Валери Фрост - Тяжелой поступью

Кто-то понимающе закивал, кто-то неосознанно нахмурился.

— И вашему другу такой экземпляр не подходит?

— Наоборот: он от нее в восторге, но зачастую оказывается в тупике.

— А поговорить они пытались?

— Он пытался, да только она либо сбегала, либо ее братец к ней не подпускал.

Аня напряглась — больно похожая ситуация была у нее — и молча продолжила слушать.

— И что он решил?

— Пока решил, что будет идти до конца.

Мужчины одобрительно загудели.

— А вдруг этот конец ту женщину не очень устроит? — возник новый вопрос, исходил он от женской половины.

— Как же не устроит, если они будут вместе?

— То есть важен результат, а за ценой мы не постоим?

«Бесполезная трата времени, — подумала Аня, — никакой конкретики. Философы хреновы».

— А если ценой с одной стороны стоит власть, а с другой вера? — Аня решила уточнить, дабы получить ответ на конкретный вопрос.

— Уточните, пожалуйста.

— Если мужчине придется отказаться от власти ради женщины, ради того, чтобы быть вместе, — эта плата достойна результата?

Мужчины замолкли, а дамы уважительно закивали, поглядывая на брюнетку.

— Ну это смотря какая власть… — начал было выдвигать гипотезы один из присутствующих.

— Трон! — отрезала Аня.

Было ой как интересно услышать мужское мнение.

— Значит, ей надо быть достойной этой платы.

— Звучит, словно портовую девку оцениваем.

— О нет, — вновь подал голос начавший этот спор. — Я ее видел.

Слушатели молчали, ожидая оценки.

— Я бы за нее от короны отказался.

— И не побоялся бы будущего без власти?

— Нет!

— Смелое заявление. Но это лишь слова.

Резко выраженное недоверие в словах незнакомки больно резануло слух. «Заводила» наклонился вперед, прожигая в Ане дырку.

— Но он уже сдержал слово — он отказался.

— У него есть еще два дня, — Аня также наклонилась вперед. — У него еще есть время передумать.

Групповая терапия медленно перетекала в более индивидуальную форму. Но собравшимся, кажется, это даже нравилось.

— И еще, — Аня откинулась на спинку кресла, — он не боится, что жертва окажется напрасной?

— Это почему же? Неужели женщина, которой назначили цену размером в царство, может не оценить этого по достоинству?

— А вы слышали когда-нибудь про женское непостоянство?

— О нет, эта красавица точно оценит!

По кругу пробежали смешки.

— Еще вопрос. Ваш друг знает, какую жертву пришлось принести этой красавице?

— А чего ей приносить? Сидеть и ждать.

— Вы же ее видели и оценили лишь внешность?

— А что еще нужно?

— Если ваш друг тоже так думает, то грош цена его жертве — она откажется, — Анину мысль озвучила другая леди.

Спорщик снова подался вперед.

— Она не примет жертвы, достойной королевы?

— Королевы не богини, им жертвы не нужны, — новая хитромудрость прозвучала из уст новоприбывшего. — Королеве достаточно почитания.

— Вы забываетесь, господа. Мы говорим об отношении мужчины к женщине и наоборот. Пожертвовав чем-то большим, не забудет ли мужчина, что впоследствии жертвовать придется и по мелочам? И будут ли эти двое замечать чужие жертвы?

— А почему вы считаете, что любовь должна сводиться к жертвоприношению?

— Называйте это как пожелаете, но любовь — это не вздохи под луной, это война.

— Но война не против друг друга, а друг за друга.

— Тогда любовь — это война с жертвами, а жертвы — это уступки, это отказ от старых привычек, это принятие чужих черт характера.

— Любовь — это свобода.

— Любовь — это обуза.

Было выдвинуто еще очень много гипотез и предположений: смехотворных и дискуссионных, кардинально противоположных, мужских и женских, но самое главное для себя Аня уже вынесла из разговора. Сколько бы ни говорили о жертвах, они всегда будут казаться самолюбивому — недостаточными, а скромному — слишком большими.

— Мы есть отражение тех, с кем общаемся, — прошептала Аня себе под нос, но все же была услышана.

— Что? — переспросила сидящая рядом девушка.

— Мы есть отражения тех, с кем мы общаемся. И если видим в любимом человеке недостаток, следует обратить взор и на себя, потому как зачастую, имея точно такую же черту, предпочитаем ее не замечать.

Аня говорила с небом, и слушающие ее люди невольно обернулись к морю.

— Вот ваш друг, — брюнетка снова обратилась к мужчине напротив. — Он упрям?

Мужчина кивнул.

— Он эгоист?

— Как все мы, — ухмыльнулся собеседник.

— Он привык действовать самостоятельно и принимать решения, ни с кем не посоветовавшись, либо спрашивает совета для того, чтобы убедиться в собственной правоте.

Снова утвердительный кивок.

— И он перфекционист.

— Мне кажется, вы не спрашиваете.

— Не спрашиваю. Но вы можете передать своему другу, что жертва напрасна. И что всегда есть второй выход. А еще передайте, — Аня поднялась, — чтобы он думал в первую очередь не о себе, а о тех, за кого несет ответ, — о своих людях. Приятного всем вечера, господа.

Выбравшись из тростниковой залы, брюнетка поискала глазами Сорифез.

— Ты услышала то, что хотела?

Мягкое касание и голос из-за плеча — в этом вся Сорифез.

— Я искала не там, где должна была, и задавала не те вопросы. А сейчас мне пора. Благодарю тебя сердечно. Где мой Зевс?

— Погоди. — Леди-дракон мягко опустилась в кресло и потянула за руку гостью. — У меня есть для тебя информация.

Аня, не желавшая оставаться в неведении, приготовилась внимательно слушать.

— Я недавно общалась с Дарьяной и по ее просьбе нашла очень интересные данные, которые помогут вернуть тебя домой.

Земная удивилась — ведь у нее есть все, чтобы в относительном спокойствии добраться в замок на горе, — травяной настой, Зевс, магия…

— Анна, ты можешь вернуться домой, если здесь тебя уже ничего не держит. А Дарьяна поможет.

Вот теперь Аня получила действительно ценную информацию. Если ничего не держит…

— Где мой Зевс? — тихо повторила иномирянка.

Личный помощник обнаружился легко и быстро: раскрасневшийся, растрепанный, довольный и улыбчивый.

— Зевс, скорее домой. — Глаза горели нездоровым блеском, это обеспокоило помощника. — У нас мало времени.

Аня опрокинула противную ведьмину настойку и упала в кресло, закрыв глаза.

А когда открыла, обнаружила себя в родной обстановке с зашкаливающим градусом оптимизма и жаждой трудовой деятельности.

— Благодарю вас, что собрались так быстро, — Аня обвела всех присутствующих ласковым взглядом. — Я благодарю вас за то, что помогли мне понять, насколько вы мне дороги. И насколько мы одинаковые. Мы не зря оказались вместе, и не зря наше знакомство переросло в дружбу. И я благодарю небеса за то, что сделали нас такими разными, но такими одинаковыми. Вы охраняли мой покой — спасибо вам за это. Вы понимали меня лучше меня самой. И сейчас, я надеюсь, поймете меня еще раз. Я приняла важное для своей жизни решение. Приняла его снова одна, не посоветовавшись, но знайте, в этом решении я не проявляла эгоистичности, а думала только о вас. Главное — войны не будет.