Плетеный человек - Антон Чернов

не стоит. И вы знаете, не удивлюсь, если хрень, которая внутри — именно из-за восприятия её как “зоны”, — пришло в голову мне.

— А что там за “хрень”, господин Кащей? — оживился Матвей.

Ну и рассказал я ему — чего скрывать-то? Матвей кивал, слушал, не перебивал. Только уточнил.

— Эти, как вы выразились, духи некроса — похоже, что мары.

— Дурные сны насылают? — уточнил я, не слишком поверив — рассказывала Маринка о таких, почти безопасные, но противные тварюшки.

— Не только. Галлюцинации, жизненную энергию у живых отнимают. Крохи, но в той концентрации, что вы описали…

— Ну да, так, в общем-то, и есть. Ладно, Матвей, ситуацию я вам обрисовал. Что решаете?

— В материале мы заинтересованы сильно. Как я понимаю — наш специалист ждёт, вы приносите образцы?

— Вне мёртвого города — эта пакость ко мне цеплялась и вне области, этаким облачком. Нахрен внутри, в общем. Идти дольше, но надёжнее, да и недалеко там, — озвучил я, на что Матвей кивнул.

— А когда вы будете готовы?

— Да хоть сейчас, — пожал я плечами. — Единственное, Матвей.

— Да?

— У меня позиция — любой труд должен быть оплачен, — широко улыбнулся я.

— Вполне вас понимаю, сам её придерживаюсь, господин Кащей, — осторожно ответил маг. — А это вы к чему?

— Добыча с завода. За притащенное из этого склада, помимо названного… — выдержал я паузу. — На Меллорне появится должок, — помотал я пальцем, кащеисто улыбнувшись.

— А деньгами никак? — со слабой и не слишком радостной улыбкой уточнил Матвей, на что я радостно помотал головой.

— Могу оттягать ненужное обратно, но это будет совсем по-идиотски, — дополнил я.

— Да уж, иначе и не скажешь. Но, возможно, вы как-то конкретизируете свои пожелания?

— И как? Сколько я оттуда вытащу? Как мы будем определять ценность? А материальные богатства мне вообще неинтересны.

— Совсем?

— Всё что нужно — есть. А что за труд просить, пока не знаю.

— Ну да, ну да… Ладно, согласен. На мне будет…

— На Восточном Меллорне, — оскалился я.

— На Восточном Меллорне, — кисло признал Матвей, — соразмерный долг.

— Бугагашеньки, — злодейски поликовал я.

— Вы точно готовы к этому походу? — перестал страдать маг.

— Да.

— Тогда… подождите буквально час, — зевнул маг. — При условии, что группе не нужно проникать — за это время соберёмся.

— Ленивые какие сталкеры у вас, — отметил я.

— Это скорее на подготовку транспорта, сами увидите, — отмахнулся маг.

И… довольно интересно исчез. То есть, глазами-то растворился в воздухе, а на деле — “сместился в небывальщину”. Причём не просто, а в то ли корень, то ли ещё какую фигню от Меллорна. И исчез за долю секунды, покинув область чувствительности.

Тоже вот не помешало бы научиться, отметил я, присев на байк и приготовившись ждать. И что за “транспорт” с подготовкой за час — интересно.

27. Колбасное кладоискательство

Через час, даже пораньше немного, показался транспорт, который меня несколько поразил. В хорошем смысле слова, правда, что там готовить-то час? Или небывальщиной заправлять?

В общем, был это этакий… ну, наверное, гибрид вездехода и штурмового автобуса. Метров шести с хреном, скруглённая колбаса из светящегося рунным матом дерева, обшитого металлом. А может, и не дерева — по фактуре похоже, но могла и кость быть или даже какой “пластик на небывальщине” — чёрт знает.

Шесть колёс по бокам, огромных, каждое на независимой подвеске, пары метров высотой и с полметра в сечении. С лютой шиповкой.

И морда этой колбасы была скошенной, с коваными дверьми-аппарелями, ну и злостным таким отбойником — почему я про “штурмовой автобус” и подумал.

Постапокалипсис-стайл, такой телеге Мой Грузовичок заокеанских реднеков — больше подходит, чем моему байку, вынужденно признал я.

И даже немного позавидовал — я бы, по совести, от такого домика на колёсах не отказался. Но на кой он мне, вообще-то?

Да и по приближении этой телеги стало понятно, что его именно “заправляли небывальщиной”. Траты людоедские, судя по фону. Я столько и не потяну, наверное, самокритично отметил я, да и махнул рукой на мечты.

Трак, тем временем, подъехал, аппарель с таким, внушительным лязгом брякнула об дерево дороги, и оттуда стали вываливаться мои спутники. И Матвей выковырился, всё так же невыспатый.

— Приветик, — дружелюбно помахал я знакомой рыжей макушке.

— Доброе утро, — слегка склонилась снайперша-гоблинша, с о-о-очень “деловым” выражением мордочки.

Но покраснела, ну потемнела, слегка. Забавно, хех, довольно оскалился я.

— Кащей, группа будет передвигаться на вездеходе “Гворн”, нашей разработки. С командиром группы охраны, Еленой Острой, вы вроде знакомы? — выдал Матвей.

— А вы “вроде” сами не знаете, — ехидно покивал я. — Знаком, знаком. Кто тут мудрила металлический? — окинул я взором группу.

— Без оскорблений можно? — надулся мужичок лет сорока, один из двух “человеков” — вторым был Матвей.

— Можно, — покивал я. — Но не интересно. Но я пока не оскорблялся. Могу начать, нужно?

— Мне кажется — не стоит, — поспешил затараторить Маг. — Фёдор Игоревич, доцент кафедры металловедения, — потыкал он рукой в мужичка.

— Что, с учётом состояния этой кафедры, автоматически переводит Федора в категорию “мудрила металлический” — отметил разумно я. — Ладно, в общем — понятно. Доберутся, не гробанутся. Я — впереди еду. Место, где вашего Гворна оставить — укажу. И буду железки таскать. Уважаемый мудрила Фёдор, будьте любезны сообщить, где этот лабаз с редкозёмом?

— М-м-м… — замычал доцент. — Хорошо… а как к вам обращаться?

— Кащей меня вполне устроит, — отмахнулся я.

— Хорошо, Кащей, смотрите, — вытянул он лапу и стал клацать по кнопочкам.

— Вы по кнопкам умеете стучать, поздравляю, — ехидно ответил я через полминуты. — И чё?

В общем-то, я представляю, что он хочет сделать. Точнее, делает, наверное — небывальщина слабенькая но структурированная над его браскомом копошится. Но не вижу же ни хрена толком! Обидно даже, несколько обиделся я на жестокий Мир. Наполшишечки.

— Э-э-э… — протянул Матвей, который явно вострил лыжи отсыпаться и был обломан. — Не подумали, — признал он. — Господин Кащей слишком эфиризирован, просто не видит проекцию, — сообщил он растерянно смотрящему на него Феде.

— А как я поясню ему, куда