Игра титанов - Казаков Дмитрий Львович

Поэтому Сторри и надеялся на новые подсказки со стороны Ночного Хозяина.

– Эй, вон нам навстречу лоцман чешет! – Тронутый указал на баркас, что шел наперерез драккару.

– И чего он хочет? – недовольно спросил верховный жрец.

– Денег, – ухмыльнулся Олад. – И проводить нас к причалу. Без лоцмана в гавань войти нельзя, на мель сядешь или дно пропорешь. Хиторх охраняет свой город. Понятно?

– Эй, белоголовые! – завопили с баркаса, когда от него до драккара осталось не более десяти саженей. – Сбавляй ход! И готовь деньги! Будем вас в брюхо к Отцу Городов провожать!

– А как там, у него в брюхе? – шутливо спросил капитан, а гребцы немного сбавили темп.

– Как обычно, вонюче и грязно. Как еще может быть в брюхе? – И хатору, стоящий на носу баркаса, громко рассмеялся.

Крохотное суденышко развернулось, став впереди драккара, и они медленно, почти крадучись, вошли в гавань. Застроенные домами и утыканные причалами берега оказались с обеих сторон. Волнение и ветер исчезли, зато вода из зеленовато-синей сделалась серой и вонючей.

– Вон там есть свободные места! – рявкнул лоцман, и «Коготь орла» вслед за баркасом свернул к одному из причалов.

После того, как пришвартовались, в руки горластому хатору полетел кожаный мешочек с деньгами.

– Удачи! – пожелал он так, что у Сторри засвербело в ушах, и лоцманский кораблик пошел прочь.

Капитан оставил руль и через весь драккар проследовал к носовой палубе, на которой стояли жрецы.

– Что будет дальше? – поинтересовался он.

– Мы сходим на берег, вы остаетесь тут, – сказал Бычье Копыто. – Когда отплываем, я не знаю, поэтому заплати за пять дней стоянки. Но отплытие может быть внезапным, так что команду особенно не распускай.

Капитан уныло кивнул и отошел.

– Хести, отправляйся к Регаву, вытаскивайте сундук, – приказал Сторри. – Олад, ты за вещами. А я жду вас на причале.

Прошел между лавками гребцов, раздавая благословения направо и налево. Когда очутился на досках причала, удовлетворенно вздохнул – стоять на том, что не качается и не трясется, было приятно.

Бычье Копыто, хоть и родился сиаи, ходить по морю не очень любил.

Появился Тронутый с двумя здоровенными мешками за спиной, за ним – Регав и Хести, тащившие небольшой, окованный медью сундучок. Внимательный взгляд нашел бы на его поверхности сотни рун – магических символов, что даровал своему народу сам Ночной Хозяин.

Они складывались в надпись, делавшую сундук невидимым для чародейского зрения. А внутри, завернутый в несколько тюленьих шкур, прятался кусок Настоящего Льда.

– Все нормально? – Сторри глянул на сундук, определил, что все в порядке, что грозное оружие мирно дремлет. – Пошли.

Миновали пришвартованную к тому же причалу галеру. На неприязненные взгляды вилакин не обратили внимания. У самого берега разминулись с парой чиновников порта, что щеголяли в цветастых одеяниях и высоких шапках, увешанных гирьками и цепочками.

Обладатели роскошных головных уборов спешили к драккару, алчность читалась на синих лицах.

А жрецы Леа-Хо окунулись в кипящий на берегах гавани Цантира суп из тысяч разумных и словно растворились в нем. Вновь проявились спустя некоторое время на площади Тысячи Лун, у входа на постоялый двор под вывеской с изображением желтой крысы.

– Не уверен я, что место тут хорошее, – заявил, глянув на нее, Тронутый. – Это еще что за тварь?

– А тот парень поклялся своим богом, что тут отличная кухня и удобные кровати. – Сторри одарил бывшего берсерка сердитым взглядом.

– Он-то откуда может это знать? Ведь он местный, – пробурчал Олад, но себе под нос, и его никто не услышал.

Да Бычье Копыто и не стал бы слушать возражений.

Внутри сиаи встретили с распростертыми объятьями. Навстречу бросился хозяин, забегали слуги, и вскоре в распоряжении гостей оказалась большая комната на втором этаже.

