Е. Николаичева - Сила разума

— Ну… — Хэйтэн пожал плечами.

— Не знал, что Лас — блондин.

— Лас — нет, а вот Норт — да. — влезла Эно. — Хэйтэн, ну ты даёшь! Ты как искал?

— Да я будить его не хотел, вот свет и не зажигал…

— Ещё чуть-чуть и за расчёской отправлюсь я. — мрачно намекнул я. Девушку снесло вместе с Хэйтэном. — Ага, а вот и настой на полыни… где-то тут было серебро…

— А серебро-то зачем? — полюбопытствовал Амит.

— Для более сильного взаимодействия с зеркалом.

— Что? Ты собираешься вылить зелье на него? А как же руны?

— Ой, наложите связку, что даёт прочность и нестираемость…

— Да куда её запихнуть?!!!

— Что, опять учить? Ну вот, вот же — свободное место!!

— Да как её туда цеплять?

— Если помните, у этой связки весьма интересный узор точки переплетения…

— …Явились не запылились! Где вас столько носило?

— Да леший, Мир, попробуй объяснить не выспавшемуся, злому и раздражённому магу воды, зачем нам в четыре часа утра какая-то дурацкая расчёска, притом обязательно с волосами Элиаса! Что смешного? — Хэйтэн аж задохнулся от возмущения.

— Ладно, давай сюда. Теперь точно они?

— Они-они. — закивала Эно.

— Так…

— Не могу на это смотреть… — Ниам мученически.

— Да ладно тебе, мы же связку наложили. — Амит.

— Да, но терзают сомнения…

— Вот уж не думал, что кто-то ещё способен заставить тебя сомневаться в собственном профессионализме!

— Я тоже…

— Хорош, всё уже готово. Хэйтэн, давай сюда.

— И что я должен делать? — мрачно поинтересовался тот.

И вот тут я уже довольно сильно задумался. Соединение стихии с алхимией будет уже запретной магией… да и не сможет он, контроля не хватит…

— О, ничего особенного, просто наложи такое заклинание, чтобы в случае падения, зеркало зависло в воздухе…

— Если не ошибаюсь, в алхимии есть подходящие руны… — поджал губы Хэйтэн.

— Да. — кивнул я. — Но теперь даже мне придётся признать, что чертить их уже не куда… кстати, можешь замаскировать его ауру? Только не говори, что нет, Элдара должна была тебя научить…

Хэйтэн только вздохнул и приступил к работе…

— Вот уж не думал, что мы сумеем его активировать… — потрясённо разглядывая своё с братом творение, выдал Амит.

Выглядело зеркало действительно чудно. После полной активации основной структуры руны исчезли в поверхности зеркала, да так, что утянули с собой все остальные — добавочные. Теперь сей артефакт (а то, что это артефакт не усомнился никто) выглядел как обычное зеркало, даже отражал как обычно.

— А оно точно подействует? — шёпотом, как зачарованная глядя на него, спросила Эно.

Меня терзали сомнения, уж больно просто мы его создали, но внешне я этого не показывал.

— Ну что? — я подавил вылезший изнутри зевок. — Скатертью дорожка? — всё остальное, включая то, как выберется из замка эта четвёрка (Амит и Ниам выразили желание сопровождать «спасателей»), меня не интересовало.

Эти четверо грустно переглянулись.

— Да. — вздохнула Эно. — Прощай, Мир, спасибо тебе за всё… — у меня чуть слезу не вышибло.

Не от умиления, а от подкравшегося зевка, который пришлось сдерживать всеми силами.

— Ну, бывай. — хлопнул меня по плечу Амит.

— Не скучай без нас. — подмигнул Ниам.

— Спокойной ночи. — явно издевнулся Хэйтэн, выходя из комнаты вслед за остальными.

Я вышел за ним.

— Прощайте! — радостно, надеясь, что больше никого из них не увижу, зевнул я…

…она стояла прямо за дверью, прислонившись к стене и молча наблюдая. Именно из-за неподвижности её фигуры поначалу её никто не заметил — ни рыжие самоуверенные близнецы, ни беспечный, не задумывающийся над ситуацией воздушник, ни даже чувствующая любой разум в довольно обширном радиусе вокруг себя голубоглазая девушка.

И вообще, первым её заметил этот невозможный парень с каре-зелёными абсолютно на всё плюющими глазами, так не вовремя зевнувший и споткнувшийся о её выставленную для удобства ногу.

Естественно, на изощрённые ругательства парня оглянулись все остальные.

— Кэрин??? — да, ради столь изумлённого хорового возгласа стоило простоять здесь целый час!

Провидица торжествующе улыбнулась, выходя из тени. Вообще, освещение в коридорах играло на руку любому ночному татю. Через каждый десяток шагов под потолком висел слабо светящийся световой шарик, увеличивающийся днём. Радиус освещения не превышал пяти шагов и между каждым таким шариком имелась широкая уютная тень, в которой легко можно было спрятаться. Но даже в этой тени невозможно было не узнать этих золотисто-карих глаз, с таким ощущением безграничного знания смотрящих из темноты.

— Доброе утро, господа. — тонко улыбнулась девушка, и в этот момент никто бы не мог с уверенностью сказать, что ей всего шестнадцать.

Столько её исполнилось около трёх месяцев назад.

— Что… что ты здесь делаешь в такую рань? — неуверенно вопросила Эно.

— Тот же вопрос я могу задать вам. — наклонила голову Кэрин, глядя на всех из-под каштановой кудрявой чёлки.

— Бла-бла-бла. — раздался голос сбоку, и все обернулись, глядя на отряхивающего колени Мира. Он поднял взгляд на всех, при этом губы его насмешливо искривились. Внутри у всех неприятно кольнуло. Ведь только что это парень казался таким нормальным, когда занимался делом! И вот уже опять неудержимо тянет вмазать по его самодовольной роже! — Зачем задавать вопрос, на который знаешь ответ? — и он внимательно посмотрел на провидицу.

Но та лишь тонко улыбнулась.

— Ну как же… ведь так интересно, что скажете вы…

— Нет смысла скрывать правду. — пожал плечами Мир. — Ты и так всё знаешь. Осталось спросить — чего ты хочешь?

— Возьмите меня с собой.

Тишина. Даже слышно, как по коридору гуляет не весть откуда взявшийся сквозняк.

— Зачем? — растерялся Хэйтэн.

— Ну… во-первых, если не возьмёте… — тут Кэрин весело улыбнулась. — То я немедленно сообщу обо всём учителям. — и в тот же миг взгляды четвёрки превратились в острые кинжалы, готовые в любой момент нанести удар, предотвращающий подобное. Кареглазая провидица сладко улыбнулась. — А во-вторых, я могу вам пригодиться. Я видела… без меня у вас ничего не выйдет. — и замолчала.

Четвёрка спасателей переглянулась, мученически вздохнула.

— Ладно.

И в тот же миг Кэрин радостно подскочила на месте и захлопала в ладоши.

— Ура!!! — но тут же смутилась и приняла невозмутимый вид. — Ну, так мы идём?