Факультет Романтики. Ромфак (СИ) - Кира Тигрис

Это действительно был сам Блэкстоун старший собственной персоной. Фредерик, или Фредди, как звали его в узком кругу, выглядел весьма странно, почти комично: худощавый, сутулый, с длинным крючковатым носом, большими водянистыми глазами и длинными, серебристо-седыми волосами, собранными в тугой пучок на самом затылке. Он стоял рядом с Владом, стараясь изо всех сил хоть чуть-чуть заслонить своей узкой спиной приоткрытые ворота, и при этом свирепо выкрикивал своим скрипучим голосом наставления для телохранителя. Легкий ночной ветерок доносил обрывки его фраз «… мы должны схватить Константина… проклятие и позор моего рода… сбежал, бросив богатую невесту… наследницу австралийского магната… подставил отца… ищи, ищи его лучше, Влад… нюхай, бери след… этот неблагодарный гаденыш где-то здесь… в этой толпе… я разорву его в клочья собственными руками…»

Костя тяжело вздохнул и отошел от края балкона, прислонившись спиной к мокрым кирпичам старой стены. Что ж, гнева отца стоило ожидать. Ведь он, Константин, напрочь забыл и про ужин в ресторане, и про красотку Стейси, и про свои обещания о помолвке, да и вообще про весь мир. Его совершенно не интересовала буря, происходящая вокруг, ведь внутри него бушевал настоящий ураган чувств. И, конечно же, сейчас он тоже совершенно не думал о себе…

— Блин! Антонина просто не сможет выбраться отсюда в моем костюме! — с ужасом бормотал он себе под нос. — Мой отец ее поймает и прибьет быстрее, чем распознает, что это не я!

Коста уже развернулся и приготовился бежать вниз по лестнице сломя голову, как, вдруг, услышал позади себя знакомый ядовитый возглас, который мог принадлежать только его отцу.

— Ага, попался, сын! Это что за хлам ты на себя напялил, а? Думал, что я тебя не узнаю, да?

— Отпустите! — раздался испуганный сдавленный крик.

Сердце Константина пропустило пару ударов. Он узнал ее голос, и сейчас парень бы отдал все, лишь бы ее крик не звучал так безнадежно и испуганно. Парень снова вскочил на вершину балюстрады и, прищурившись, стал вглядываться в происходящее.

— Что за ерунда с тобой происходит, а? — вопил Фредерик, пытаясь сдернуть глубокий капюшон темной толстовки с головы одного из студентов. В это время Влад крепко держал пленника, сжимая его хрупкие плечи в своих массивных ручищах.

— Думал, что сможешь улизнуть от меня, да? — шипел Фредерик, одним быстрым и резким движением ему удалось сорвать с неизвестного студента темные очки от солнца. Они, звеня осколками, покатились по каменным плитам двора. В желтом свете уличных фонарей мужчина наконец-то смог разглядеть лицо, которое они скрывали. Оно совсем не было похоже на его сына Константина. — Ой, ты еще что за шушера такая?! А где Коста?

— Я… я не знаю! Отпустите! — снова жалобно потребовала девушка.

Но Влад лишь грубо тряхнул ее за плечи.

— А почему на тебе костюм моего сына? Точнее — только брюки на тебе! Куда ты дела пиджак? — продолжал негодовать Фредерик, его серые водянистые глаза пылали гневом, светясь в полумраке, как у злой кошки. У этого богатея была отличная память на лица всех своих бизнес-партнеров и конкурентов. Всех девушек своего сына он, конечно же, запомнить не мог, да и не пытался из-за их огромного количества и мимолетности. Однако, двух последних — приторную блондинку Стейси и дерзкую пацанку Антонину он запомнил навечно. Первая — Анастейша, богатая наследница австралийского миллионера и потому желанная невеста для его сына. А вот вторую, некую Антонину без рода и племени, его сыну строго-настрого было приказано обходить стороной за несколько сотен метров. — Стой… Так это ты? Я же велел тебе не приближаться к моему сыну!

Но не тут-то было! Кажется, этот «закормленный щенок» совсем оборзел и так близко подошел к этой дурнушке, что потерял не только голову, но и дорогой костюм.

— Чем вы это с ним занимались, а?! — прошипел господин Блэкстоун, гневно щуря свои холодные водянисто-голубые глаза. Все это время его медведеобразный телохранитель продолжал держать девушку за плечи, грубо тряся ее, как мешок с картошкой. — Так спешили, что нацепили шмотки друг друга?!

— Нет… отпустите… ничего не было! — оправдывалась Антонина.

— А вот теперь точно все будет! — ехидно передразнил ее Фредерик, его худощавое аристократически бледное лицо раскраснелось, а серебристо-серые седые волосы встали дыбом, даже вместе с хвостом на затылке. — Больше никаких штрафов и гневных выговоров у директора! Ты арестована за кражу костюма моего сына!

— Если бы только за кражу костюма, папа… — тяжело вздохнул Коста, многозначительно прикладывая ладонь к груди в области сердца — словно оттуда тоже что-то украли. В огромных бутылочно-зеленых глазах парня отражалась полная луна и вселенская печаль.

— Арестована! И отправляешься в суд! — снова разорвал утреннюю тишину гневный возглас господина Блэкстоуна. Именно он и вернул Косту в реальность. — Влад! Смелее! Дай ей затрещину! За нее никто никогда не заступится!

От последних слов отца у Косты забурлила кровь. Она не просто закипела, а воспламенилась, взорвалась и будто раскаленная лава ярости побежала по его венам.

Влад, не смея ослушаться своего дряхлого, но одновременно такого могучего хозяина, крепко сжал пальцы в огромный кулак и отвел руку в сторону, размахиваясь и прицеливаясь для хорошего удара. На его безымянном пальце блеснуло то самое кольцо Семи морей, которое привязывало его к семье Блэкстоунов, заставляя охранять ее членов ценой собственной жизни и беспрекословно выполнять любые поручения своего могущественного старикана.

Но быстрее, чем его огромный кулак смог столкнуться с худенькой фигуркой хрупкой беззащитной девушки, в утреннем сумраке просвистело что-то небольшое, но тяжелое, и с громким «джоньк» ударило по зеленой лысине Влада, неловко отрикошетив в прямо в крючковатый нос Фредерика со звонким «чпоньк». Влад, как опытный телохранитель, был очень хорошо надрессирован на такие моменты. Да что там и говорить, он словно ждал своего «звездного часа», когда, вдруг, опасность придет из неоткуда и он сможет защитить своего любимого хозяина ценой собственной жизни.

Влад, позабыв обо всем на свете, небрежно оттолкнул Антонину в сторону, а сам ловко, но одновременно быстро и осторожно повалил оторопевшего Фредерика на землю и закрыл своим телом. Кажется, Влад все перепутал и нечаянно принял щелок по своей лысине за выстрел. Но в любом случае он профессионально действовал согласно кодексу телохранителей, все четко по инструкции. Ведь у его влиятельного босса было много завистников и конкурентов. Нападение могло случиться в любой момент! Темно-карие глаза телохранителя зорко озирались по сторонам, высматривая хотя бы малейшую опасность или что-то подозрительное. Строго следуя своему кодексу, он