Дмитрий Билик - Оловянная корона (СИ)

Лейтли хотел что-то ответить гражданской жене, причем резкое, грубое, даже уже было рот открыл, но потом передумал и лишь облизнул губы. Все-таки его неконфликтность и беззобность могли еще контролировать новые грани характера, открывшиеся после Сеанса.

— Не вижу смысла брать с собой охрану, — ответил Ил. — После Сеанса вряд ли что-то может угрожать моей жизни.

— Ага, например стрела или брошенный нож, — хмыкнула Лена.

— На тракте без причины никто не будет убивать путников. Сначала их, как минимум захотят ограбить. Но это уже будет невозможно с моими способностями. — Иван сначала подумал, что Лейтли хвастается, но потом понял — его светлость просто и в присущей ему занудной манере констатировал факт. — Притом, я подумал, вряд ли будет хорошо, если «Окно» увидят неподготовленные, местные люди.

Иван только сейчас понял — ведь Иллиан тоже отправится с ними.

— Ил, а как же твой титул, земли. Тебе же наконец пожаловали Лейтлипорт.

— Титул — это слова, Лейтлипорт — камни и вода. Без дорогих мне людей они ничего не стоят.

Сказано все было без пафоса, довольно обыденно и спокойно. Ленка, переставшая дуться, подскочила к лорду, судя по всему, опять бывшему, и поцеловала того в шеку.

— К тому же, если мы вдруг захотим вернутья, то с этим не будет проблем. У меня очень хороший управляющий.

— Надеюсь не Халиль? — усмехнулся Иван.

— Нет, не Халиль, — на секунду Турову показалось, что Лейтли поморшился. — Элайя. Старина Элайя.

— Я тебе потом про Халиля расскажу, — шепнула квик психокинетику.

— Друзья, давайте поторопимся, — вмешался Руслан. — Не хотелось бы пропустить «Окно», которое так долго ждали.

Они отправились в сторону от тракта. Со стороны это, конечно, смотрелось странно — больше десятка человек ломанулись в поле, оставив на дороге лошадей.

— Так вот, — оказалась рядом Ленка. Иван обернулся, Лейтли был поглощен разговором с Русланом относительно нового мира. — Ты же помнишь, мы с Эдваром поехали вместе — он до столицы, а мы дальше — в Лейтлипорт. Место, конечно, красивое, но ветрено там все время. Я уж задалбалась…

— А с Халилем что?

— Так вот, я и рассказываю. Доехали до столицы. Ты знал, что у нее названия нет?..

— Лена!

— Так король, то есть Эдвар, и просит: отдать ему в услужение Халиля. Уж не знаю, чего там такого сделал Халиль и как убедил Эдвара, но факт остается фактом.

— А зачем королю Халиль?

— Да ты щас упадешь. Погостили в столице, так на третий день Эдвар назначил Халиля тайным левым мастером. Представляешь?

Иван вспомнил хитроватую бусурманскую рожу Ибн Шиина и лишь головой покачал. А ведь и правда, место как раз для него.

— Иллиану это пришлось не по душе?

— Еще как. Вслух, он, конечно, ничего не говорил. Но ты же знаешь, он весь такой правильный, считает, что королю должны служить лучшие люди, а не разбойники и мошенники. Но ничего, приехали в Лейтлипорт. Там забот полон рот. Ил вызвал из соседней провинции архитектора, заказал ему статую Фергуса.

— Серьезно?

— Ага, даже подпись уже придумал: «Первому среди защитников семьи Лейтли, Фергусу Войлу». Это еще что. Там иногда с островов приплывают…

За разговорами они подошли к ожидающей их троице — Косте, Марату и Роману Валерьевичу. Старик действительно сдал — кожа под глазами напоминала дряблый, ненатянутый гамак, глаза словно выцвели и постоянно блестели, руки заметно дрожали. Увидев Лену, он улыбнулся и поспешил ей навстречу.

— Леночка, как я рад вас видеть. Рад, что вы с нами, — он запнулся, более ничего не произнеся. Непринужденного разговора не получилось. — Ладно. Главное, что мы все собрались вовремя.

Он не успел договорить, как буквально шагах в трех от Романа Валерьевича поплыл, раскаляясь, воздух. Постепенно марево достигло радиуса четырех метров и перестало расти, теперь лишь редко подрагивая, точно живое существо. Повезло, все-таки. Как вовремя путники приехали.

— Можете не торопиться, у нас тридцать шесть минут, — почему-то крикнул профессор, хотя Окно никаким образом не шумело. — Я специально выбирал такое большое окно. Но будет все же лучше, если мы не станем медлить.

— Ну кто первый? — спросил Руслан.

Туров не говоря ни слова, широким шагом вошел внутрь. Снова, как и почти год назад он ощутил, как земля уходит из-под ног. Снова все поплыло перед глазами, превращаясь в винегрет сюрреализма. Свет исчез, пропало пространство, время, все. Его будто разорвало на части и собрало снова. Иван почувствовал, как ноги уже ступили на твердую почву, уже хорошо — в предыдущий раз кончилось путешествие болотом — и прикрыл глаза от яркого солнца. На него пахнуло родным запахом горячего асфальта, перемешанного с подгорелой уличной едой. Почему-то Иван не сомневался ни минуты. Это дом.