Катерина Малиновская - Дневник Илирии

Мой новый знакомый все говорил и мы направлялись к ребятам.

— Красивая речь…Спасибо, что помог ее найти.

— Не прикасайся к ней, прошу…Не прикасайся к девочке…Она высасывает силы и забирает себе, может отнять их навсегда. Только у Роксаны иммунитет.

Я замерла. Мой редко проявляющийся дар предчувствия не давал мне покоя. Все внутри напряглось…

Мы зашли в камеру к Роксане. Я знаком показала парням не прикасаться к ребенку. Мать с неохотой взяла его и напряженно на меня глянула. Кажется, она хотела, что б я притронулась к ее дочери. Но зачем?

— Ксеркс, меня звали Ксеркс… — парень посмотрел мне в глаза. И тут…

Он взвыл и упал на пол. За его спиной стоял инквизитор.

Артема передернуло, он хлопнул в ладоши, что означало завершение последнего элемента заклятия группового переноса. Мир передо мной потемнел, перекошенное лицо Ксеркса растворилось вместе с силуэтом инквизитора…

Мы доставили ее к Ленгдону. Роксана даже не поблагодарила — она была черна от горя. Она не видела, кажется, ничего, кроме тени Данила. Только прижала к себе девочку и ушла в другую комнату. Я стояла бледная, непонятная тень окутала мое сознание…В голове крутились вопросы- почему Абби не отнимает силы у матери и не отняла у Ленгдога, пока была тут. Важно, надо было найти на них ответ…Но я не могла…

Я лежала на своей постели. Прошло три дня, после событий. Психологически я все еще не могла отойти. Слишком чудовищной показалась мне самопожертвование Ксерска. Я понимала только одно- он был телепатом, и что-то в мыслях Роксаны ему не понравилось, что он пошел на такое. В комнате горела только маленькая ароматизированная свеча. На полке лежал дневник. Буквы вспыхивали ярким огнем в воздухе, оставляя запах сожженной листвы. Илирия приоткрыла мне еще одну из своих тайн, в свое время она обладала силой командира апокалипсиса… И должна была применит ее против инквизиторов, что тогда покорили мир.

— Те события стали всего лишь началом в моей долгой истории… — яркое пламя осветило комнату. — Поделили все на "до" и "после". Странно, я никогда не задумывалась, что было моим "до", этого периода будто и не было… Хотя там была дочь…Я тогда была никем, но именно от той меня и осталось хоть что-то.

Я устало улыбнулась. Почувствовала себя крупицей того наследия.

— Кира, я даже не знала как зову мою девочку, потом, через века, мне рассказала о ее судьбе, и о том, что он назвал ее Властией.

— А какое имя хотела дать ты? Ты ж о чем-то думала пока была беременной?

— Я не помню… — эта надпись появилась еще раз и еще раз. — Мне горче всего от того, что я не могу вспомнить имена моих приемных родителей и отца моего ребенка.

— Чем смогу- помогу. — я прошептала и приложила ладонь к полу, напряглась и через мгновения он оказался весь усеян розовыми лепестками. Отчего-то так хотелось прекрасного…Ведь только красота мира способна спасти от его боли…

— В Темных угодьях находиться камень инквизиторов. Это некая частичка Хаоса, которая связана с их силой. Говорят, что владеющий им способен контролировать всю магию Вселенной. Более того, вмешиваться в дела Света и Тьмы. — пламя букв заполыхало как-то трагично. — Каждый может на него взглянуть. Но взять может только командир апокалипсиса и то не каждый. Нужен особый дар. Точно не знаю, камень уничтожал всех, кто к нему прикасались. Мне лишь обжог руку.

— Ты хотела контролировать Вселенную?

— Я ее тогда ненавидела, я решила его изменить и искала все способы взять камень. Это было в самом начале…Больше я тебе ничего не могу сказать, прости…

— Как тебе мои розы, Илирия?

— Они прекрасны и вечны, как и та истина, что люди врут и что дорога в Ад вымощена благими намерениями…

В клубе "Гипнос" было как обычно душно и шумно…

— Я понимаю, у тебя нет желания сидеть в клубе, но Рошель и Дамиан хотят с тобой поговорить. — Артем сел около меня на маленький диванчик.

— Я видела инквизиторов…Я спровоцировала побег заключенных. Я…потенциальный командир апокалипсиса… Это сейчас волнует мои мысли…

Артем напрягся.

— Редкая сила, это скорее даже не сила, это как особенность.

— Да, я же из рода Илирии — это особенность рода.

Артем затаил дыхание, особенность рода. За два столетия он не заметил в себе никаких особенностей. Да и ничего не обычного не произошло с ним с тех пор, как он узнал про свой принадлежность к роду Илирии. Возможно дело было в том, что его семье суждено было умереть, что б остался только один род по прямой линии. Или почему у Елены не было никаких особенностей…Почему они есть у нее!

Я удивленно проследила за его реакцией. Артем очень изменился со времен нашей первой встречи. И меня это пугало. Через пару минут я отправилась к Дамиану. Черный демон, спокойно деливший со Светлой жрицей территорию, поднял на меня глаза. То, как спокойно он общался с Рошель заставляло меня задуматься о том, что есть в мире нечто большее чем Добро и Зло…Но что… Или возможно неправильная формулировка. Добро и Зло это слишком возвышено, а у нас, в обычном мире все просто и низко.

— Я просто протяну тебе газету, а ты попробуешь мне что-то ответить… — он кинул мне бумагу, на которой на неизвестном языке подавался текст. На фото красовался разрушенный фуникулер из мире в котором погиб Ксеркс.

— Трансформируй в русский и почитай…

Я кивнула и сжала ее руками. Через мгновения я уже могла все прочитать.

— В результате диверсии "одаренных" погибло свыше сорока человек. Эта сумму составляют как сами "одаренные" так и сотрудники… — я медленно прочитала заголовок.

— Что там произошло??? Мне это важно…

Стало плохо, душно, косвенно это моя вина в их смертях! Но я не могла оставить таких как я умирать там! Бездействие еще хуже прямого умысла!! Нет!!!

— Произошло то, что около шести столетий тому Илирия обладала даром командир апокалипсиса и кажется этот дар перешел мне…

Дамиан был спокоен, но я почувствовала, как это его напугало… По моему лицу скользнула улыбка и я спокойно протянула вперед руку, там засиял посох и через пару мгновений я уже приняла астральный вид… Он удивленно уставился на меня, но я уже открыла портал…

Я приняла человеческий вид в узкой улочке около перекрестка с маленькими домиками. Пригород, тут жила мать Дрейка. Мне казалось что сегодня, в прекрасный воскресный вечер он будет с ней. В доме горел яркий свет, был слышен смех и разговоры. Много машин у входа — они явно праздновали какое то событие. Быть может национальный праздник или день рождение. И тут по коже пробежал холодок. День рождение Людмилы…