Линн Флевеллинг - Тайный воин

Зуштра выглядел слегка смущенным, но остальные захохотали, как будто Ки отмочил отличную шутку.

Однако вскоре о слабости Тобина судачить перестали, поскольку возникли новые слухи и более серьезные опасения.

Несмотря на то что в Атийоне Эриус обнадежил компаньонов, он по-прежнему отказывался посылать их на битву. А донесения о нападении разбойников на деревни и о пиратах, бесчинствующих на островах вдоль побережья, приходили почти каждый день. Однако лето близилось к концу, а Эриус и не думал откликаться на мольбы сына дать ему возможность испытать себя в настоящем деле.

Возможно, именно из-за этого старшие юноши стали все чаще искать развлечений в нижнем городе — и зачинщиком, как обычно, был Корин.

Возвращение короля никак не повлияло ни на пьянство принца, ни на его страсть к низменным удовольствиям. Никидес, осведомитель компаньонов по части придворных тайн, сообщил, что в ответ на доклад Пориона Эриус подмигнул и сказал: «Да пусть разбрасывает свое семя, пока может!»

И судя по тому, как часто Танилу приходилось ночевать в обеденном зале или в нише для оруженосца в комнате Тобина, Корину было что сеять, и со временем его семена дали ростки. Еще несколько горничных забеременели, но их тут же удалили из дворца. А уж сколько бастардов Корин мог произвести от портовых шлюх, вообще никто не знал, по крайней мере никто из компаньонов.

Несмотря на постыдный случай во время казни, отношение Корина к двоюродному брату ничуть не изменилось; и тем не менее старшие юноши все чаще стали оставлять мальчиков во дворце, когда сами отправлялись на поиски ночных приключений.

Даже если Тобин и замечал растущую отстраненность, он не показывал своего беспокойства даже Ки. На смену лету пришла прохладная осень, а Тобин с друзьями все так же продолжали втайне тренироваться на мечах — с Аренгилом и воинственными подружками Уны.

Иной раз девочек собиралась целая дюжина, хотя Ки был уверен, что большинству из них просто нравится надевать мужскую одежду и делать что-то тайком. Только Уна, Калис и еще одна девочка, которую звали Силани, действительно достигли немалых успехов.

В очередной раз они встретились на крыше через несколько дней после празднования тринадцатого дня рождения Тобина. Придя в условленное место, Тобин и Ки увидели, что девочки над чем-то смеются. Уна от возмущения покраснела, когда одна из ее подружек призналась, что они обсуждали. Оказалось, они спорили о том, достаточно ли взрослым стал Тобин, чтобы жениться по королевским законам.

— Я достаточно взрослый для битвы, а остальное меня не интересует, — огрызнулся Тобин, вспыхнув. Он ненавидел девчонок, когда они начинали заигрывать с ним.

— А как насчет тебя? — спросила Калис, окидывая Ки ласковым взглядом. — Тебе пятнадцать. В моем городе в таком возрасте уже женятся.

— Ну да, если тебе нужен в мужья ребенок, — фыркнул Аренгил, обнимая Ки за плечи и отводя в сторону. — А как насчет меня? Я тебе в дедушки гожусь.

— Вот уж не похож ты на моего дедушку, — сказала Калис, подходя к Аренгилу и проводя рукой по его гладкой щеке.

Ки, тут же преисполнившись ревности, постарался привлечь внимание изменницы, схватил меч двумя руками и широко размахнулся им. Этот прием он позаимствовал у Корина.

— Если хочешь когда-нибудь узнать, как колется мужская борода, от Аренгила тебе проку не будет, — сообщил Никидес, уворачиваясь от меча Ки, пролетевшего рядом с его плечом.

— А ну-ка, Киротиус, давай посмотрим, есть ли от твоего нового приема практическая польза, — с вызовом воскликнула Уна. Она знала, что Ки нравится Калис.

Тобин с восторгом наблюдал за быстрыми движениями Уны. Прошло меньше года, как она начала учиться владеть мечом, а уже могла схватиться с Никидесом. Но и другим мальчикам она не давала спуску, когда они работали вместе. Ей приходилось, конечно, каким-то образом объяснять родным, откуда у нее на руках синяки и почему разбиты костяшки пальцев, но она гордилась своими ранами.

А сейчас, глядя, как Уна сражалась с Ки, Тобин снова задумался о Граннии и тех женщинах, что тайком тренировались в Атийоне в надежде, что однажды некая королева поведет их в бой. Сколько таких женщин во всей Скале? А сколько таких, как Ахра, которым повезло и они открыто служат в армии?

Вдруг Тобин заметил на другой стороне площадки Никидеса. Тот с ужасом смотрел на что-то за спиной принца.

Тобин обернулся — и меньше чем в двадцати футах от себя увидел короля, размашистой походкой Эриус направлялся к площадке. Рядом с королем шли Порион и Корин, а дорогу им показывал старый враг Тобина Мориэль. Лицо короля было чернее грозовой тучи. Заметив кузена, Корин покачал головой. Порион бросил на Тобина уничтожающий взгляд.

Один за другим и остальные заметили нежданных гостей. Несколько девочек вскрикнули от испуга. Ки уронил меч и опустился на одно колено. Аренгил, Лута, Никидес и их оруженосцы поспешили сделать то же самое. Один только Тобин не мог пошевелиться.

Эриус вышел на середину площадки и огляделся, запоминая лица для грядущего наказания. Наконец он повернулся к Тобину.

— Что здесь происходит, племянник? — требовательно спросил он.

Тобин наконец осознал, что он единственный стоит во весь рост, но ноги по-прежнему отказывались повиноваться. Он посмотрел прямо в глаза королю, пытаясь понять, сильна ли надвигающаяся буря. Да, в глазах Эриуса безусловно пылал гнев, но был в них и переменчивый, как ртуть, намек на безумие.

— Ну? — сердито бросил Порион.

— Мы… мы просто играем, — выговорил Тобин. И тут же понял всю глупость своего объяснения.

— Играете?

— Да, твое величество, — пискнул чей-то дрожащий голосок. Это была Уна. Она положила меч перед собой, как бы предлагая его королю. — Это всего лишь игра… мы делаем вид, будто мы воины.

Король повернулся к ней.

— И кто все это придумал?

— Я, твое величество, — сразу ответила девочка. — Я попросила То… принца Тобина показать нам, как обращаться с мечом.

Король, подняв брови, посмотрел на Тобина.

— Это правда? Вы все забрались сюда, тайком, просто ради игры?

Мориэль уже откровенно злорадствовал. Интересно, как долго он шпионил за ними, подумал Тобин, проникаясь еще большей ненавистью к давнему врагу. И что именно он рассказал королю?

— Да, Уна попросила меня немного поучить ее, и я согласился, — сказал он. — А сюда мы забрались, потому что ее отец не одобряет такие игры. И потому что старшие мальчики подняли бы нас на смех за тренировки с девочками.

— А ты, Никидес? — спросил Эриус. — Ты тоже принял участие в этом посмешище и даже не потрудился рассказать своему деду?