Сергей Солдатов - Клан Рысей

Два всадника, следили за женщиной с холма, в просвет между ветвями. Казалось легкая добыча, сама шла в руки вооруженных мужчин.

— Смотри, на ней только плащ, наверно стоит десяток золотых — бубнил молодой парень, совсем еще мальчишка.

— Да помолчи ты, нетерпеливый — урезонил его, пожилой, но еще крепкий мужчина — непонятно это, на дурочку она не похожа, выскочим к ней, а там отряд патруля. Может она специально, приманка для нас.

— Ну да, приманка, скажешь тоже, да на ее плаще одна застежка дороже всего, что у нас есть. Станут такую приманку снаряжать? — возражал молодой.

— Да что ты все о ее плаще — досадливо сказал старший — на тебя его напяль, первый же патруль сцапает. Продать все равно не сможем, уж очень вид у него роскошный, небось, только столичные аристократы такие носят.

— Боюсь я ее чего-то — наконец признался старший — не по себе мне становится, когда вижу, как она так спокойно через лес едет. Не хочу я с ней связываться, странная она какая-то и опасная.

Всадница между тем, оказалась шагах в тридцати от них, скрытых в густой чаще. Если нападать, то сейчас, внезапно. Иначе ничего не выйдет. Конь у нее, не то, что их клячи, такого не догонишь.

— Эй, вы двое, подойдите ко мне — неожиданно крикнула она в чащу леса, звонким голосом.

От этого голоса, а главное, от ее спокойствия и совершенно уверенного тона, пробрало и молодого. Даже сомнения не возникло в ее праве им приказывать.

Тина, рассматривала стоящих перед ней мужчин, вероятно отца и сына, и думала, как бы сдать их Имперскому дорожному патрулю. По всем правилам, надо бы сдать, но это потеря двух дней, дополнительно к двум неделям, которые она уже провела в дороге. Крови на них пока нет, хотя, если вышли грабить на дорогу, то это лишь вопрос времени. Просто отпустить, нельзя, долг не позволяет.

— Чем вы тут промышляете мне совершенно ясно. Выбирайте, либо вы сейчас идете с повинной в магистрат города Киреть, он тут в одном переходе, либо вас веду туда я. Если идете сами и передаете мою записку бургомистру, наказание будет небольшим и с работой помогут. Если же отведу я, то обоим светит попытка нападения на Пресветлую, а это пожизненная каторга. Впрочем, за попытку нападения на главу клана Рысей, скорее всего, сразу повесят.

— Так что выбираете? — спросила она со спокойной улыбкой, от которой, незадачливых грабителей бросило в дрожь.

— Давайте записку Пресветлая. Доставим к вечеру в магистрат — сиплым от страха голосом попросил старший. — Вы уж припишите там, что ничего плохого мы не сделали и подошли сразу.

— И насчет работы — заплетающимся от ужаса голосом, напомнил молодой.

— Вы поняли, что обманывать меня не нужно? — Спросила Тина, продолжая ласково улыбаться.

Оба, теперь уже бывших грабителя, утвердительно закивали головами. Что-то в голосе и поведении знатной дамы заставляло поверить этих, вчерашних еще сельчан, что самое лучшее для них, сделать именно так, как она приказала. От всадницы веяло силой, вселяющей животный ужас, подавляющей саму мысль о сопротивлении.

Довольная, что выход из ситуации все же нашелся, хватило простого ментального воздействия, Тина передала записку, запечатав ее какой-то необыкновенной магией. На мужчин это произвело неизгладимое впечатление, хотя, казалось, что у них, оцепеневших от ужаса, уже пропала способность удивляться. Старший, с почтительным поклоном взял конверт, и они мгновенно исчезли, в верном, как она отметила, направлении, так что время терять не придется.

Наконец, до источника зова остались считанные шаги и Тина уже пыталась разглядеть девочку в лесу.

— Осторожнее! — Крикнула Тина. — А если бы я не успела?

— Простите тетенька, у меня кошка убежала, а Ваша лошадка меня все равно не тронет — озорно блестя глазками, оправдывалась, внезапно выскочившая на тропу девочка, примерно, пяти или шести лет.

— Но лошадка споткнуться может или испугаться и тебе на ножку наступить.

— Я увернусь, я ловкая, и сказала лошадке, что пробегу.

Всадница с интересом беседовала с девочкой, рассматривала, пока не до конца сформированную ауру, подобную ее собственной. Клан Рысей можно поздравить с пополнением.

— А как ты предупредила лошадку — спросила Тина, сойдя с коня.

— Когда бежала, громко подумала, «Лошадка, я сейчас пробегу», она подумала «Беги». Она тихо подумала, но я все равно услышала.

— А кошку найдешь сама?

— Конечно, тетенька, как же можно не найти кошку, она же моя, я всегда знаю где она и моя кошка всегда громко думает обо мне. Если бы у меня была такая лошадка — с восхищением проговорила девочка — она бы тоже громко думала обо мне.

— Ну и где твоя кошка? — спросила Тина, уже понимая, где ее искать.

— Вон там — махнула рукой девочка в сторону леса — на дереве толстая ветка, она, глупая, спряталась на ней и думает, что я ее не найду.

— А достанешь сама свою кошку?

— Конечно. Только ее не нужно доставать, я под деревом встану и позову, она сама слезет.

— Пойдем вместе за твоей кошкой, она же меня не испугается.

— Тебя не испугается, я же вижу, ты тоже ее понимаешь. А у нас в деревне, никто больше не понимает зверушек как я — печально сказала девочка.

— А потом я тебя на лошадке домой отвезу. Как тебя звать?

— Майра — крикнула девочка на бегу.

— А меня можешь звать Тина — сказала вслед ей всадница, уже уверенная в том, что в течение многих лет они будут неразлучны с девочкой, будущей Пресветлой госпожой, магом и воином клана Рысей.

По дороге домой, Майра рассказала всю свою коротенькую историю, большая часть которой посвящалась непростым взаимоотношениям девочки со своей кошкой, собакой соседа и «большими мальчишками с той стороны деревни», которые постоянно задирали Глена, ее друга, соседского мальчика. Родители девочки и она сама, жили совсем недалеко в деревне, не бедствовали, но и достатком похвалиться не могли. Отец ее столярничал. Свои резные столы и стулья, частенько отвозил на продажу в ближайший город Киреть. Мать вела дом и огород, словом, крутились, как все в деревне.

— А где сейчас твои папа и мама? Ты меня познакомишь с ними?

— Да! — Восторженно запищала девочка. — Они дома. Можно я сама попрошу твою лошадку подъехать к дому?

— Конечно можно — пообещала Тина — прямо сейчас и договорись с ней, я не буду тебе мешать.

Пока Тина проезжала по деревне, все встречные жители тянулись следом за ней, сгорая от любопытства, но держась, все же, на почтительном расстоянии. Те, кто бывал в Столице, видели разве что на самых знатных господах такую роскошную одежду. А увидев коня, даже старый наемник, сам в прошлом кавалерист, уже лет десять гревшийся на солнышке у своего дома в родной деревне, встал и восторженно присвистнул. Настоящий Гиномский, неуловимо меняющий цвет плащ, маскирующий движения, в комплект к нему Гиномские берет, сапожки и перчатки, заставили задыхаться от восторга деревенских модниц.