Антон Ермаков - Авалон:Хроники бессмертных

— Я же говорил, что сотворение электрического искрового разряда такой силы окажется слишком сложной задачей для неё. Она ещё не готова к магическим манипуляциям такого рода. Но ты настояла, — Флавиус посмотрел в глаза стоящей напротив него Сильфиде; сейчас их разделяла Танина кровать, — и вот посмотри, что получилось!

— Нет справедливости в суждениях поспешных, — парировала Сильфида. — Сейчас нам всем нужно в первую очередь успокоиться. Ничего страшного не произошло — Татьяна всего лишь потеряла сознание. Она жива и здорова. Когда же ещё необходимо ей было тренироваться? На мой взгляд, гроза и дождь — прекрасные союзники. У Антона, например, всё получилось просто замечательно, — она едва заметно кивнула на окна, за которыми продолжал бушевать ливень.

— Не в обиду будет сказано, — Флавиус бросил быстрый взгляд на Таню, к которой мало-помалу начал возвращаться румянец, — но Антон гораздо более одаренный Бессмертный. Я ни в коем случае не хочу принижать ничьих заслуг, — Флавиус, выставив руки ладонями вперед, обращался уже больше к Бирюку, — просто Татьяне слишком рано практиковать молнии.

— Она малость перетрудилась, вот и всё, — спокойно ответила Сильфида. — Потратила на создание магии слишком много духовных и физических сил. Зато теперь вы доподлинно знаете, что именно может произойти с каждым из вас, — напомнила Сильфида остальным друзьям.

— Могу ли я понимать это так, — громко объявил Бирюк, обращаясь к Сильфиде. — Что в этом случае моя девушка была использована в качестве подопытного кролика?

Наступила неловкая тишина. Многие заметили, что в этот момент Флавиус и Сильфида переглянулись, что, в общем-то, могло быть истолковано как угодно: то ли они ожидали нечто подобного, то ли, наоборот, пришли в некоторое замешательство. Евгений, разумеется, истолковал это в свою сторону: по крайней мере, все услышали, как он многозначительно хмыкнул.

— Мне хотелось бы услышать ответ — недовольно напомнил Бирюк.

— Ни в коем случае, — твердо заверила его Сильфида. — Первейшей моей целью является не только ваше обучение магии, но и ваша безопасность. Я скажу вам честно — я не ожидала столь резкого и столь пагубного эффекта для Татьяны. Предполагавшийся максимум — у неё просто ничего бы не получилось. Но вышло то, что вышло.

Бирюк какое-то время молча смотрел на Сильфиду, словно сомневаясь.

— Всё в порядке, Вов, — слабый голос Тани тут же заставил всех переключить свое внимание на неё. — Это я сама… перетрудилась…

Бирюк, ещё крепче сжав Танину руку, поцеловал её в щеку.

— Не переживай, — сказал он. — Ты у меня молодец.

Татьяна, вздохнув, слегка улыбнулась в ответ. В то время, пока все отвлеклись, никто, кажется, не услышал (за исключением Настасьи) очередной колкий комментарий Евгена:

— Случайная смерть во время тренировки. Какой четкий, какой изящный план. Гарантированное алиби всем.

У Насти хватило терпения, чтобы промолчать.

Слава отодвинул одну из массивных штор, смотря в окно: по грязноватому стеклу барабанили упругие капли. Немного вдалеке, скорее ощутимой, чем видимой, стояла темная стена Кленового леса. Долина до него превратилась в одно сплошное болото.

— Как же мы будем возвращаться? Дождь идет только сильнее. Антон-Антон… — Славик покачал головой.

— Извините, я не хотел, — смущенно сказал Антон. — Я и не предполагал, что вызову ливень такой силы. Думал — он немного покапает, и всё…

— Да и Таня все ещё не очень хорошо себя чувствует, — заметил Бирюк. — Что же нам, в такую погоду на руках её нести что ли?

— Как насчёт того, чтобы провести эту ночь в замке? — неожиданно предложила им Сильфида.

Друзья начали переглядываться, обдумывая столь заманчивый и немного внезапный вариант, пожимали плечами, и, наконец, Антон произнёс:

— Ну, в принципе… наверное, мы все были бы не против. Да? — обратился он к друзьям.

Большинство согласно закивали головами.

— Только как же нам быть с родителями? — немного обеспокоенно спросил Слава. — Разумеется, мы все уже взрослые молодые люди — это понятное дело, но всё-таки не хотелось бы получить нагоняй из-за того, что меня не было дома всю ночь. Вот если бы я предупредил их об этом заранее — тогда и вопросов бы никаких не возникло.

— Моя мама сегодня ночью как раз будет на дежурстве, — начала рассуждать вслух Малиновская, — так что, если мы успеем вернуться завтра до двух часов дня, то она ничего и не заметит даже.

Флавиус утверждающе ей кивнул — мол, само собой, к двум часам они уже все будут дома.

— Итак, у кого могут возникнуть проблемы с ночевкой? — спросила Сильфида.

— У меня и у Семёна, — сказал Славик. — Не то чтобы родители нас не отпустили — просто нужно их предупредить, — напомнил он.

Бирюк сказал немного неуверенно:

— Главное, чтобы моим или Таниным родителям не пришло в голову позвонить нам на ночь глядя. Если они узнают, что мы вдвоем ночевали не дома, тогда, конечно, будут неприятности.

— Жаль, что здесь не ловит мобильная связь, — посетовал Антон. — Просто позвонили бы всем — и все дела.

— Что такое «мобильная связь»? — с интересом спросил Флавиус.

— Кратко объяснить не получится, а подробный рассказ займет, боюсь, слишком много времени…

— В таком случае, может быть, не рассказывать вообще? — скептически произнес Евген.

— Значит, так, — все посмотрели на Сильфиду, — озвученные затруднения я беру на себя. Будьте уверены — этой ночью родители даже не заметят вашего отсутствия.

— Эй, я надеюсь, с ними все будет в порядке? — обеспокоенно спросил Слава.

— Абсолютно, — кивнула Сильфида. — Флавиус, распорядись, пожалуйста, чтобы дварфы приготовили ужин и застелили остальные постели. Проследи, чтобы каждому было удобно и комфортно. Я отправляюсь в их мир. Буду после полуночи, — и Бессмертная быстро покинула спальню.

Непредвиденный ужин в стенах замка прошёл просто замечательно: дварфы накрыли им стол в Румынском чертоге и принесли множество разнообразных блюд на любой, даже самый привередливый вкус. Друзья трапезничали не только в компании Флавиуса, но и решившего присоединиться к ним Алексиса. Флавиус за столом много разговаривал и много шутил — кажется, в отсутствии Сильфиды он вел себя как мальчишка, оставшийся без присмотра старших. Алексис же, напротив, говорил мало, был как всегда серьёзен и оттого немного величественен. Ребята уже привыкли к такому его поведению — это вовсе не означало, что Алексис угрюм или у него плохое настроение — просто воин Нифльхейма и Хранитель чертогов Маханаксара всегда сохранял твердость духа и невозмутимое спокойствие.