Александра Голубева - Мама волшебника. Трилогия (СИ)

— Так садитесь здесь… А я тут немного сдвину время… для…для роз. Вот.

Мишка выбежал из беседки под дождь. И начал что- то вытворять с ближайшими ко входу кустами. Бутоны красных и желтых роз набухли и открылись… Мишка привычным движением взъерошил свои волосы на макушке пятерней…

— У меня на большее ресурсов не хватает… Теперь они, — Мишка забежал под крышу и начал отряхиваться от воды, — будут цвести, отцветать и делать все что положено растениям… Хватило заряда только на эти два куста… Так сейчас сидите и все… Нужно, что бы вас здесь увидили…

Мы просидели в беседке несколько часов и только когда у меня появилось ощущение, что мой желудок уже приклеился к позвоночнику, Миша разрешил нам отправиться к эльфам завтракать, а точнее уже обедать. За время наших посиделок на нас приходило посмотреть несколько человек, в основном женщин и отряд стражников… Судя по всему мы действительно были странными и грозными, поскольку бравые солдаты, увидив Атона, как-то стали меньше и быстренько ретировались… Обратно мы возвращались через тот же розарий под только ставшим сильнее дождем.

В маленьком городке на окраине Империи Делая под непрекращающемся дождем люди каждый день приходили к маленькой белой беседке в саду главного церемониймейстера управы. По воле случая этот пожилой вельможа очень сильно любил розы и под его недремлющем оком многие клумбы в городе были засаженны именно этими цветами. Что привлекало столько людей в этот сад? Всего два куста роз: кроваво-красного и золотисто-желтого цвета. А особенны они были тем что впервые за много лет они распустили свои бутоны. Как говорил почтенный вельможа: «Это поздние сорта, которые цветут только в начале осени…» Осени, которая уже очень давно не наступала в этом отдаленном уголке империи. А еще по городу начали расползаться слухи, что розы зацвели по воле двух странных посетителей, которые как-то появились и куда-то ушли. Прекрасная женщина с белыми волосами и Крылатый мужчина посетили город и исчезли в неизвестном направлении. Их поиски не увенчались успехом, что было странно. А еще несколько кумушек, сидя в теплых кухнях расказывали о том как прекрасна женщина и что она очень-очень сильно любит розы… А мужчина сильный воин, готовый ради нее на все… Даже упорядочить время, что бы его любимая всегда могла наслаждаться любимыми цветами… И что он всю жизнь добивался ее руки и многое другое… Стражники видевшие эту пару рассказывали другие истории, о том что Крылатый Воин огромен и силен, и что он способен обратить своим видом всех врагов в бегство с поля боя… И что уже женщина смиренно следует за ним, услаждая его во время отдыха от ратных подвигов и не смея перечить силе. Рассказы приобретали все новые подробности и обрастали деталями. Уже через десяток дней после того, как зацвели розы в саду церемониймейстера, от розовых кустов отломили по небольшой веточке… И веточки не восстановились. Теперь возле беседки стоял караул отгоняя любопытных… А две скромных палочки, аккуратно завернутых во влажную ткань путешествовали вдоль тракта в столицу… Довезти их одному человеку было не под силу — весь путь занимал более двух десятков дней, но веточки, словно самый драгоценный дар передавали из рук в руки разным людям: купцам или просто быстроногим деревенским мальчишкам вместе с историями… Уже совершенно не похожим на правду, но от этого не менее удивительным…

— Мам, пошли, ты переоденешься… Сегодня мы идем в Исбайд, а там холодно.

Мишка поймал нас на выходе из зала порталов и потащил в дальнее крыло замка к кладовым.

— Согласно «Описанию Земель» сейчас В Исбайде зима… Там почти всегда зима. Поэтому одевайтесь…

Мишка командовал таким голосом, что перечить у нас с Атон не возникло даже мысли и вот уже через пол-часа мы стоим возле ниши заполненной морозным туманом и снежинками, а Миша командует дальше.

— Мы выйдем на лед, не поскользнитесь… И мам, там холодно… Атон, нам нужно создать сияние… Как северное у нас на Земле… Знаешь как? Я до этого еще не дошел…

— Попробую… Но это будет имитация… С солнечным ветром я не договорюсь…

— Тода ненада…

Мишка потопал ногой… Шмыгнул носом…

— Будем делать весну. Растопить лед сможешь? А я выращу цветы.

Атон просто кивнул… И вот мы уже стоим посреди ровной поверхности льда, сковавшего небольшое озеро в заснеженном лесу. Идет снег. Где-то на противоположном берегу застывшей водной глади мерцает свет костра или свечи. В темноте он еле виден на расстоянии, но Михаил ведет нас в противоположную сторону. В теплой меховой шубе тепло и только щеки покусывает злой морозец. Атону приходится хуже — его крылья уже покрылись тонкой корочкой льда и мелодично звенят при каждом его шаге… Дойдя до берега Миша принялся командовать.

