Malice Crash - Мэлис Крэш, только один шанс

–Песню хоть выбрали уже? Или будете в запарке музыку разучивать? – я от души надеялась, что «неготовность» кавера выражается в том, что он по крайней мере начат...

–Стан сказал, что будет переделывать «Рагнарек», и ничьи советы его не интересуют, – по интонации было ясно, что от советов, а точнее – выстукивания оных ударной азбукой на голове бестолкового ментала, хейтершу удержало нечто непреодолимое даже для нее. – Переделывает до сих пор, и на глаза нам не показывается... На уроках закрывается... Сидим репетируем, как идиоты...

–Понятненько, – вот вам и причина. Непреодолимая. – «Рагнарек», значит? «Нон-стандартовский»?

–Да, – одну надежду мы похоронили, зато вторая выкопалась... Эх, не зря мне автоматом зачет по некромантии...

–Тогда сначала зайдем к нам, – а то я не помню, куда сунула некогда отданную мне Рейзо бумажечку... С кавером на эту самую песню. Пришла пора отдавать долги, так сказать... На всякий случай, если Стан эанитского не знает, там даже перевод на мыслеобразный есть... Иногда закон подлости решает отдохнуть, и минус ложится на минус не буквой «Х», а под прямым углом... Что же насчет всего остального – ну, во-первых, не мое это дело. Хватит уже на своих плечах раскладывать чужие проблемы. И во-вторых, – кажется, Стан у нас Рейзо имел в виду? Знаете, а мне так захотелось посмотреть!

Кавер нашелся быстро. Лежал в пределах досягаемости... В смысле, всего десять минут пришлось ящики перекапывать. Вручив копию ценного листика Сулмор, я отправила ее к идиотам... то есть к их команде, а сама немедленно приклеилась к компу. Все-таки миротворение такое дело, затягивает по концы ушей и даже глубже...

А ложиться спать все равно надо вовремя. Иначе просыпаешься и чувствуешь себя воскрешенным бревном – ни черта не можешь вспомнить, а где гарантия, что во сне не было чего-нибудь важного и интересного? Конечно, можно попробовать немного полежать и вспомнить, но не всегда получается. Например, когда тебя будят отличнейшей в больших кавычках новостью...

–Не нашли материал? Так мы тут при чем, мы не участвовали! – приперлись с утра пораньше, называется... Приподняв голову с подушки, я попыталась при помощи телекинеза выставить за дверь разносчицу сплетен. Каюсь, получилось с трудом – что и требовалось доказать. Когда это у меня по утрам была нормальная концентрация? А может, помешала Ангмарская – поэтому малознакомую личность сначала приложило о косяк, и новость об изменении расписания вылетела кусочками, перемежаемыми жестким матом. Поймав все необходимые сведения, Сулмор закрыла дверь и, ни к кому четко не обращаясь, сказала:

–Можно было бы и закончить с розыгрышем.

Я мысленно выматерилась. Конечно, хейтерше уже все равно – она и так сегодня не учится... А мне что делать – идти по следам отправленных Контер не знает куда людей и притаскивать их обратно? Не смогу. Даже если отбросить сопли, неприличные для демона и почему-то ставшие для меня причиной поступка, все равно не смогу. Я могу предавать только для блага того, кого предаю, и люди для меня входят в этом смысле в ту же категорию, что и демоны. В конце концов, я же никому не причинила вреда...

–Закончено, – выдавила я в ответ, не прекращая думать. – Все закончено.

Я не кривила отсутствующей душой даже на миллиметр – розыгрыш был завершен еще вчера утром.

–Ну и козлы же они тогда, – естественно, Ангмарская решила, что я убрала все помехи с пути ищущих, а они, умные в кавычках демоны, все равно не смогли найти выпущенный материал. В этом случае вина учащихся, выпустивших на свободу учебные пособия, конечно, остается при них... Но это только если их раскроют...

