Александр Плахотин - Тролль Ее Величества

Какое мастерство?!! Какая там рассудительность?!! В этой толчее не знаешь, куда кидаться и на кого… Я просто тупо отмахивался ахастом ото всех сразу, причем разок даже умудрился влепить по брательнику. Не попал, правда, и слава Небу! Так что, когда в другой раз сам Дуди своей железкой огрел меня по заднице, я не стал держать на родственника зла хотя бы потому, что тролль угодил прямо по мечу, что я таскал на спине.

Напор противника немного ослаб, и я уже видел измазанных в крови и пыли своих друзей. Кажется, все были на месте, то есть живы и здоровы, хотя и немного пошатывались и спотыкались. Прикинув, что врагов стало гораздо меньше, я решил начать атаковать самостоятельно.

Бывает такое иногда: что-то вдруг как ударит в башку! И сделать с этим уже ничего нельзя. Так и сейчас…

Что я сделал? Взял трофейный меч в левую рученьку, топор соответственно оставил в правой, чуть согнул колени, наклонил взлохмаченную голову вперед и, оскалив зубы, громко сказал «ГРРР!».

Ближайший орк тихо икнул и, отступив на шаг назад, довольно внятно промямлил:

— Тролло!..

Ободренный произведенным впечатлением, я завыл, как тот гоблин, до которого тролль добрался, постепенно переходя к реву разбуженного посреди зимы медведя. Размахивая руками, я кинулся вперед.

— Псих! — благословил меня в спину братец, но вдруг, захохотав лошадью?!. ринулся следом.

И все началось по новой. Мелькание стали и тел, чавканье мяса, которое рубилось, протыкалось и падало в лужи крови, растекающейся на чуть проросших травой камнях. Все повторялось, только с той разницей, что уже защищался не я, а противник.

Наконец, кое-как пробившись к своим, я стал плечом к плечу с учителем Айдо.

— Где Яра? — прохрипел бор-От, спокойно орудуя мечом.

— Там, за стеной… на лужку отдыхает, — разрубив щит «золотого» ахастом, я подсек человечку ноги мечом.

— Живой?

— Да, только ослеп невесть с чего! — одновременно добивая упавшего, отразил я атаку орка.

— Тогда дело можно считать сделанным, — кинул мастер боя стрелку в наступающего хряка. — Заканчиваем здесь и домой! — И как-то расстроенно добавил: — А я его жду и жду… а он не идет и не идет! — И, шустро завертев над головой мечом, бор-От из последних сил вклинился в напирающую толпу.

Ноги и руки болели так, что даже с милой Вакарой не было никакого желания здороваться, а тем более объясняться.

Отложив оружие и вытянув копыта, я сидел на здоровом валуне, бестолково пялясь на суету монашек.

— Мы что, правда их всех перебили? — присел рядом Куп.

Вместо ответа я только прикрыл глаза.

— Мы их победили… и сами живы… — недоверчиво продолжал размышлять вслух эльф. — Сто с лишним не самых последних бойцов против семерых воинов и трех-четырех десятков набожных баб… И мы победили… Просто Хулливед[17] какой-то!

— Что-то не так? — Я открыл глаза. Во двор, стараясь не наступить на черно-багровые лужи, отряженные монашки вносили связанного Яру.

— Да нет… просто… — задумчиво протянул Куп, — просто я уже с Винеттой попрощался, а здесь на тебе… такое…

— Не переживай, успеешь еще. — Я уже мысленно прикидывал, куда бы завалиться поспать. А перед этим еще и поесть.

— Ворота с мостом совсем поломали, — сообщила Вакара, присаживаясь с другой стороны. — Айдо говорит, что чинить бесполезно. — И здесь мы все замолчали.

Каждый думал о своем. Я, например, о том, что как сейчас было бы славно окунуться в теплую прозрачную реку и смыть с себя усталость и грязь. А потом все-таки свернуться калачиком и уснуть. Дней так на пять… а лучше и на все десять.

Ночные Сестры роняли свой свет на разбросанные трупы. Они кругом. Орки… люди… монахини… и все это среди обломков клинков и щитов, в запекшейся крови.

— Что, конец? — прервала молчание Марга.

— В смысле? — я даже голову не повернул.

— Куп сказал, что теперь вам только осталось отвезти пленного в столицу — и все.

— Говорил? — слегка толкнул я эльфа плечом.

— Говорил… — кивнул тот.

— Он говорил… — весомо подтвердил я, — значит, конец.

— И куда ты потом?

— Не знаю еще… Сначала в Уилтаван… — Еле передвигая ноги, по двору брел Дуди, волоча за собой двуручный меч. — А затем…

И тут до меня дошло, то есть я вспомнил, ради чего топчется здесь мой братец. Спать перехотелось.

— Нет, сначала в Вечную Долину, домой. Кстати, — оживился я, — а какие у тебя планы?

— Сначала проводить вас до Вильсхолла, а потом…

Что «потом», я так и не услышал — нас неучтиво прервали. Но главное! она собиралась ехать с нами и… Я очнулся по-настоящему, представив, как она говорит «согласна», а мамуля с улыбкой на устах благословляет нас.

— Поднимайтесь, ребята! — не то скомандовал, не то попросил учитель Айдо. — Мать-настоятельница нашла для вас пару коек, там же найдете, где умыться и перекусить. Завтра, точнее, сегодня утром мы выдвигаемся. Кстати, мать Элизабет идет с нами.

— А это еще зачем? — вытаращился Куп.

— У нее есть свои дела в столице, да и захотелось снова увидеть свою воспитанницу.

— Небось самую лучшую и любимую. Ведь так? — поднялся с камня эльф. — Ну-ну…

— Ничего не понимаю, — откровенно признался я, вставая следом. — В последний раз, когда они виделись, пришлось разнести полмонастыря, дабы настоятельница отпустила ее на все четыре стороны. Или это и есть то, что гордо «женской дружбой» зовется?

С первыми лучами солнца мы двинулись в путь. Мать Элизабет в сопровождении двух монашек действительно увязалась с нами. Верховых лошадей, на которых Айдо с друзьями прибыл в монастырь, запрягли в две крытые повозки. Так что те сладкие мгновения сна, из которых меня вырвали перед рассветом, я с удовольствием наверстывал в дороге.

Тряска, противный скрип телеги, недовольное оханье Яра… на все это мне было наплевать! До самого прибытия в Вильсхолл. Конечно, меня пытались несколько раз растолкать, когда мы проезжали главные ворота города, но я только отмахнулся в полусне, по-моему, даже особо никого и не повредив.

И таки меня подняли! И кто?!! Кучка горожан и несколько сотен глоток «золотых» королевы, прорывающихся сквозь сладостный сон. Открыв глаза и утерев лишнее с морды лица, я выглянул наружу.

Улицы города бушевали вовсю, круглые цветные бумажки, лепестки роз и что-то еще пьяняще и приятно пахнущее падало на мостовую, прямо под копыта наших запряженных лошадей.

Вокруг все смеялись, кричали что-то радостное и, кажется, даже хорошее. Так что волей-неволей я высунулся наружу, тоже помахивая встречающим.

— Ну что, дружище?! — двинул меня эльф. — И каково оно?

— Здорово! — улыбаясь людям в ответ, кивнул я. — Только громко, аж уши закладывает!