Larka - Волки

— Увы, не могу сказать того же и вам, — против ожидания, голос сверху оказался вовсе не грубым, и от него даже не обрушились горы. — Поворачивайте носки своих сапог в другую сторону и продолжайте идти.

— Я не отверну, — Ивица потянулась рукой, выудила из капюшона возмущённо затрепыхавшуюся синицу и, не оборачиваясь, с силой швырнула её назад.

Великанша сначала усмехнулась, затем засмеялась — правда, смех её Ивице понравился. Ну не может это чудесное создание быть врагом!

— Ты что же, готова применить против меня свою Силу? Нет, чаровница с волосами цвета меди — тебя уже остановили, хотя ты о том ещё и не догадываешься.

Некоторое время волшебница раздумывала. Вот уж, почти все легенды враки, выходит? Против ожидания, великанша не оказалась едва умеющей говорить тупицей — самой Ивице пришлось бы попыхтеть, чтобы облечь в столь малую толику слов столь много потайного смысла. Если эта ходячая и весьма симпотная гора намекает, что даже её смерть Ивице не поможет…

— Мне нужно подумать, — кисло объявила волшебница, и получив милостивое согласие сверху, принялась устраивать походный костерок.

Не столько для того, чтобы вскипятить травяного отвара да напоить им упрямо не желающего отвернуть принца. А… чтоб не спешить совершать необдуманные и неисправимые поступки.

— Да, кстати — меня зовут Ивица, — дерзко заявила она в эти глядящие сверху глаза.

— Скади, — хмыкнула великанша как-то так, что сомневаться тут не приходилось — её звали именно так.

Хотя на той имелись лишь кожаные штаны да меховая безрукавка (боже, сколько ж зайцев пришлось на неё перебить!), она явно не мёрзла. Спокойно присела на обледенелый утёс с более-менее плоской вершиной и прислонила к нему сделанную наверняка из цельного ствола старого дуба палицу.

— Да, чуть не забыла, — Ивица сыпанула в закипевшую воду горсть травяного сбора, потеплее укутала нахохлившегося у костра Тириэля и распрямилась.

— Я предполагала встречу с кем-то из вас… обе лошади, и оба бочонка вина твои. В том, что побольше — ароматное, а в меньшем перегнанное. Невкусное, но очень крепкое.

Ответом сначала оказалось молчание, и вновь поднявшая взор Ивица увидала направленный на неё насмешливый взгляд льдистых глаз.

— Как вы все предсказуемы, людишки — всё время отравленное вино предлагаете. А за лошадок спасибо — думаю, гнедая вкуснее?

С этими словами Скади бесцеремонно ухватила гнедую кобылку за шею. Стряхнула эдак небрежно с неё поклажу, затем ловко поддела ногтём — и содрала целиком шкуру. Небрежно постучала тушей по утёсу, отряхивая от внутренностей, и жизнерадостно захрумкала с удовольствием нагулявшего на морозе хороший аппетит человека.

— Дура ты, — взгляд Ивицы полыхнул гневом и обидой.

И не успела великанша прожевать очередной кусок и сделать из маленькой нахалки отбивную, как волшебница ловко вбила краник в ближний бочонок, нацедила кружку — и напоила из неё мрачного эльфа. Да несколько глотков сделала сама.

Удивительно — великанша виновато моргнула и отвела взгляд.

— Извини, — нехотя процедила она через некоторое время. — Меня уж и волчьей красавкой потчевали, и всякими изысками алхимии. Извини, что дурное про всех людишек подумала.

Одновременно с этими словами рука Скади потянулась — и забросила в рот меньший из бочонков. С хрустом великанша разжевала его, и одновременно с румянцем на щёки её выплыла улыбка.

— А неплохо, будто конфета с ромовой начинкой, — она с шумом выдохнула, а потом выплюнула на ладонь помятые железные обручи и с душераздирающим хрустом закусила лошадиной ногой.

Зачем-то расправила железки в ладони, надела на палец наподобие обручального кольца. Миг-другой с мечтательной улыбкой она полюбовалась на них, а затем сжала руку в кулак. С глухим лязгом изделие безвестного кузнеца лопнуло словно гнилая солома — а Скади небрежно смяла остатки и зашвырнула куда-то далеко, чуть ли не на небо.

— Забористая штука это перегнанное вино, — великанша с одобрительной улыбкой счастливо вздохнула, и к Ивице подъехала её большая ладонь. — Залезай, почирикаем о нашем, о женском. А ты, остроухая бестия, посиди пока сам — негоже тебе встревать в девчоночьи разговоры.

Волшебница не заставила себя долго упрашивать, да и уговаривать вообще. По-мальчишечьи поддёрнула полы плаща, и забралась в оказавшуюся восхитительно тёплой ладонь. Вот уж всем кроватям кровать — и замёрзнуть не позволит даже в лютый мороз, и в обиду не даст.

— Слушай, Скади — ты случайно не из ётунов? Что-то похожее на твоё имечко вроде в малых Эддах упоминалось… — на затравку поинтересовалась расхрабрившаяся от вина и отчаяния Ивица.

Великанша хохотнула и от восторга хлопнула себя по колену, отчего с ближних сосен испуганными струйками осыпался снег.

— Надо же — всё-таки у людишек память не столь коротка! Да, та самая и есть.

Волшебница очертя голову кинулась развивать первый успех и полюбопытствовала — а не та ли она отчаянная великанша, которая некогда затеяла большую бучу и здорово кого-то там отдубасила? Развеселившаяся Скади не стала отрицать, хотя и еле заметно смутилась. Ну да, была молодая и дурная, как-то по нахальству характера подбила глаз самому Мимиру. Дедуган тогда так разобиделся, что к мировому ясеню до сих пор хоть не подходи.

— К Иггдрасилю? — рыжая волшебница весьма удобно улеглась в ладони собеседницы, подперев голову рукой.

— К нему, к нему, — улыбающаяся Скади некоторое время смотрела на волшебницу в своей ладони чуть ли не материнским взглядом, а затем посерьёзнела. — Ладно, девонька, давай за трапезой и о делах не забывать…

Сначала Ивица не поняла. Как это — готова ли она отдать за свою прихоть сразу две жизни? Ну принц понятно, тот сдуру готов за нею хоть к самому Тёмному в пасть отправиться.

— А кто второй? Я, что ли?

Взгляд Скади стал таким сосредоточенным, что Ивица поёжилась и едва не придавила возмущённо затрепыхавшуюся под полой синицу.

— Ну ты и дурында, хоть и малая, — мизинец великанши деликатно указал волшебнице чуть ниже пояса. — Готова ли ты убить ту искру жизни, что носишь под сердцем?

Так, тут уж шутки в сторону. Когда женщина слышит подобные слова, то самое время насторожиться. Ивица перекатилась, села на колени, и прошептала заклятие. О светлейшая богиня, это правда!..

— Да при чём здесь тот горец, — взгляд неожиданно смутившейся Скади вильнул и указал на оставшегося где-то далеко внизу и в стороне одинокого эльфа.

Да, верно говорят, что бывает такая правда, что хуже самой гнусной лжи. Ивица обмерла. Выходит… дура, дура! Ведь настолько торопилась догнать и перехватить душонку уходящего по последней тропе эльфа, что впопыхах забыла набросить на себя предохраняющее заклятье. Уй, а ещё волшебница называется! С ло Эриком-то помнила — не время было ещё обзаводиться наследниками…