Евгения Бойко - Армагеддон в юбке

— Сидеть здесь бессмысленно.

— Согласен, — кивнул Рон, — предлагаю выбираться отсюда. Можно улететь…

— Можно, — согласился Арг, — только как ты предлагаешь сделать это в таком виде?

Действительно, кампания подобралась что надо: мы с Лолкой, с легких пеньюарах, замотанный в простыню, хмурый Рон, Стив в каких-то семейных парусах и Арг, в одеяле.

— Я ж не знал, что все так выйдет! — Оправдался Арг, под нашими взглядами, — лег спать в замке, а проснулся в кошмаре…

На этом, обсуждение закончилось. Мы замолчали, думая каждый о своем, и просидели так до самого восхода.

— Что-то подозрительно тихо, не находите? — Подала голос Лолка.

— М-да, немного не вписывается в историю о кровавых изваяниях, — пошутила я, и решительно направилась к двери.

— Что ты задумала?

— Разведку боем, — усмехнулась я и открыла дверь, предварительно устранив шкаф легким мановением руки (при помощи замкового заклинания, колдовать, как известно, я не могу). Рон нахмурился, и я поспешила уточнить, — не переживай, я не использую магию Хаоса.

Я выглянула в коридор, и громко завизжала, когда прямо перед дверью обнаружила замершую в очень смешной позе скульптуру.

— Что? — уже через мгновенье, Рон отпихнул меня от двери, застыв с обнаженными мечами…и не только ими… простынь живописно опала на пол.

— Маньяк! — констатировала я. — Ходишь тут, девушек смущаешь.

— Надо же, — Стив пощупал застывшую девушку, — мрамор, как мрамор. И что теперь делать?

— Громить их, к драконовым клыкам, — Рон замахнулся и разрубил скульптуру пополам. Я только пискнула. Вот это мечи! С виду обыкновенные сужающиеся к острию клинки и простое перекрестье, разве что в навершии сияют практически незаметные изумруды.

— Ну и хвала Богам. — Потер руки Арг, — порубим их на крошку и можно собираться в Ирбис, к эльфам, а то у них в последние годы, стало слишком тихо и скучно. Пора помочь страждущим.

Вот так, разведка боем закончилась, даже не успев начаться. Видимо, с восходом солнца, все вернулось на круги своя. Ну ладно, эльфы так эльфы…

Мы ехали по бездорожью. Места были жутко красивые, и ругаться в такой чудовищно романтической обстановке, категорически не хотелось.

На очередном привале я устроилась возле догорающего костра и молча созерцала алеющие угольки, собиралась с мыслями и готовилась учинить громкий скандал. За испорченные каникулы, за постоянные лекции о вреде магии Хаоса, за горячие взгляды загадочных карих глаз, и жгучие слова.

— Ты на меня зла? — Спросил Рон, прислонившись спиной к дереву и окидывая меня бездонными омутами глаз, слегка заглушенным черными ресницами.

— Вовсе нет, — вздохнула я.

— Тогда… — он некоторое время молчал, выдерживая паузу, — тогда я не могу понять, чего ты хочешь?

— А чего хочешь ты? — я подняла глаза, надеясь поскорее завершить этот бессмысленный разговор. М-да, вот опять я ляпнула лишнее…

— Тебя.

Я презрительно посмотрела на вампира.

Всем нужно мое тело! А душа? О ней, кто ни будь, подумал?! Хотя… «я хочу твою душу», звучало бы как извращение…

Рон подошел ко мне, и положил руки на талию, рывком притянув к себе. Он снова был похож на аристократа: красивого и сдержанно страстного — такого я знала в начале нашего знакомства.

Небо подозрительно хмурилось, в лесу становилось все тише. Я вырвалась и пошла к сооруженному на ночь шалашику, в котором, впрочем, никого не было. Куда могли запропаститься Арг и Лола, я догадывалась, но что делали Милаут и Стив, так и осталось загадкой.

Я села и подтянула ноги к груди. Весь мой боевой запал и колкости куда-то испарились.

Рон сел рядом, задумчиво рассматривая подобранный где-то цветок, а потом начал по одному обрывать его лепестки, пока не осталась одна сердцевинка.

По листьям забарабанили первые капли дождя. Я подняла голову и встретилась с взглядом вампира.

— Дождь, — прошептал Рон, не отрывая своих колдовских глаз, от моих.

— Дождь, — согласилась я, протягивая руку, и чувствуя, как капли ударяют по коже, — теплый…

— Теплый? — Меня ласкал его чуть хриплый голос, а пальцы мягко приподняли подбородок. Жаркое дыхание обжигало губы.

Его зрачки расширились, и глаза казались черными, в этом мягком полумраке. Он протянул мне руку, я немного помедлила, но потом протянула свою. Его пальцы мягко сомкнулись вокруг моего запястья.

Я шла следом, увлекаемая в самую глубь леса, а тугие струи дождя яростно хлестали меня по плечам и спине. Волосы намокли и темными змеями струились по плечам. Одежда облепила фигуру, заставив поежиться от налетевшего ветерка.

В какой-то момент, Рон остановился и развернул меня к себе.

Дождь закончился, серое небо низко нависало над лесом. Удивительно свежий и чистый воздух пах мятой и озоном. Вверху хлопали крыльями птицы, их щебет постепенно наполнял пространство.

Время уже привычно, замедлило свой бег.

Капля дождя с листа падала долго, позволяя уловить самую ее суть и увидеть свет внутри. Взлетающая птица красиво взмахнула крыльями, взмывая вверх с мокрой травы. Редкие капли летят к земле, перья, отливают синевой…. Зрачки расширяются….

Все возвращается на круги своя…

Я с сожалением покосилась на безнадежно испорченную одежду, в тайне надеясь, что не подхвачу простуду, или что-то более существенное и нежелательное. А почему собственно в тайне?

— Не замерзла? — Рон улыбнулся и уткнулся лицом мне в волосы, меня же охватила дрожь, вызванная отнюдь не страстью.

— Не знаю как ты, а я бы не отказалась от теплого одеяла и горячего чая.

Утро мягко опустилось на землю. Оно было теплым и прозрачным, словно капля самой чистой воды. Я открыла глаза и еще пару секунд прислушивалась к окружающей меня природе.

— Такого больше не повториться, — спокойно произнесла я.

— Я согласен. — Так же спокойно ответил вампир, и мое сердце предательски подпрыгнуло, поражаясь его согласию.

— Рон открыл глаза и лукаво посмотрел на меня.

— Будет еще лучше. — Наконец улыбнулся он.

— Подлец! Соблазнить бедную, невинную девушку! В лесу!

— Извини, — шутливо оправдывался вампир, — в этом лесу больше некого соблазнять. Потому будь так добра, объясни, кого ты имеешь в виду, говоря о невинности и беззащитности. Не себя ли? Но ты не…

— Гад! — Взвизгнула я, набрасываясь на Ронграта и вцепившись в его волосы.

— О да! Моя дорогая чертовка! — Смеялся вампир, прижав меня к себе и не собираясь отпускать.

— И почему я не могу, на тебя злится, а вампир? — спросила я, не отрывая взгляда от его глаз, в которых плескалось веселье.