Дмитрий Чвилев - Королевство

Я потянулся, но вставать и открывать глаза не стал, надеясь еще немного понежиться в блаженной дреме.

— Да. Батя ругался. Когда я подростком на его машине на ночные гонки уехал погонять.

— И что потом? — заинтересовался голос.

— Машину в хлам разбил, на списание. Вся покореженная была, помнится, в гармошку смятая. А на мне — только пара синяков.

— Вот и говорю — вредитель. Удачливый, правда. — вздохнул собеседник.

— Но гонки-то успел выиграть! Это на обратном пути произошло. Когда за призом поехал. — возмутился я. — Большой куш был, достойный. На выигранные деньги половину стоимости нового авто Бате оплатил, а это почти столько же было, чем стоимость старого. Все равно он его менять собирался…

— Ладно, герой, вставай давай. Времени, как всегда, в обрез.

Еще раз потянувшись, я открыл глаза и огляделся.

Напротив меня стоял знакомый седой дед, с опрятной бородой по пояс, одетый в белый бесформенный балахон и с посохом наперевес. Интерьер комнаты не изменился: все те же белые стены, все то же изображение Древа миров на гобеленах.

— Наше вам с хвостиком. — зевнул я. — Как дела хранительские продвигаются?

— Пока тебя, дурака, в мир не выпустил, все продвигалось идеально. — вздохнул старик, закатывая глаза. — И все-таки ты вредитель. Скажи мне, ну зачем, зачем ты взорвал храм служителей Единого?

— Что-что я там взорвал? Не было такого! — снова возмутился я. — Хотя…разве что чуть-чуть. И вообще, они первые начали.

— Чуть- чуть?! Смотри! — побагровев, хранитель повел посохом, и прямо передо мной в воздухе повисла картинка, показывая какую-то местность с высоты птичьего полета. Картинка принялась меняться, словно снимающий повел камерой по кругу.

Выжженный котлован гигантского радиуса, вокруг — зона опустошения. Как после ядерного взрыва. Ни травинки, ни кустика. Ударная волна смела все, не пощадив даже здоровенные деревья. Вдалеке виднелись стены города.

— Не моих рук дело. Ищите подрывника в другом месте.

— А это ты как объяснишь? — старик щелкнул пальцами, и картинка начала резко меняться, словно перематывалась на большой скорости назад. Кадры мелькали с такой частотой, что разобрать что-то конкретное было проблематично.

— Вот! — еще один щелчок пальцами.

— А что, вполне себе миловидный собор. И местность вокруг. Лесок, садик.

— Угу, миловидный… Пока до него не добрались твои загребущие ручонки… — язвительно ответил хранитель. — Смотри дальше!

Камера приблизилась, снижаясь к земле и позволяя разглядеть направляющихся к собору всадников.

Щелчок пальцами — и крупным планом показывается замотанный веревками сверток, лежащий поперек одного из коней всадников. Еще один крупный план — на этот раз содержимое свертка.

— Оп-паньки…

— Ну что, будешь отпираться? — обличительно ткнул в меня пальцем хранитель. — У-у-у, вредитель! Только ломать и умеешь.

— Не буду. — убито сказал я, почесывая затылок. На картинке застыло лицо человека. Мое лицо.

Всадники занесли сверток внутрь собора, и картинка начала перематываться. Спустя какое-то время грохнул взрыв.

— Мне, признаться честно, стыдно. Но я этого не помню. А раз не помню — значит не было! — радостно заключил я.

— Ты неисправим. — закатил глаза старик.

— И, кстати, вовсе не только ломать…Мы замок строили, строили и наконец построили. И королевство, потихоньку. А скоро и Темную Империю. — пробурчал себе я себе под нос.

Хранитель лишь отмахнулся, не вслушиваясь:

— Для начала навести моего купца, проверь, как у него дела идут.

— А мацу тебе не забодяжить?! Уже второй раз его под нос суешь, купца этого. Что мне с ним делать? — возмутился я. — Вон, встретился в прошлый раз, а что толку?

— Так надо же тебя хоть чем-то занять, бестолочь! — фыркнул старик. — Чтобы ты мне тут окончательно все не разломал.

Крыть было нечем.

— Ладно. — сжалился хранитель. — После того, как купца навестишь, разберись с эльфами. Там ставленник моего коллеги активизировался. Надо бы его обойти. И еще… — старик нахмурился.

— Что? — невольно заинтересовался я. — Кстати, мне бы самоучитель по их языку. А то неудобно.

— А ничего. Все равно не поймешь, бестолочь. — хранитель ехидно улыбнулся и взмахом посоха отправил меня в блаженное небытие.

Максимиллиан.

Мы уже поднимались на крыльцо, когда к нам подлетел запыхавшийся человек, одетый в довольно заношенные грязные лохмотья, и явно не мывшийся уже неделю-другую. Резкий запах немытого тела ударил в нос. И как его сюда охрана пропустила?

— Что тебе, Клещ? — сморщившись, бросил управляющий.

— Я…уф…видел. — отдуваясь, ответил тот. — У меня окна на их двор выходят. Ваш человек в здание ночного братства зашел. Не один, правда. С парнем каким-то. Чудом от собак спаслись. Как те на них бросились! Думал, все, растерзают. И тут в небо ка-ак столб ударит! Собаки — брык, а они в дом — шмыг.

— Ночное братство… — Ирван схватился за голову и застонал.

— Я же говорил, что он не пропадет! — обрадовался я. Сонливость улетучилась, будто ее и не было. Предчувствие не обмануло.

— Все в порядке с ним, раз от собак спасся! А ты к собору выдвигаться хотел. Хорошо, что запретил. — укорил я управляющего.

— Да, господин! — залебезил Клещ. — Он даже не ранен. Правда, вот…

— Что?

— Одеты они были странно. Кольчуга короткая, защита кожаная с бляхами, все дела. А на спине — крест. Такое только у воинов церковных бывает. У соборной стражи. Они одни кольца специально темнее делают, чтобы прямо на кольчуге рисунок выступал.

— Церковная стража… — еще горестнее застонал Ирван.

— А в ночном братстве, эт… Не уважают церковников-то. Не любят. Как бы его прямо с порога на ножи не подняли… — задумался информатор, почесывая затылок.

— Из огня, да в полымя… — чертыхнулся я и гаркнул: — Вась, строй ребят. Спасти рядового…короля.

— Короля?! — округлил глаза Клещ. — Так он из благородных?

Ирван лишь отмахнулся.

— На выход!

Димитрий

Я очнулся и обиженно засопел. Чертов хранитель. Как он меня обставил, ничего не скажешь…Ничего, в следующий раз я с ним поквитаюсь! Лежать было неудобно — что-то острым углом давило под лопатку.

— О! Учебник! — обрадовался я, вытаскивая из-под спины причину неудобства. — Не зажадничал все-таки.

Внутри головы раздался стон, а затем кряхтение.

— Как же хреново-то… — просипел Каин. — Как с похмелья.

— Нечего было координаты путать. Перекинул нас хрен знает куда. — безжалостно ответил я, оглядываясь по сторонам.