Лоуренс Уотт-Эванс - Лорд-Чародей

— Меня зовут Меч, — буркнул Крушила.

— И ты, надо полагать, лучший в мире воин?

— Да, так меня называют.

Несколько мгновений Избранная Красавица смотрела ему в глаза, а затем, отступив назад, широко распахнула дверь.

— Входите, — сказала она, — и постарайтесь не слишком натоптать на ковре.

23

Дом Красавицы — с первого взгляда было видно, что это именно жилой дом, а не какая-нибудь контора или мастерская — оказался уютным и теплым. По обеим сторонам широкого камина, в котором пылал неяркий огонь, стояли кресла-качалки, большую часть дощатого пола прикрывал ковер. Две стены дома были сложены из тесаного камня, а две — из темного дерева. На деревянных стенах висели скромные гобелены. На столе стояли ваза с орехами и плетеная корзина для рукоделия, рядом с которой лежали лоскуты черной материи. Крушила сообразил, что эти бесформенные куски ткани — крой для будущего наряда. На каминной полке виднелась ваза с десятком кудрявых перьев птицы арра. На уголке той же каминной полки дремала, свернувшись клубочком, рыжая кошка. При появлении незнакомцев кошка спрыгнула на пол и удалилась в соседнюю комнату.

— Извините, что у меня не хватит для всех стульев, — сказала Красавица, когда они вошли в комнату. Во время движения широченная одежда обвивалась вокруг ее тела, и Крушила изо всех сил старался не смотреть, когда под тканью время от времени обрисовывались прекрасные формы. — Я живу одна, и гости у меня бывают крайне редко.

— Но почему? — выпалил Крушила, не успев удержаться от дурацкого вопроса.

Она внимательно на него посмотрела и мягко произнесла:

— Потому что это меня устраивает. А теперь скажите, что привело вас ко мне?

— Думаю, лучше всех это сможет объяснить Ясновидица, — сказал Вожак.

Ясновидица бросила на него недовольный взгляд и повернулась к Красавице.

— Пять лет назад, — начала она, — Лорд-Чародей истребил всех жителей своей родной деревни, которая называлась Каменистый Склон. Он убил всех мужчин, женщин и детей, чтобы отомстить за смешные детские обиды. Мы не можем… — Ясновидица оборвала фразу и повернулась к полуоткрытой двери, Крушила посмотрел в ту же строну.

Из соседней комнаты появилась кошка.

— Как смеешь ты называть это смешными обидами? — спросила она.

Красавица взвизгнула и схватилась за сердце.

— Да, смешные детские обиды, — повторила Ясновидица.

— Почему ты не хочешь сказать, что мои страдания были вызваны постоянными мучениями, безграничной злобой, бессердечным издевательством и бесконечной жестокостью?

Красавица в ужасе смотрела на свою кошку.

— С тобой все в порядке? — спросил Крушила. Он уже был готов прийти на помощь самой красивой женщине в мире, поскольку та с трудом держалась на ногах.

— Она говорит! — дрожащим голосом прошептала Красавица. — Раньше она никогда не говорила!

— Говорит вовсе не кошка, — сказал Крушила. — Это магия.

— Лорд-Чародей говорит с нами через твою кошку, — подтвердила Ясновидица.

Красавица резко повернула голову, шарф соскользнул с ее лица и открыл безупречный носик, столь соблазнительный, что Крушила ощутил некоторое напряжение внизу живота. Он даже не подозревал, что нос может пробудить желание. Красавица почти сразу вернула шарф на место и спросила:

— Неужели он такое может?

— Как видишь, — ответила Ясновидица.

— По-моему, она в шоке, — сказал Вожак и, взяв Красавицу под локоток, повел к одному из кресел-качалок. — Присаживайся.

Красавица осторожно опустилась в кресло.

Кошка лениво прошествовала по комнате и, вспрыгнув на каминную полку, обвела взглядом Избранных. Красавица следила за ней с видом затравленной мыши.

— Она говорит, что я убил своих мучителей, — сказала кошка. — Да, убил. Я наслал на них огонь и болезнь, которые лишили жизни их всех. Они это заслужили. Моя жизнь пятнадцать лет была сплошным мучением. Пятнадцать лет! Начиная с рождения и до того дня, когда я бежал от своих мучителей. Я пытался все забыть, оставить обиды в прошлом и, будучи обычным чародеем, не причинял им ни малейшего вреда, несмотря на ночные кошмары и массу возможностей для отмщения. Даже став Лордом-Чародеем, я не имел намерений отомстить им за те бесконечные мучения, что они мне причиняли. Шло время, я успешно исполнял свои обязанности, посылая благотворные дожди и солнечное тепло на Южные Холмы. Я отвращал ураганы, выслушивал доклады о находящихся в бегах преступниках и разыскивал по всему Барокану обратившихся ко злу чародеев. Но искушение отомстить становилось все сильнее. Я начал наблюдать за своими мучителями глазами птиц и зверей. Мне хотелось убедиться, что они сожалеют о своих преступлениях. Увидев, что они ни в чем не раскаиваются, я понял, что час возмездия настал. Мне сделалась невыносимой мысль о том, что за все свои мучения я плачу им прекрасной погодой и безопасностью. И вот, будучи в холодной ярости, я их уничтожил.

Наверное, я проявил бы мудрость, устояв перед искушением, но, если быть до конца честным, последние пять лет я впервые за все годы жил в полном мире с самим собой. Я был счастлив, думая о том, что все те, кто причинял мне зло в нежном возрасте, заплатили за свои преступления, и их грязные ноги больше не оскверняют землю, а дыхание не заражает воздух.

И вот теперь Ясновидица сотоварищи хотят меня убить. Но почему? Я больше никому не желаю зла. Я полностью удовлетворен. Я сделал то, что должен был, и у меня не осталось недругов. Так будем жить в мире.

— Ты убил невинных детей, — сказала Ясновидица. — Младенцев, беременных женщин, старух, свою родную тетю. Лерры взывают к отмщению.

— Я устранил язву с лица Барокана, и именно в этом, согласитесь, состоит долг Лорда-Чародея. Ни больше ни меньше.

— Дразнившие тебя дети не заслуживали смерти.

— Если ты называешь дразнившими детьми моих истязателей, то я не могу с тобой согласиться. Я не сделал ничего, что не заслуживало бы оправдания, и если вы хотите использовать это как предлог, чтобы выступить против меня, то я буду вынужден защищаться всеми доступными мне средствами. Но я искренне надеюсь, что до этого не дойдет.

— Ты убил детей, которые еще не родились, когда ты покинул Каменистый Склон!

— Но их родичи были в числе моих мучителей. Кроме того, если бы я оставил детей в живых, они стали бы распространять бесстыдную ложь обо мне по всему Барокану.

— Выходит, ты убил их, чтобы не оставлять свидетелей? — спросил Крушила.

Кошка, ответив ему злобным рычанием, обратилась к Красавице:

— Я надеюсь, у тебя хватит здравого смысла не позволить этим заблудшим людям сбить тебя с толку. Вспомни о смертельных опасностях, которые грозят тем, кто смеет выступать против меня, подумай о том, что я сказал. Я никому не желаю зла, но буду вынужден защищаться. Ну а теперь позволь мне на время исчезнуть, чтобы не калечить твою милую кошечку, челюсти и гортань которой не созданы для человеческой речи.