Валерий Евтушенко - Пришествие Аватара

Когда белокурая стюардесса, призывно покачивая бедрами, прошла мимо него, он спросил:

— Извините, девушка, могу я вас спросить?

— Да, что вас интересует?

— Сколько времени уйдет на перелет от Джакарты до Купанга?

— Если ничего не случится, то около трех часов

— Спасибо, вы очень любезны, — поблагодарил ее Матросов и решил вздремнуть.

В Джакарте большинство пассажиров вышло. Желающих лететь до Купанга было не очень много, так что самолет остался полупустым. В салоне первого класса, кроме Фоткадиса и Матросова было всего несколько человек.

Сергей заметил, что Фоткадис уже причинно пьян. Он, по- видимому, не прекращал заказывать выпивку весь полет. Алкоголь ударил ему в голову и, когда рыженькая стюардесса проходила мимо него, он ухватил ее за руку, привлек к себе и стал, что-то шептать на ухо. Она вырывалась от него, но тот ее не отпускал. Матросов встал с кресла и подошел к нему.

— Фоткадис, — повелительно произнес Сергей.

Тот взглянул на него, не отпуская стюардессу. Вторая его рука устремилась под короткую юбку стюардессы.

— Что тебе нужно?

— Отпустите девушку, — негромко сказал Матросов. — Мне нужно с вами поговорить.

— Я тебя не знаю и говорить нам не о чем, — тем не менее, стюардессу он отпустил. Она отряхнула юбку, и возмущенно глядя на Фоткадиса, направилась за ширму. Сергей остановил ее и извинился:

— Прошу вас простите его, он слишком много выпил и не соображает, что делает.

— Ты, что это себе позволяешь, — возмутился Фоткадис. — Я все прекрасно соображаю и, если этой шлюшке предложил кое-что, то не бесплатно.

— Заткните рот, — с угрозой в голосе произнес Матросов, садясь в свободное кресло рядом с Фоткадисом. — я гляжу вы недавно от пластического хирурга. Надо бы взять адресок, может и мне пригодится.

Фоткадис насторожился:

— Послушай, как тебя там, я не знаю кто ты такой и что тебе нужно, но может лучше займись своим делом, а?

— Я от "Якута".

Фоткадис внимательно посмотрел на него:

— А мне все равно, хоть от бурята.

— Не валяйте дурака, вы прекрасно понимаете о ком я говорю.

— Слушай, парень, ты меня с кем — то путаешь, убирайся-ка ты подобру, поздорову…

— К сожалению, не могу. Выполняю специальное задание. Я должен доставить вас к "Якуту" в целости и сохранности. По какой-то причине он очень в вас нуждается. И мне не надо, чтобы из-за ссоры со стюардессой вас с вашим поддельным паспортом арестовала в аэропорту Купанга полиция.

— Кто ты?

— Меня зовут Василий Серяпин.

— Никогда о тебе не слышал.

— Зато я о вас много слышал, а "Якут" еще больше. Поэтому я и страхую вас весь рейс. Если бы вы не стали приставать к стюардессе, то я бы представился вам только в аэропорту прибытия.

— Вы можете чем-то подтвердить свои полномочия? — подозрительно спросил Фоткадис.

— Документы у меня в кейсе.

— Покажите, — потребовал Фоткадис.

— Вы, действительно пьяны, — огляделся по сторонам Матросов. — Стану я вам предъявлять документы прямо здесь, чтобы любой желающий мог в них заглянуть. Через пять минут встретимся в туалете, идите туда первым и не закрывайте дверь.

Сергей вернулся на свое место, достал из-под кресла кейс. Через несколько минут он взглянул на часы. До захода на посадку осталось совсем не много времени.

Посмотрев в сторону Фоткадиса, он увидел, что тот направился в сторону туалета. Подождав еще минуту, Сергей последовал за ним.

Когда он протиснулся в крохотную уборную и закрыл дверь, Фоткадис спросил:

— Ну и где документы?

— Здесь, — ответил Матросов, нанося ему удар локтем в область горла. В свое время, когда он получил титул чемпиона Москвы по рукопашному бою, ему не было равного в мастерстве боя в узких и тесных помещениях, вроде коридоров, лифтов, туалетов. Подхватив обмякшее тело Фоткадиса под мышки, он быстро обыскал его, забрав все обнаруженные документы и бумажник. Паспорт был действительно оформлен на Фоткадиса Льва Семеновича, как и водительское удостоверение международного образца. Больше ничего из документов в бумажнике не было. Сергей снял с Фоткадиса очки и спрятал их в карман. Окончив обыск, Матросов приподнял Фоткадиса под мышками и, перевернув, опустил головой в унитаз. Затем он долго спускал воду, пока не убедился, что держит в руках труп. Оставив Фоткадиса в том же положении, с головой опущенной в унитаз, он положил в бумажник Фоткадиса свой паспорт на имя Василия Серяпина, вышел из туалета и, легко стукнув рукой в области дверного замка, заклинил его. Теперь никому, кроме слесаря, открыть его не удастся. Он вернулся на свое место, сел в кресло и пристегнул ремни. Минутой позже загорелось световое табло. Самолет завершил круг на аэродромом и пошел на посадку.

12.

Президент Бимбабве стоял у окна в своем кабинете и разглядывал раскинувшийся вокруг его резиденции дендрарий. Этот парк был его гордостью. Он был основан еще его отцом и теперь доведен до совершенства. Здесь были собраны представители почти всей тропической флоры. Величественные баньяновые деревья соседствовали здесь с благоухающими магнолиями, стройные кокосовые и саговые пальмы возвышались над зарослями бамбука, аромат цветущих орхидей витал в теплом воздухе. Придавая парку непередаваемое очарование. В искусственных озерах холодно белели крупные восковые цветы лотоса.

Президент любил прогуливаться по парку, вдыхать аромат цветов, слушать пение птиц. Он не нуждался в телохранителях, так как не нашлось бы ни одного его подданного, у которого поднялась бы рука на, человека, превратившего жизнь простых людей в рай. Сегодня он не стал выходить в парк, как обычно, потому что группа рабочих в голубых комбинезонах уже несколько дней меняла канализационные трубы под его резиденцией. Эти работы его несколько раздражали, но делать было нечего- канализация необходимая вещь.

Сейчас Аккара Амарттавакул, президент и наследный принц Бимбабве ожидал прихода вице-президента, своего троюродного брата, Дашикара. Тот собирался в отпуск в Европу, но это был лишь предлог, чтобы в неофициальной обстановке встретиться с послами различных государств, от которых собственно говоря и зависело процветание Бимбавбве.

Аккара терпел Дашикара, но не доверял его и с удовольствием бы заменил другим, по настоящему деловым и достойным доверия человеком, но традиция требовала, чтобы его заместителем был кто-то из родственников.

— Традиция, — раздражением подумал Амарттавакул. — мы хотим казаться цивилизованной страной, но не можем избавиться от плена традиций.