Наталья Мамлеева - АММИАК. Под знаком близнецов

— Ты не должен был вспомнить…

— Как видишь, телепат из меня лучше, чем из Оракула, — усмехнулся мужчина, посадив меня к себе на колени, — так что хватит переживать. На этот раз всё по-другому, да?

— Я боюсь за тебя…

«Ты боишься за меня, или боишься моей мамы?» — прозвучал в голове насмешливый голос, и я рассмеялась.

«Твою маму я тоже немного побаиваюсь, она бывает неадекватна».

«И всё равно она моя мама. Придётся находить с ней общий язык».

«Джейс, я боюсь за тебя очень сильно. Вдруг, я снова причиню тебе вред?»

«Мы обязательно найдём решение, и это не обсуждается. Я влюбился в тебя дважды, думаешь, после такого оставлю тебя? Дорогая, я тобой наказан пожизненно, и приговор не подлежит обжалованию».

«Джейс, я люблю тебя».

«Я знаю».

— Гм, — раздалось покашливание сзади, и мы обернулись, увидев довольных Киру, Кэт и Андрея, причем последний еще и смеялся в кулак.

— М-да, а еще говорят, что невозможно наступить на одни и те же грабли дважды, — рассмеялся профессор Сташенко, и его примеру поступили и все мы.

Из комнаты Джейса донеслись жалобные стоны, и мы с телепатом переглянулись, а ребята посмотрели на нас удивленно и вопросительно, словно ожидая объяснений.

— Вы там, что, медведя завели? — приподняла бровь Кэт.

— Хуже, одну вредную и приставучую кису, — сморщился Джейс, ставя меня на пол и поднимаясь сам.

«Джейс, вообще-то, он мой брат!»

«Но ты же у меня не кошечка, хотя это было бы довольно… м-м… какое бы слово подобрать?»

«Джейс!» — мужчина рассмеялся, за что на нас посмотрели удивленно, а Кира охнула, уставившись на своего брата.

— Ты всё вспомнил?!

— Тише, — приложил палец к губам мужчина, — не говори пока ничего родителям. Ребят, вообще никому ничего пока не говорите, хорошо?

Наши соседи кивнули, а из комнаты вновь послышался стон, тогда я направилась в комнату, а Джейс на кухню, чтобы приготовить парню средство от головной боли. Лан удивленно оглядывался, хватаясь за голову, а потом увидел меня и широко распахнул глаза.

— Что я вчера натворил?..

— Ничего, братишка, — улыбнулась я, присев на кровать, а кошколак некоторое время на меня смотрел с подозрением, а потом обнял, сжимая все сильнее, а у меня глаза стали влажные от счастья, даже не представляла, что так приятно будет найти брата, которого практически не помнила.

— Джейс? — спросил Лан, и я обернулась, где в дверях стоял телепат, держа в руках стакан, который в последующем подал кошколаку.

— Выпей, станет легче.

— Здесь яд не подмешан?

— Родственников своей девушки не убиваю, — поднял руки вверх Даньелз, а Лан нахмурился.

— Так быстро всё вспомнил?

— Я ведь великий телепат, — пафосно произнес Джейсон, а мы с Ланиэлем одновременно фыркнули, и посмотрели друг на друга.

И я только сейчас поняла, насколько мы похожи. Даже оттенок волос один и тот же. Одинаковый цвет глаз, разве что у меня немного темнее, такой же чуть длинноватый нос, губы… Он был более грубый, черты резче, но всё же мы были похожи. Сейчас начинаю вспоминать, что и наши вкусы, и поведение одинаково, что-то незаметное и едва уловимое. Мой брат.

— Спасибо, — ответил Лан Джейсону, поставив пустой стакан на тумбочку, — а разве в общежитие позволено химичить?

— А кто об этом узнает? — приподнял бровь Джейсон, и Лан улыбнулся в ответ, между ними первый раз на моих глазах установилось такое перемирие.

— Значит, ты уже знаешь, что я твой брат. Свет, когда ты мне сказала, что ты близнец, то я… я даже дар речи потерял!

— А я плакала. Ревела, как дурочка. Сомбэ сложил в полную картину все мои возвращающиеся понемногу воспоминания. Я тебя помню, Лан. Помню, как мы игрались в речке, и ты никогда мне не поддавался, хотя бы ради приличия!

Лан рассмеялся, обнимая меня и запутывая мои волосы, а я на радостях чмокнула его в щеку, а потом посмотрела на Джейса, которые лишь поднял взгляд к потолку, будто бы не видел этого. Кольцо молчало.

«Не хочешь полностью снять защиту с кольца?»

«Я снял».

«Да неужели?!»

«Думаю, что мое решение было поспешно и являлось ошибкой. Я доверяю тебе».

«Спасибо, Джейс».

— Значит, ты всё вспомнил… и что же теперь будет? — вопросил Лан, а Джейс лишь пожал плечами, — ведь проклятье касается и меня. Значит, мне нельзя иметь с кем-то отношения?

— Тебе просто не надо эту счастливицу, или счастливца, проклятье не выбирает, какого пола будет жертва, поить своей кровью.

— Что за вампирские истории? — удивленно посмотрел на нас Ланиэль, а мы с любимым, переглянувшись, рассмеялись.

— Так, давай-ка выметайся из моей комнаты и топай на пары, — вздохнул профессор, относя пустой стакан на кухню.

— Всё-таки он у тебя вредный, — нахмурился кошколак, смотря вслед уходящему преподавателю, а потом перевел взгляд на меня. — Я рад, что ты оказалась моей сестрой, хотя пережитого тобой я и врагу не пожелаю.

— Не говори так, Лан. У меня была замечательная жизнь, любящая мама.

В моей жизни было всё, и есть настоящая любовь. И, поверь мне, за неё я буду бороться. Мы найдем выход, по крайней мере, так говорит мне Джейс, — улыбнулась я, прикусив губу.

— Я вам верю и искренне желаю счастья, — ответил кошколак, потянувшись, — что ж, а на уроки действительно следует сходить. Увидимся, Свет.

— Пока, — ответила я, обняв брата на прощание.

— Киса ушла? — вошел в комнату телепат, и я кивнула.

— И всё же как тебе удалось всё вспомнить?

— Я проснулся ближе к утру и нащупал в своей голове блок, а потом взломал его. Не скажу, что это было легко, — ответил Джейс, обнимая меня, а потом неожиданно усмехнулся. — Кстати, в пятой секции ты еще не весь хлам разобрала?

— Ах, вот о чем ты думаешь?! Лентяй! Та-ак, всю следующую неделю разбираешь там всё сам!

— С чего бы это?! И вообще, мисс Ульянова, отправляйтесь-ка собираться на урок. Опозданий я не терплю.

— Профессор Даньелз! — воскликнула я и не нашлась, что ответить, поэтому просто поцеловала своего мужчину и покинула его комнату, думая, что всё налаживается, главное уметь верить в самое лучшее.

— Ты вообще в курсе, что у меня пары?! — прошипела я, когда Джейс выводил меня из аудитории с лекции профессора Бё.

— Осведомлен, — пожал плечами телепат, а потом началась сказка моей жизни.

Мы оказались в Париже. Это было необыкновенное чувство новизны, сердце пропускало значительные паузы, так как тоже было заворожено красотой пейзажей. Новые люди, даже воздух казался другим. Я счастливо оглянулась на Даньелза, который стоял чуть позади меня, давая мне насладиться видом Эйфелевой башни.