Юлиана Суренова - Книга 7. Дорога в бесконечность

- Порой Они посылают испытание…

- Тем, кто провинился в их глазах?

- Как раз наоборот! Тем, кто им симпатичен, кого Они выделяют среди остальных и кого хотят наградить.

- А я все испортила…!

- Нет. Ты выдержала испытание.

- Да я же…! - "Была дурой, круглой идиоткой, безумной, самовлюбленной, эгоистичной…"Она могла продолжать и продолжать до бесконечности.

- Но ты не перешла на сторону Губителя.

- Ну уж нет! Никогда! - хотя… Она опасливо повела плечами, вспомнив, как еще совсем недавно собиралась отправиться в Куфу. "Ужас!" - ей стало даже страшно. - Хотя, я могла бы…

- Нет.

- Ты так уверен во мне?

- Больше, чем в себе. Я знал, что ты со всем справишься.

- Знаешь, - немного успокоившись, продолжала она, - а ведь мне помогли… Если бы я не встретила волков, не заглянула в их глаза… Мне даже подумать страшно, что было бы тогда.

- Это те звери, которые сейчас спят в твоей повозке?

- Ага, - кивнула девушка. - Они… Они удивительные создания. Мне кажется, я знаю их так давно, что научилась понимать с одного взгляда… - она вновь умолкла, прикусив на мгновение губу, а затем осторожно спросила: - Гор, ты не будешь сердиться на меня?

- Конечно, нет.

- Ты отвечаешь, даже не узнав, за что!

- Какая разница? Все это пустяки.

- Нет, Гор, это не пустяк, - Мати всхлипнула. На ее глаза набежали слезы. - Мне пришлось продать талисман! Это… Так было нужно! - торопливо продолжала она, боясь, что воспользовавшись хотя бы мгновенной паузой, маг заговорит, боясь услышать то, что он скажет. - Я не могла иначе! - она пыталась ему объяснить. - Мне нужны были деньги! Чтобы выкупить волков! Иначе их бы убили! А я не могла допустить…

- Ты поступила правильно, - проговорил он.

- Да? - она и не надеялась, что маг так легко воспримет все случившееся, не станет ее ругать, осуждая за необдуманный поступок, о котором она будет всю жизнь жалеть.

- Да.

- Но это был особенный камень…

- В мире нет ничего ценнее жизни. Ни одна мертвая вещь не сравниться с ней.

- Ты говорил… Давно… Что пока у меня этот камень, ты будешь всегда находить меня… А теперь я потеряюсь! - она сжала губы, чувствуя, что готова разрыдаться.

- Ну, - хмыкнул маг. - Давай теряться вместе. Раз уж иначе я не смогу тебя найти.

- Давай, - она улыбнулась, но лишь на мгновение. - Гор, но если серьезно… Ведь столько всего может случиться. Если я опять кого-нибудь не того вызову и он унесет меня невесть куда…

- Я найду тебя даже на луне.

- На луне - это легко! А если искать придется в бездне?

- Так, я понял. Ты напрашиваешься на подарок.

- Нет, Гор! Я… Я на самом деле боюсь…

- Вот, возьми, - она и глазом моргнуть не успела, как в ее руке оказалось что-то маленькое, но теплое, живое.

- Что…? - она скосила взгляд, разглядывая подарок, хотя в душе уже знала - новый талисман!

В теплое золото тоненького колечка был оправлен небольшой камешек черного цвета, в глубине которого сверкала звезда, переливаясь загадочным внутренним светом, постоянно меняясь, становясь то желтым, то красным, то зеленым, то синим.

- Это… мне? - Мати тотчас попыталась надеть колечко на средний палец - оно оказалось маловато, зато на безымянный подошло идеально. - Ты купил его для меня?

- Сделал.

- Сам?! - это делало вещицу бесценной в ее глазах.

- Да. Хотел подарить на день рождения. Но до него еще есть время, успею найти что-нибудь другое.

- Я буду носить это колечко, не снимая! Чтобы ты всегда знал, где я! Это будет наш знак. Хорошо?

- Хорошо, - маг улыбнулся.

А Мати, наконец, успокоилась. Сердце больше не вырывалось из груди, душа не металась, не находя покоя, а все мысли затмевала одна: "Как же хорошо, что ты у меня есть!" Потом она вдруг смутилась, отстранилась от Хранителя, покраснев, опустила голову, боясь встретиться взглядом с кем-то из оказавшихся поблизости караванщиков.

- Прости, - она хотела смахнуть слезы, но только размазала их по лицу. И, не сказав более ни слова, девушка вновь поспешила забраться в свою повозку, словно прячась от всех, не в силах сдерживать свои чувства, однако при этом боясь признаться в них даже самой себе.

А к Гору подошел хозяин каравана.

- Я хотел ее как-то успокоить, - несколько растерянно проговорил маг, - и еще мгновение назад был уверен, что мне удалось. Однако, кажется, это не так.

- Дело в другом… Не в том, что случилось недавно, в происходившем в течение вот уже нескольких лет…

- О чем ты? - нахмурившись, взглянул на него Хранитель.

- Видишь ли… Все так сложно, - Атен умолк на мгновение, собираясь не столько с мыслями, сколько с силами. Он знал, что должен сказать. Но вот как это сделать?

Какое-то время он боролся с собой, своим страстным желанием промолчать, оставив эту проблему на потом, однако… Потом могло оказаться слишком поздно.

Взяв мага за локоть, он отвел его в сторону, подальше от чужих ушей.

- Мы можем поговорить?

- Конечно.

- Гор, ты должен простить меня, но я отец… Мати - моя единственная дочь, и…

Она любит тебя.

- Я тоже люблю ее.

- Нет, ты не понял! - караванщик резко взмахнул руками. - Девчонка влюблена в тебя! Это я, старый дурак, виноват, понимал ведь, что к этому все идет, и ничего не предпринимал! Мне нужно было давно поговорить с ней, объяснить… Но теперь поздно, и я…

- Атен, все будет хорошо. Тебе не о чем беспокоиться.

- Ты… - караванщик глядел на него с сомнением, не в силах поверить…

- Мне жить в этом мире. И я хочу, чтобы у меня была семья…Конечно, я в два раза старше ее…

- Да что значит возраст! Но ты - наделенный даром, а она - всего лишь простая караванщица…!

- Она не простая караванщица.

- Я думал, что законы вашего мира запрещают магам связывать свою жизнь с лишенными дара…

Гор качнул головой: - Ни в одном из миров, ни в одном законе нет ни слова на этот счет, когда все свободны в выборе своей спутницы.

- Скажи, - Атен на миг умолк, сомневаясь, имеет ли он право спрашивать о подобном, и все же… - А там, в прошлом… Ты ничего не рассказывал о своей семье.

- Мне не о чем было рассказывать.

- Ни жены, ни детей?

- Я искал твою дочь. Удивлялся, почему, несмотря на все мое могущество, у меня ничего не получается. Теперь я понимаю: она ждала меня совершенно в другом мире, посреди снежной пустыни.

- Но если так, почему ты молчал все эти годы!

- Ребенка легко ослепить пламенем чувства. Особенно наделенному даром. Я не хотел, чтобы она не жила, а слепо подчинялась воле судьбы, моей воле, твоей… Прежде всего она должна была вырасти, а потом самой сделать выбор. Поэтому я хотел, чтобы до поры она видела во мне лишь старшего брата…