Я промолчала и занялась сложным делом – вставанием с кровати. Расписание изменили, но первое занятие у меня никто не отменил. Напряжением воли я вышвырнула из головы материал, позволив другой незавершенной мысли занять его место.

Итак, до чего додумалось мое генерирующее идеи сознание за время бездеятельности? В конце концов, фоновый режим вполне мог быть посвящен леди Аданель... Объяснение таки удалось выкопать – вернее, оно всплыло само, заставляя меня предубежденно отнестись к его возможной достоверности.

Единственное, что могла в этом случае подсказать логика – это попробовать разнести два факта. Первый – неприязнь леди Атли ко мне лично и половине группы... Ко мне, причем, усиленная. Отдельная характерная особенность... Характерная, кстати, для демона в ситуации, выходы из коей ему упорно не нравятся, да и она сама, ситуация в смысле, тоже. Второй факт – мое завершение курса. Досрочное. Одного конкретного – я сама подала заяву, не позволяющую мне сдавать леди Аданель несколько лет в одночасье... Так вот, я решила, что правильно подумала насчет приказа. Директриса могла принудить преподшу принять у меня курс экстерном. Особенно зная характер данной преподавательницы и примерный уровень моих знаний. Второй за учгод хай директрисе не нужен, а если до нашей плюющейся сеятельницы разумного и недоброго дошли слухи о наглых провокациях леди Атли... В сущности, приказ разумный. Тогда то, что сдачу мне засчитают автоматом – личная инициатива преподши. Потому что вот так, задним числом признать, что я достойна перехода на следующий курс, она может. А публично или даже один на один позволить мне проявить свои знания – Контера с два... Психология, вестимо. Чистая психология... Комплексы с длинными благозвучными названиями и так далее...

Разделавшись с загадкой, я почувствовала явственный подъем настроения. Ведь, что бы там ни думала леди Аданель, я победила... А она могла думать что угодно – синтегистам типа меня даже в голову не приходит мысль корректировать чей-либо комплекс представлений о ситуации. Достаточно, что все остальные знают правду... Все-таки я не до такой степени возненавидела преподшу, чтобы морально размазывать ее по стене, складируя на месте души лишний грех. Хотя, конечно, было бы еще приятнее, если ткнуть кое-кого в реальное положение дел человекообразной лицевой панелью... Ничего, это сделают без меня.

Сбежавшие моей милостью люди все время лезли в сознание. В метафорическом смысле слова... Пришлось глушить непрошеные мысли чем попало – искусственно вызванной грустью (последнее занятие, на котором я могла бы видеться с Ангмарской, пропало), предвкушением положительных эмоций, которые неизбежно вызовет у меня вид лица Рейзо после концерта (даже если свинюки из кожи вывернутся, победа за инфекцией!) и даже честными попытками слушать преподов. В конце концов, отчаявшись, я почти постановила вырезать этот участок памяти без возможности восстановления, но тут закончилось последнее занятие.

Я сразу отметила, что в толпе ожидающих зрителей преобладали светляки. Наверное, товарищей поразила отрицательная победа одной из своих команд. Пусть даже в первом туре – все равно событие доселе беспрецедентное... Но тут мои мысли, упорно сворачивавшие на непрезентабельную тему – сравнение меня лично и всяких долбанных светлых скопом (благо в сознании образовался удобный перекресток для сопоставления – мой поступок был не менее беспрецедентным), резко сорвались с накатанной дороги. В куче светлых маячило нечто знакомое. Волосы практически неповторимого цвета «морковь взбешенная», которые могли принадлежать только Флейм... Флейм, покинувшей нас в прошлом году. Я не хотела бы вспоминать этого демона, все время коверкавшего мое имя, но тут имел место быть особый случай. Любую гадость расцеловала бы за временное занятие собой непрезентабельных направлений в размышлениях. Даже Ника Лару, будь он неладен… Даже Люка Айдахо, будь он неладен в кубе!