Тут было чисто, на полу и стенах имелись ковры, а на каждой кровати уместилось бы по три толстяка.

– Что, убедился? – Сторри победоносно посмотрел на Тронутого. – Раскладывайте вещи, а я пока гляну, что да как…

И он полез в поясную сумочку, где носил подарок бога. Осторожно вытащил на свет кусочек самого обычного льда. Повернулся так, чтобы на его поверхность падал свет из окна, и удивленно замер…

Волшебный лед не показывал вообще ничего.

Колеса телеги визжали так гадостно, что Алинэ хотелось зажать уши. От возницы на добрую лигу разило чесноком, а устилавшие дно шкуры были настоящим рассадником блох.

Но верховная жрица терпела, и лицо ее все два дня, что они странствовали по суше, оставалось бесстрастным.

Ведь это она приказала изменить курс. По ее воле, а точнее, по воле Озерной Королевы корабль пристал к Большому материку не в Цантире, а немного южнее, в крохотном грязном порту.

Являвшиеся Алинэ в священной чаше знаки сказали о том, что в величайший город Вейхорна надлежит войти с юга, и как можно более незаметно. Именно поэтому судно, построенное в Руани, осталось в забытой всеми гавани, а два десятка барги – мужчин и женщин – присоединились к идущему на север обозу.

Жители одной из восточных областей, что на самой границе леса фахто, везли в Цантир то, что выменяли у обитателей джунглей, – шкуры зверей, птичьи перья, корни целебных растений.

От нескольких золотых сотен они не отказались.

– Долго еще? – в десятый, наверное, раз спросила Алинэ, тщательно подбирая слова на наречии хатору.

– Скоро будем, – степенно ответил седоголовый возница.

Точно так же он отвечал и вчера, и позавчера.

Но в этот раз, как оказалось чуть позже, не преувеличил. Когда солнце начало клониться к закату, на севере показались городские стены и башни. Столица хатору выплыла из-за горизонта величественно, как огромный корабль, украшенный десятком мачт.

У ворот Алинэ пережила несколько неприятных минут – стражники начали допрашивать возчиков, откуда взялись барги. Но пары золотых монет хватило, чтобы доблестные вояки утратили к чужакам всякий интерес, и обоз неторопливо въехал в пределы Цантира. Потянулись шумные улицы, забитые хатору и существами из иных народов.

– Спасибо, – проговорила верховная жрица Озерной Королевы, когда обоз вывернул на большую площадь. – Мы сойдем тут.

– Прощевайте, – кивнул возница. – Пусть ваша богиня будет с вами, да и наш Считающий Монеты вас не оставит…

Обоз укатил, а барги сбились в кучку вокруг верховной жрицы. Все выглядели ошеломленными – по сравнению с Руани Цантир казался пугающе огромным и чужим.

– Что будем делать, мудрая? – спросила одна из жриц.

Еще на корабле Алинэ приказала тем, кто сойдет на берег, переодеться в обычную одежду. Сама, скрипя зубами, оставила собственную мантию, и первые дни на суше чувствовала себя неловко.

Но сейчас ничуть не жалела о принятом решении.

Появись в Цантире дюжина служительниц Озерной Королевы – это вызовет толки, привлечет внимание. А так – всего лишь два десятка барги, мужчины с оружием, женщины без него. И чего в этом необычного? Для города, в котором сходятся все дороги Вейхорна, ничего…

– Для начала – найдем жилье, – ответила Алинэ. – Где-нибудь поближе к порту, где вид чужаков никого не удивляет…

И они направились на запад, в сторону моря.

Первый постоялый двор верховная жрица прошла, не останавливаясь, – уловила запах женских притираний. У второго ненадолго задержалась, но он показался слишком грязным. И только третий, спрятавшийся в узком и кривом переулке, понравился с первого взгляда.

Алинэ вступила во двор, покосилась на коновязь, около которой уныло помахивала хвостом пегая кобыла.

– Не очень-то тут оживленно, – заметил Тари, лысый сотник храмовой стражи.

– Тем лучше. Или ты хотел бы жить на центральной площади?

– Нет, нет, – испуганно заморгал темными глазами сотник.

Во двор встретить гостей никто не вышел, пришлось подниматься на крыльцо. За дверью обнаружился совершенно пустой зал со столами, пара тараканов на потолке и спящий уронив голову на стойку хатору.