— Атон, растопи снег и если сможешь лед…

Демон присел и сняв меховые рукавицы приложил руки к земле.

— Я могу вывести жар земли сюда… И тогда магической энергии понадобиться меньше, да и следов магии огня не останется…

Мишка задумался и кивнув сказал: «Давай».

Атон начал напевать какую-то песню, слов которой я не поняла, постепенно ускоряя темп и усиливая голос. В конце его уже можно было слышать на другом конце озера, откуда по направлению к нам двигалось несколько источников света — факелов… Добраться до нас у жителей этого зимнего края не получилось… Они провалились под лед, который таял прямо на глазах. Послышались возмущенные крики и лай собак… От озера начал подниматься пар, а вскоре и снег на его берегах начал таять. Пар поднялся настолько сильный, что перекрыл всю видимость и рассмотреть, что произошло с людьми и животными не удавалось.

— Не волнуйся, милая все живы… Уже выбрались на берег… и сюда бегут несколько собак.

Из плотного тумана повались несколько темных носов с интересом втягивающих непривычные ароматы. Собаки были полностью белыми с голубыми глазами и черными носами, добродушными. Зверье завиляло хвостами и принялось кружить вокруг меня… Обожаю собак! Я с ними возилась, а Миша выращивал синие цветочки похожие на наши пролески. Собаки прыгали вокруг меня пытаясь облизать… Только одна сука с большим беременным животом аккуратно стояла в сторонке. На нее я и обратила внимание. Ее дыхание было частым и глубоким, вот по стенке живота прошла волна-схватка. Бедная, ее петля захватила перед самыми родами… Я с мольбой посмотрела на сына…

— Ладно, не вздыхай… — Мишка серьезно напрягся… — Хм… Энергии больше… Думаю я смогу.

К тому моменту, когда вымокшие и весьма недовольные мужчины рода Аверо, расы криов нашли свою свору собак, они смогли рассмотреть только длинные белые волосы женщины уносимой странным краснокрылым существом в сторону середины озера. Поляна на которой они обнаружили собак зеленела молодой травой сквозь которую пробивались хрупкие синие цветочки. Их самая старая сука лежала посреди этой уже почти забытой красоты и вылизывала четвертого рожденного щенка… Пятый был на подходе… Покрытые толстой белой шерстью мужчины как один упали на колени и принялись целовать открытую землю… Они не видели ее уже много лет… Из их голубых глаз лились слезы, так несвойственные этой суровой расе. Сука родила шестого и последнего щенка и облегченно вздохнула… мелкие белые комочки ползали вокруг нее и тыкались розовами носами в поисках молока, вскоре уже шесть розовах пар лапок и шесть хвостиков-морковок торчали из-под густой шерсти матери. Мужчины, как зачарованные смотрели на это, к ним присоединились их женщины и несколько малышей… Никто не уходил до следующего рассвета… И на рассвете вернулись на эту поляну… и на следующий день… и на следующий… щенки росли… и оставались там где их оставили… не перемещаясь на поляну… Через четыре десятка дней, вместо синих цветочков на полянке виднелись красные ягодки… А щенки… щенки выросли и уже направлялись в разные стойбища вместе с песней о приходе Весны, что после долгой свадебной ночи с отцом лето, наконец-то вышла из дома… И что только собаки зимы, смогли ее учуять и сообщить о том воинам… И что белые собаки смогут привести ее и в другие стойбища… Щенки же росли в почете и любви… А песни становились разными… каждый исполнитель считал своим долгом украсить или сделать песнь более приятной. Вскоре женщина была уже не маленькой и худенькой, а весьма полной с густыми белыми волосами и большой грудью, способной выкормить сильного ребенка. Отец-лето, был жарким полуденным солнцем, что не покидает небосклон в долгие летние дни… Он был способен укрыть своими огненными крыльями свою жену, уберечь ее он стужи зимы и сохранить свое потомство до следующего цикла… И только с их приходом вечная стужа Исбайда отступала… И чем дольше они запирались у себя в доме, тем дольше была зима и тем жарче было следующее лето… как жарки и сильны были объятия отца, что дарил он своей жене и тем более богатым далжны были быть ее плоды — дети, что посылала она в Исбайд для сильных воинов и прекрасных жен расы криов. Только через двадцать десятин щенок вместе с песней достиг самого дальнего стойбища криов… В этот день на льду реки у которой располагался дом пробежала первая трещина… Обитатели дома долго в этот день слушали соседа, пересказывающего историю обретения собак зимы… А на рассвете сосед, как и прежде растворился, но оставил после себя пса… А вот трещина не исчезла, она осталась, пустив от себя небольшие разветвления… и криовы поверили… и стали ждать… ждать прихода и к ним Отца-лето со своей женой.