Елена Михайленко - Одержимые

- Зачем? - решила уточнить женщина.

- Чтобы уберечь мальчика. Это пока все, что должны знать в отделе. Особенно мои милые наблюдатели. Им о моих приказах знать не обязательно, так что оформите документы…ну как вы умеете. Про настоящее положение вещей ни слова. Об Элли тоже никому и ничего. Если эта дура, которой вы отправили записку, явится за пояснениями - скажете, что пошутили. Нет, меня не волнует, как вы при этом будете выглядеть. Хотите остаться на своем месте - выполняйте. Все.

- Ясно, - кивнула Хельга и быстро допила чай, пока Экзор ее не выставил за двери или не выкинул порталом на рабочее место. В принципе, она была недалека от правды. Если бы женщине вздумалось задержаться, он бы так и поступил. Но мужчина всегда уважал Хельгу за понятливость.

- А Элли мне понравилась, - напоследок добавила Хельга. Экзор поморщился.

- Светлые духи, я уже начинаю узнавать этот взгляд Рядом-с-Экзором-появилась-девушка-а-давайте-мы-его-поженим! - язвительно пробурчал он и упрямо тряхнул челкой. - Столетие точно не женюсь. Вот вам всем на зло!

- Женишься и никуда не денешься, - шепотом, так чтобы начальство не слышало, ответила Хельга. Начальство слышало, но виду не подало. Он и сам знал, что женится.

Глава 22

Хорошо тебе… Хорошо тебе… Хорошо тебе, не так ли? Таять воском от свечей С нарисованным пентаклем На горячем на плече Ты же трав зеленой кровью Кожу жаркую натри Пусть сжигает без остатка Пусть сжигает изнутри Пикник - Пентакль

Экзор, оказывается, трус. Мало того, что я проснулась в его постели замотанная в одеяла как бабочка в кокон, так он еще и из башни куда-то ушел. На кухне дымился ужин, на столе лежала книга отца, возле кровати стояли теплые тапочки. А Экзора не было. И вот что странно - исчез словарь либрусского языка! А ведь самая толстая книга была, что обидно. Запах печеной картошки и свежего салата, все же загнал меня на кухню, и в качестве мести я решила хотя бы объесть Ричарда. Получалось слабо, потому что ужин явно был рассчитан на двоих, а то и больше людей. Значит, по другому отомстим!

- Ну вот, так я и думал, ужин уже съеден! - насмешливо донеслось со стороны двери, когда я уже доедала салат. Мясо и картошку я все же оставила. Когда я злая и обиженная, это пол беды, но когда Экзор голодный…

- Голоден? - как ни в чем не бывало, спросила я.

- Еще как! О, мясо осталось, это хорошо, - на ходу снимая теплую мантию и перчатки, принюхался Экзор. Ну что ж, пусть покушает.

- Садись, только руки помой, - в большую тарелку шлепнулись три больших куска мяса и остатки картошки. Хлеб, немного соуса и приборы. Все, пусть кушает, а то будто весь день где-то пробегал. Глаза голодные, живот бурчит.

- Элли, ты что-то сильно добрая, - осторожно подходя к столу, отметил Экзор.

- Ну на пустой желудок ты мне и ответить на месть можешь, а попа мне еще дорога. А если сейчас покушаешь, то потом подобреешь и, может, расскажешь о чем договорился с леди Хилл, - пояснила я. Ричард уселся за стол, тут же наколол на вилку большой кусок картошки, понюхал его и отправил в рот. Я отошла подальше.

- М?!

- Ты - алхимик, а я немножко артефактор, - невинно объяснила я, стоя у двери в кабинет. Ошалелые глаза мужчины были мне наградой. - Вкусная вилочка?

- Мг! - как я полагаю, согласно промычал Ричард, все еще пытаясь достать прибор изо рта. Железная ручка, словно метроном, качалась из стороны в сторону, но металл так и не отлипал от губ.

- Не тяни сильно, через пятнадцать минут само отстанет. А я пока буду рассказывать тебе, какой ты плохой, - я еще раз улыбнулась. Чисто и радостно. От всей души.

- Мг…- как-то удивленно, но уважительно выдал Экзор и откинулся на спинку стула. Пожалуй, я пока чай приготовлю.

- Так вот, никогда не надо меня убирать из комнаты подобным способом. Это обидно и неприлично, в конце концов. Я ведь даже не попрощалась с сотрудницей отдела! А вообще, - поставив чайник, я присела напротив Экзора. - Никудышная из меня актриса. Как идиотку озабоченную изображать, так это легко, а как… Чуть не подставила и себя, и тебя. Дура. А если бы леди Хилл не была твоей знакомой? Лучше бы ты мне память стер или голос отнял еще утром. Вот тогда это было действительно необходимо.

Экзор укоризненно посмотрел на меня и снова внимательно глянул на вилку. Вышло смешно, будто зеленые глаза еще и косоглазием страдали, помимо изредка лукавого взгляда. Ручка прибора недолго изображала маятник, и через мгновение Экзор был свободен.

- Ты же к ней не прикасался! - удивилась я. - И палочку из кармана не вытягивал!

- Колдовать можно не только руками, Элли. При хорошей гибкости и тренированности языка…

- Ясно. У меня язык так точно не подвешен. Ни лгать, ни колдовать, - с грустью заключила я.

- Элли, ты просто еще слишком молода. И это хорошо, что тебе так сложно дается вранье. Я бы хотел, чтобы и подольше оставалась искренней и правдивой девочкой.

Девочкой. Почему-то это слово больно царапнуло. Я для него действительно еще ребенок, которого надо оберегать и воспитывать. Интересно, сколько ему лет?

- Не грусти, Элли, - Экзор присел рядом и обнял меня. - Если что, я всегда помогу выкрутиться, а лукавить в таких ситуациях ты научишься, хотя, видят духи, не хотелось, чтобы у тебя была подобная практика.

- Но надо, чтобы была! И еще общения с демонами.

- Ты подружилась с тем, которым была одержима? - осторожно спросил мужчина.

- Она была мне сестрой, - призналась я. Настроение катилось все ниже.

- Хочешь с ней поговорить и увидеться? - вдруг спросил Ричард.

- Хочу!

- Тогда доставай еще одну чашку и сыпь туда розы и бадьяна, а я приглашу Пушку, - руки мужчины уже выплетали из потоков магии крылатое чудовище, которое служило Экзору за посланника.

- А она согласится побыть медиумом?

- Не совсем медиумом, но тебе понравится. И что главное, ты можешь не переживать - Пушка ничего и никому не скажет. Это в ее же интересах.

Через десять минут Анита в сопровождении мужа уже влетела в башню, прошлась смерчем по комнатам, судя по звукам, и наконец-то нашла нас с Экзором на кухне.

- Кофе? - пожав руку Карелу, спросил Ричард. Мужчина согласно кивнул и молча присел за стол. Пушка же выпила залпом свой чай, словно бокал вина, и уселась мужу на колени, обхватив его за талию. Мужчина тут же ее обнял в ответ и успокаивающе поцеловал в висок. Все это молча и без единого взгляда на меня или Ричарда. В глаза женщине было страшно смотреть - в них стояла такая тоска и обреченность, что я уже готова была отказаться от всей этой затеи. Стоит ли моя встреча с сестрой той боли, что испытывает Пушка и еще испытает?

- Экзор, не надо, - тихо прошептала я. - Оно того не стоит.