Мария Ермакова - Зеркала

— Иди, вымойся, монах, а то от тебя мертвечиной несет! Я втащил туда пустую бочку из-под вина. А воды там достаточно.

Когда Инвари вернулся, на одном из оставшихся столов уже был накрыт ранний обед.

— Мы пошарили по дворам, — пояснил Шторм, — нашли ту живность, что еще не разбежалась. Так что, сегодня у нас и бульон и жаркое!

Инвари взглянул на огонь.

— Неразумно разжигать очаг! Искры из дымохода и дым могут быть видны издалека…

— Аф эту проблему решил, — подмигнул Шторм и понизил голос. — Он говорил с огнем, и тот его послушал! Ты ведь ничего не заметил, когда подходил к дому, а?

Инвари устало кивнул.

Из погреба за стойкой вынырнул Аф с запыленной бутылкой вина.

— Вот, смотрите-ка! Это очень неплохое старое вино. Была всего одна бутылка. Должно быть, денег не нее ни у кого не нашлось.

Вначале ели сосредоточенно, в полном молчании. Поглядывая на Шторма, Инвари засомневался, хватит ли еды? Однако мяса, птицы и овощей оказалось достаточно.

Они с флавином уже давно отвалились от стола и распустили пояса, подливая друг другу вина, а весело блестевший глазами Шторм вгрызался в очередной кусок мяса.

— Это на десерт! — пояснил он, поймав взгляд Инвари. — А ты, монах, чем глазеть на аппетит здорового человека, лучше расскажи, что ты делал с мертвяками?

— А вы, Шторм, чем говорить гадости, лучше кушайте дальше, — мягко пожурил Аф.

— Я ничего такого не имел в виду, — обиделся Шторм, — почему вы все время от меня гадостей ждете? Я что, какой-то испорченный?

— Я пытался понять, отчего они умерли? — как ни в чем не бывало, сказал Инвари. — Аф, вы нашли место для погребения?

Тот кивнул.

— После обеда их надо похоронить.

— Опять в грязи копаться! — вздохнул Шторм, но, заметив пристальный взгляд флавина, торопливо закивал. — Конечно, конечно, мы поможем…

— Шестеро — дряхлые старики, — продолжил подмастерье, — один — парализованный, еще один был в жестокой горячке, когда умер, трое болели болотной лихорадкой. Двадцать человек — просто пожилые люди. Физически здоровы, насколько могут быть здоровы люди в их возрасте. Среди них нет ни одного моложе пятидесяти. Первые одиннадцать убиты — зарезаны, заколоты или задушены. Лица и глаза выедены, а не выклеваны. Шторм, я не порчу тебе аппетит?

— Неа, — легко откликнулся тот, — мне случалось трапезничать на поле боя, среди кишок.

— Но не это самое странное! — продолжал он дальше. — Оставшиеся девятнадцать человек умерли по одной и той же причине.

Шторм, наконец, перестал жевать и подался вперед.

— Ну!?

— В их телах не осталось ни капли крови! — заключил Инвари и замолчал, подливая себе вина.

Себе, затем Афу и Шторму, изумленно смотревшим на него.

— Я не понимаю! — сказал Аф.

— Их стащили в яму, зарезали, и кровь вытекла! — изрек Шторм.

— Я не сказал, что этих зарезали, — ответил Инвари, — на телах нет ни колотых, ни резаных ран, кроме…

Он замолчал.

— Что вас смутило, Один? — голос Афа звучал напряженно.

— Кровь выкачали из тел, если можно так выразиться, медицинским способом.

— Это еще что за дерьмо? — удивился Шторм.

— В вены вставляют специальные иглы и выкачивают кровь, — пояснил Инвари.

— Никогда о таком не слышал! Наши лекари иногда пускают кровь, но делают это по-другому. Они…

— Я знаю, Шторм. Метод, о котором я говорю, не применяется нигде, кроме медицинской общины университета в Кабестане. Ведь это не только столица нашего Ордена, но и самый крупный научный центр по обе стороны Антэоса. Естественно, что не все посвященные и уж тем более простые смертные владеют этим искусством!

— Так, вы, дэльфы, выкачиваете кровь из живых людей?! — возмутился Шторм.

— Иногда это лечит, — мягко произнес флавин. — Я слышал о таком. Но, Один, если Адамант замешан в этом — мы сильно недооценивали его!

— Я не понял, куда же делась кровь? — вмешался Шторм.

Инвари пожал плечами.

— Ее забрали для каких-то целей.

— В замок Ванвельта! — Шторм громыхнул кулаком по столу. — Черные могли прийти только оттуда. Когда отправляемся?

— Давайте отоспимся? — предложил Инвари. — А пойдем с наступлением темноты.

Спутники согласно кивнули.

— Лошадей оставим здесь, как вы и предлагали, Аф, — продолжал он.

— В деревне? Почему? — удивился Шторм.

— Пешими мы менее заметны, кроме того, у замка лошадей оставлять опасно. Черные вряд ли сюда заявятся — им здесь делать уже нечего, а кто из вас может предложить лучшую защиту от волков-переростков, чем эти стены?

— Если звери почуют коней, они возьмут дом в кольцо — вряд ли мы сможем их разогнать!

— Об этом беспокоиться предоставьте мне, Шторм! — подал голос Аф. — Звери не почуют ничего.

— А если кто-то попытается проникнуть внутрь? Или подожжет стены? — не отступал Шторм.

— Мы запрем дверь. Да и кони могут сами постоять за себя. — Инвари оглянулся на лошадей — вороной перестал жевать и внимательно слушал. — Ворон выведет остальных наружу, и они сами найдут нас.

— Как это он выведет их из запертого дома? Взгляни на эту дверь, даже моему битюгу не под силу ее вышибить, а уж в окна кони не лазают!

— А уж об этом побеспокоюсь я! — Инвари напустил на себя загадочный вид.

Шторм посмотрел на флавина. Тот кивнул и добавил:

— Вещи пусть остаются здесь, нам нужно только оружие и немного воды. Поместье в паре часов быстрого бега. Вокруг глухой лес. Стена невысокая, из неотесанных глыб — лезть будет легко. Внутри стен целый городок — с пристройками, сараями, конюшнями и псарнями. Будет где спрятаться.

— А дальше? — Шторм снова начал есть.

— Дальше, как решат Боги! — вздохнул Инвари и поднялся. — Солнце клонится к горизонту. Мы с Афом поищем лопаты, а ты доедай и присоединяйся.

Однако Шторм отодвинул тарелку и встал. Поискал, обо что вытереть жирные руки, нашел занавеску и радостно двинулся к ней. Но потом посерьезнел.

— Это подождет! — торжественно произнес он. — Покойников надо хоронить!

Выйдя на улицу, Инвари посмотрел на трубу — воздух над ней был чист и недвижен. Ни дым, ни искры, ни даже легкое облачка пара не тревожили послеполуденный свет. Дом казался мертвым, как и все вокруг. Да так оно и было.

***

В полном молчании, при непривычно рано садящемся солнце, прошел обряд погребения. Инвари, пользуясь саном странника Ордена, дававшим право проводить наиболее распространенные обряды, отправил несчастные души в Последний путь. Они вспорхнули с истерзанной плоти и последовали за сияющим знаком, начертанным юношей над каждым из тел.