Галина Романова - Операция «Невеста»

— Но кто вынес этот приговор?

Повисла пауза, которая была нужна для того, чтобы смириться и осознать происходящее:

— Я.

— Значит…

— Под мою ответственность.

Это мои коллеги понять могли — все сразу задвигались, завздыхали, зашептались, обсуждая детали. Оно было на руку и мне — в случае провала встреча с инквизицией уже не будет казаться столь пугающей. А если нас ждет удача… победителей, как известно, не судят.

В назначенный час я первым явился на жальник. Въехал открыто, через распахнутые ворота, спокойный и уверенный, как будто собрался навестить любимую тетушку. Бросил коня у коновязи — дежуривший там монах-«смертник» смерил меня таким взглядом, словно уже снимал мерку для домовины, разве что не спросил, какого цвета обивку я предпочитаю в это время года, — и направился к окраине.

В прошлый раз была глубокая ночь, да и пробираться пришлось с противоположной стороны, так что до места добрался исключительно благодаря волкодлаку. Тот по старой привычке ошивался среди надгробий и выскочил из-за какого-то могильного камня, встав на задние лапы и от полноты чувств обслюнявив все лицо на собачий манер.

— Ну наконец-то! Я тут чуть не сдох! — жизнерадостно заявил он.

— Что, так холодно? — поинтересовался в ответ, вытирая мокрые щеки рукавом.

— Нет! Так страшно, — сделал полузверь большие глаза. — А если меня тут найдут?

— Хорошего мало, — согласно кивнул в ответ. — Ну как?

— Усё в порядке, лорд! — Волкодлак встал на задние лапы и отсалютовал стеблем крапивы, как мечом. Вышло это у него, как ни странно, красиво и четко. — Клиент готов!

— Ну-ну… Показывай дорогу.

Волкодлак с готовностью шлепнулся на четвереньки.

— Только шагай рядом, а не впереди, — спохватился я.

— А почему? — Тот захлопал глазами, изображая дурачка. — Сам себе всю славу захапать хочешь?

— Нет. Просто… Вот скажи, тебе приятно будет, если перед глазами маячит волосатая задница?

— Ну, смотря чья задница, — заржал волкодлак. — Но насчет волосатой — я тебя понимаю! — и пристроился сбоку. С левой стороны, как верный пес. Я положил ему руку на загривок и неожиданно ощутил неуместный здесь и сейчас прилив гордости. Ни дать не взять, вот она, ожившая мечта абитуриента — благородный герой с верным спутником спешит на борьбу со злом!

— Карр! — нарушила торжественность момента ворона с несварением желудка. Хорошо, промахнулась и попала не на нос.

Тридцать лет назад тут и впрямь было чистое поле, раскинувшееся за оградой. Но прошло время, разрослось Гнезно, и жальник расползся во все стороны. Небольшой холм, поросший бурьяном и крапивой, не включили в общую планировку новой части. Ровные дорожки тут искривлялись, разбегаясь в стороны, так что посреди аккуратных насаждений оставалось пятно дикой природы. Люди, навещавшие могилы родных и близких, приспособились таскать сюда всякий мусор. Тут попадались не только доски с торчащими из них ржавыми гвоздями, но и старые сапоги, и потерявшие цвет тряпки, и битые черепки. Эдакая небольшая мусорная куча. Тащили сюда и сушняк, и стебли бурьяна, выдернутые с корнем. В общем, немного фантазии — и в темноте, да издалека это место вполне можно принять за развалины старого, вросшего в землю дома. Я здесь был уже дважды — оба раза в ночной тьме, — и с любопытством озирался по сторонам, впервые оказавшись возле последнего приюта мертвого некроманта при свете дня.

Оставив волкодлака за сторожа, я обошел это место, время от времени рисуя на земле ножом обережные знаки и отмечая стороны света. Надо было точно рассчитать, где кто встанет, а заодно и нейтрализовать могилу на тот случай, если вмешается посторонняя магия.

Я еще возился, когда дозорный коротким лаем предупредил о приближении людей.

Первыми подтянулись монахи-«смертники». Вчетвером. Все довольно крепкие, лет тридцати или чуть старше. И они пришли с оружием. Конечно, мечей и топоров, не говоря уже об арбалетах, ни у кого не было, но каждый принес дубину, рогатину и большой нож длиной почти с локоть.

— Отлично! — Я наскоро оценил выправку монахов. Двое из четырех явно когда-то служили в ополчении. — Нам нужны еще лопаты и как можно больше дров. Поленья, доски, сушняк — тащите все, что горит. Заодно надо все тут расчистить, чтобы не росло ни одной лишней травинки.

«Смертники» споро принялись за дело. В отличие от местных некромантов, их старший наставник сразу все понял и вызвался помочь, ибо общину беспокоило состояние дел на жальнике и в его окрестностях. Два монаха все-таки принесли плотницкие топоры, и работа закипела.

Понемногу стали подтягиваться остальные. Некроманты сразу припрягли к делу расчистки местности и практиканта — худощавого блондинистого паренька, который смотрел на меня с удивлением и опаской. Видел же, что я совсем немного моложе него, но распоряжаюсь как у себя дома.

Вместе с некромантами прибыл представитель городского магистрата. Он робко жался в сторонке, озираясь вокруг с таким видом, словно это его тут должны были сейчас казнить.

Ведьмак приехал самым последним, когда, очистив площадку и подготовив дрова для костра, монахи уже начали раскапывать могилу. Он единственный подъехал верхом. Свысока оглядел нашу разношерстную компанию и процедил, не спеша перекидывая ногу через переднюю луку седла:

— Тут поблизости бродит волкодлак.

— Тронете пальцем — убью, — пообещал я. — Мы работаем в паре.

Не знаю, что профессионального охотника на нечисть впечатлило больше — то ли мой спокойный тон, то ли сама мысль о том, что с волкодлаком можно работать вместе, но он промолчал. А прекрасно все слышавший полузверь выбрался из кустиков, где все это время изображал спящую собачку, и уселся на задние лапы, приготовившись к роли зрителя.

Споро работавшие в восемь рук «смертники» уже выкопали довольно приличную яму и действовали осторожно, чтобы не повредить труп, когда послышался стук копыт. Мы, уже занявшие свои места, невольно схватились за оружие, но это оказался незнакомый молодой человек в сопровождении двух оруженосцев — постарше и совсем мальчишки, лет двенадцати.

— Вы еще не начинали? — поинтересовался он.

— Нет. А с кем имею честь? — Я выступил вперед, решив до конца принять на себя роль ответственного.

— Виконт Луциан Гневеш, — представился он. — Наследник имени и титула. Отец просил узнать, как идут дела.

— Мы только готовимся, — я указал будущему графу на копателей, — есть еще несколько минут. Вы, если возникнет желание, можете даже принять участие. Не испугаетесь?