что ее самое уничтожить нельзя!

— С нами железо, — сказал Йомар. — Даже архоны Земли не могут ему противостоять. Оно препятствует их волшебству, как и магии любых смертных. — Он тоже подошел к трону, вытащил Меч Звезд, и женщина на троне дернулась и злобно глянула на него.

— Поздно! — крикнул украденный голос Синдры. — Огни земли пробуждены, и они теперь разгораются не моей волей, а собственной природой. Ни вам, ни вашим мятежникам не взять теперь Лоананмар — город будет разрушен, а люди убегут или погибнут. Вы сами навлекли на них эту судьбу.

Трина Лиа и ее советники заняли брошенный дом в центре города. Это был один из лучших домов в Лоананмаре, принадлежавший когда-то одному союзнику Смотрящего, и многочисленные комнаты были заполнены дорогой мебелью с позолотой и лаком. В открытые высокие окна проникал знойный воздух. Эйлия, Дамион и их советники сидели вокруг мраморного стола и тихо обсуждали, что следует делать. Смотрящего и Коморы с ними не было — они куда-то ушли по собственным делам. Аурон сидел с ними в образе человека, и на спинке его стула устроилась как на насесте Талира. Фалаар был снаружи, стерег главный вход.

Эйлия плохо соображала от тревоги и усталости, и еще от жары. Даже ветерок не задувал в открытые окна. Дамион смотрел на нее озабоченно, и она постаралась сесть прямее и следить за разговором, но больше всего ей сейчас мечталось отдохнуть, выспаться как следует.

Она переоделась в простое белое платье, короны на ней не было, если не считать уложенной косы собственных волос. Единственным украшением у нее был звездный сапфир матери, Камень она спрятала в потайном кармане. Сидя на золоченом стуле, она часто вздыхала и вертела кольцо на пальце.

— Очень долго это тянется! А из-за железа мы не слышим ничего, что в замке делается.

— Фалаар говорит, что битва шла хорошо, когда он там был, — подбодрил ее Аурон. Херувимы дрались с Мандрагором посменно — его сила оказалась больше, чем они ожидали. — Как ты сама говорила, принц не сможет держаться вечно. Он сейчас только защищается, не атакует, а его воины-драконы не могут войти во внутренний двор, где он держит оборону, — солдаты окружили его со своим оружием. — Он положил руку на спинку ее кресла и придвинулся к ней, говоря самым утешительным голосом: — Все идет нормально, принцесса. Окончательная победа не за горами.

— Ни их, ни тебя не ждет победа, принцесса, — заявил новый голос.

Он прозвучал от двери, и все повернулись туда. У входа стоял гоблин — а может, просто уродливый человек, одетый в черную мантию, с морщинистым злобным лицом.

— Как он попал в дом? — закричала Талира, взметая вихрь перьев.

В окне появилась огромная голова херувима Фалаара:

— Он не попал в дом. Этот трус проецирует сюда свое изображение. Видишь, он просвечивается насквозь?

— Кто ты? — спросил Дамион, вставая.