Иван Петров - Томчин

Захваченные нами в битве при Иргизе пленные принадлежали к тому же роду канглов, из которого происходит Теркен-хатун, мать Мухаммада. Похоже, это она прислала войска в поддержку меркитов и куманов. Кто командовал — не известно, но были распространены слухи, что во главе сам Мухаммад. Кстати, куманы и кипчаки — одно и то же. Название кипчаки пришло к нам по линии гурганийской агентуры, так там называют племя родственников матери хорезмшаха, активно внедряемое ею на все государственные должности. Куманы, судя по всему, те, кто не покинул степь и ведет прежнюю кочевую жизнь. Мама сама решила нас повоевать. А у сына проблемы. Потерь не знаю, но, скорее всего, армия у него ополовинена и за год восстановлению не подлежит. Надо продумать. Предмет есть?

По весне отправил посольство без подарков, со скромным текстом пожелания взаимных успехов и развития торговли. Ждал реакции Мухаммада на прошлогодний инцидент. Никакой реакции. Мухаммад, уже больше месяца, находился в Самарканде и, по-моему, совсем не знает, чем без него здесь занималась матушка. Формальный, ни к чему не обязывающий, ответ и подтверждение согласия на обмен караванами. Живем уже совсем рядом, посольство за месяц обернулось. Кажется, после Багдада ему сейчас ни до чего.

Вскоре от хорезмшаха поступил первый нормальный большой караван с настоящими купцами и хорошим, неформальным товаром. Первый, о котором, наконец-то, знает и сам хорезмшах, так сообщил глава каравана. Встречали его в Каракоруме, новой столице свободной Монголии. Теперь все посольства можем принимать здесь. Кварталы ремесленников, купцов — построены и продолжают расширяться. Настоящий город мастеров, с достойным для здешнего мира производственным потенциалом и торговым оборотом. Made in Mongolia. Черные камни — неплохое название для города. Надеюсь, город у нас первый, но не последний. Этот достроим — можно и для следующего место подбирать. Не при мне уже, конечно.

Вроде и нормально все. Чего бы так не жить?

Зучи сказал, что мои войны, которые я постоянно веду и планирую, привели к гибели большого числа людей во многих странах. Сошел с ума Чингизхан от старости. Пора решать вопрос о передаче власти в Монголии в руки первого наследника и срочно оказать помощь Хорезму в восстановлении сил после постигших страну бедствий под Багдадом. Быстрее заключить союз с Мухаммадом. Примерно так. Сказал своему второму брату, Чагатаю. Не знаю пока, что думать. Все из рук валится. Хорошо, хоть Чагатай не донес на брата.

Итак, что у нас на этот год, по уму. В Китае Мухали полностью овладел обстановкой и результаты его деятельности только радуют. Перспективы на год хорошие, каких-либо неожиданностей он не допустит, можно об этом не думать. Мое решение — дать ему титул Правителя Китая, кажется мне верным, оно четко определяет его статус и развязывает ему руки в общении с нашими чиновниками. Предельно ясно: все, что касается Китая — к нему.

Далее. Си Ся. Продолжая делать уже вялые намеки на возможный брак с империей Цинь (которая таки по-мужски недоумевала, о чем, собственно говоря, идет речь), чисто по-женски, нечаянно, захватила Ланьчжоу. Думаю, циньцы тоже от этого обалдели, как и я. Зато указание пальцем на Сун, как на возможного контрагента по переговорам, дало немедленный результат. Завязалась активная переписка по поводу координации военных действий против Цинь. Читал в списках и остался в восторге от их взаимных прожектов. Еще бы Луну захватить пожелали и спорили, кто первый полетит. Обе стороны готовят друг друга на роль снаряда. Ну, дай им бог.

Третье. Елюй и Корея. Надо ввести войска и разделить этих петухов. Придержать петуха Елюя, это он туда бегает. Попрется опять — примем меры: у него скоро поля зарастать начнут, весь народ войной замучил. Ох ты, как… Перерыв.

Вот и сердчишко барахлить начало. Сколько мне? Примерно щестьдесят семь. Уже давно отца и дедов обогнал, живучий попался. Ладно, Мухаммад и кипчаки. Мы не умеем обороняться, да и негде нам — в наших-то степях, с детьми и обозами. Индейцев — в такой ситуации, в Штатах, почти всех перебили. Мухаммад вряд ли в резервации будет загонять, много чести для неверных. На нашей территории нам с ним не справиться, даже, если удастся затянуть наше истребление. Вдвоем с Китаем доконают и прочая свора присоединится. Порвут, как Тузик грелку, голова Мухаммаду отойдет, а Китаю, как всегда — задница. Разберутся.

Снимаем с рассмотрения пораженческий вариант, рассматриваем атаку. Умеем, и города научились брать. Тяжелой конницы нашего качества нет ни у кого в мире. Война на два фронта? Или, даже, на три — считая куманов-кипчаков. Если попытаться разбить их по частям — может получиться. Только Мухаммада — первым и пожестче. Вряд ли кипчаки на нас накинутся, пока перевес в битвах всегда был на нашей стороне. А на самоубийц они не похожи. Для этого тоже характер надо иметь. Мой. Но шансы невелики. Война на два фронта возможна, если мы очень быстро задавим Хорезм. Год, максимум — три. Нет, три не выдержим. Максимум — два. Если очень жестко, то может получиться. А если это не только Зучи? Хорошо, что Хулиган не имеет никаких прав на престол. Похоже, его бы уже убили. Хватит сердце рвать. Перерыв.

Зучи уже тридцать семь лет, вот и надоело ему ждать, когда власть в руки упадет. Как бы там ни было, но это — обычный кочевник из небольшого племени, когда-то приличного коня не имевший, что ему наши дела? Жизнь проходит, а на пути стоит старик и не отец совсем. Мучит своими запретами. Почему Мухаммад делает, что пожелает, а Зучи должен… А-а, что говорить. Все понятно. Молодой самец и так далее. Но, все равно, сердце щемит. Он сын Бортэ. Останется жить, сделаем вид, что… Ничего. Ни-че-го. Бортэ жалко. Я ей обещал передать ханство сыну. Из четырех зверей более всего подходит третий — Октай. На него ориентир, стратегическое мышление присутствует. А Зучи весь мир передушит, с радостью или без.

Один из пленных передал Зучи сообщение от Теркен-хатун. Что было в сообщении — неизвестно. Пленный мертв. З-зучи!

Эта старуха нанесла мне удар, не сравнимый ни с чем. Она отравила своим ядом сердца членов моей семьи. И с этим я должен жить.

Гори оно огнем, ничего в этом году делать не буду. Пока душа не пройдет. Зучи… Если бы не Бортэ…

Чертов Елюй поперся опять в Корею. Я его предупреждал о своем неудовольствии всем происходящим в последний год? Не внял. Отправил дежурную дивизию. В стычке (сражением это трудно назвать) Елюй убит. Мои разграбили несколько корейских городов. Видимо, отдавая приказ, я был несколько не в форме. К Корее претензий нет, вопрос был только в Елюе, он находился на чужой территории, грабить было не обязательно. Не надо было. Хорошо я к корейцам отношусь, но, что поделаешь, так вышло.