Татьяна Талова - Королевская стража

— Решено, — тихо пробормотала она себе под нос. — Возвращаюсь, как пришла… И выкладываю все, что есть.

И, спустя миг, она обреченно прошептала:

— Дура…

Она озаботилась тем, чтобы получить ключ, связала противника — и совсем забыла, что нужные камни в стене теперь перекрыты телом цнэрга. А значит, выход один — дверь.

Идти напролом мешал трезвый расчет, но что еще делать?..

Риннолк сунула ключ в замок, поудобнее перехватила шпагу и левой рукой осторожно потянула дверь на себя — благо, ключ повернулся легко, а на совесть смазанные петли не скрипнули. Разом забыв, как надо дышать, девушка заглянула… и ничего не увидела.

Вернее, увидела, практически уткнувшись носом в ткань, — изнаночный след от узора, знакомые волчьи морды на лиловом фоне. Конечно, потайная дверь на то и потайная, чтобы быть задрапированной со стороны кабинета.

Похоже, что наемница нашла неплохое укрытие: ткань широкими складками спускалась до самого пола, исключая конфуз с кончиками сапог, торчащими из-под шторы, а через саму занавесь, в тех местах, где ее не покрывали вышитые волки, вполне можно было разглядеть происходящее в кабинете.

"Тронный зал!" — в некотором оцепенении осознала Риннолк. Видимо, скрытая дверь находилась сбоку от "парадного" входа, потому что наемница прекрасно видела резное черное кресло на возвышении, к которому вело несколько ступеней, герб Думельза на стене за ним и копье с воинским стягом там же.

Внезапно Риннолк поняла, что уже ночь. Когда они говорили с Ульвейгом, солнце как раз заходило, а теперь — через лиловую ткань зал смотрелся темно-фиолетовым.

Освещения не было, и людей тоже, что не могло не радовать. Наемница быстро сориентировалась. Можно выйти через парадную дверь, но тогда придется объясняться с охраной, а девушке был нужен сразу герцог, в крайнем случае, Охотники или Кайса. И можно скрываться за этой же шторой, только перебравшись на подоконник — и прыгнуть оттуда в случае чего, добавив суматохи и выиграв для себя лишнее время в бою.

Риннолк подумала еще о том, что можно подождать Его Светлость, не таясь, все равно разговор предстоит серьезный. Однако она не вздрогнула и не показалась, когда в зал прошел Великий Герцог. Девушка не верила Великому Герцогу. Человек, затеявший такой театр с собственной наследницей, способен и на другие неожиданные ходы. А теперь пришла пора и его чем-нибудь удивить…

Но пока удивлял Хальтен. Появился он точно не из главного входа, вероятно, тайная дверь не была здесь единственной… и появился не один. Риннолк до боли закусила губу, узнав Вирхен.

— Почему ты не хочешь меня слушать? — с отчаяньем в голосе спросила дочь.

Хальтен сделал несколько шагов, оказавшись примерно в центре зала, а девушка застыла на расстоянии вытянутой руки от него. Не глядя на Вирхен, Его Светлость отступил еще дальше. Они оба стояли вполоборота к Риннолк.

— Потому что ты безумна, — тихо проговорил герцог. — И глупа. И не понимаешь, что…

— Это ты не понимаешь! — наследница взвизгнула, и впрямь заставив Риннолк усомниться в ее здравом уме.

— В любом случае, твоя власть не может длиться вечно!..

Хальтен словно бы стал выше ростом, а голос зазвучал уверенно и звонко:

— Дочь! Ты угрожаешь мне?!

Вирхен молчала очень долго, а заговорила сдержанно и жестко.

— Нет, отец, — сказала она. — Я не угрожаю, но могу, поверь мне.

— Я уже слышал о твоем колдовстве, что еще? — бросил герцог. — Ты убьешь меня?.. Не сможешь, потому что я твой отец! Успокойся, Вирхен, твой сообщник в тюрьме, а ты не в том положении, чтобы диктовать условия.

"Как в тюрьме?" — поразилась Риннолк, и, кажется, Вирхен разделяла ее недоумение.

— Да ну? — почти весело спросила она. — Видишь ли, дорогой отец, у тебя имеются действительно прекрасно вышколенные слуги, — раздался тихий смех. — Настолько самостоятельные, что взялись искать сбежавшего мага, не доложив тебе. Верно, ты всегда занят, а они бы успели… Они всегда так поступали, да? И всегда получалось?.. Только здесь проблема в том, что я — не просто их новая цель, — Вирхен нетерпеливо притопнула ногой. — Я маг, скрывавший свое колдовство прямо у них под носом, у меня есть сообщник, сумевший пустить по ложному следу лучшего твоего Охотника, увести его в другую страну и почти убить его там руками твоих собственных союзников!

Риннолк больше не удивлялась. Запретила себе удивляться.

— Они привыкли к легкости, — с презрением протянула Вирхен. — Ройоль объявился чуть ли не на том же месте, где был найден, а стражники лишь порадовались и заковали его обратно в цепи!

"Касман, — подумала девушка, уже полностью придя в себя. — Под заклятьем, но хоть живой".

С той мыслью, что местная фея оказалась довольно-таки хладнокровной ведьмой, Риннолк свыклась, теперь просто стояла и слушала ее разговор с отцом. Она поражалась спокойствию и самообладанию Хальтена — не каждый день узнаешь, что твоя дочь занимается чернокнижием и, более того, планирует вернуть колдовство в государство. А судя по речам Вирхен выходило именно так: она получит трон, Ройоль — часть ее власти, а все маги — право творить заклинания. Великий Герцог же был убежден в невозможности такого существования и все вспоминал Ниерру, чьи города война между магами сравняла с землей. Риннолк так и тянуло вставить, что есть еще небольшая проблема — чернокнижники. Первые из них встанут у власти — хорошо будет правление, Ваша Светлость? И что вы вообще намерены делать с дочерью-преступницей?..

Герцог держал руки за спиной, и Риннолк невольно обратила на это внимание. Длинные рукава положенной мантии, странный для повелителя жест…

Вирхен не могла видеть, что достал из рукава ее отец, да и наемница, скорее, догадалась о ноже.

Внутри у Риннолк все похолодело. "Не сможешь, потому что я твой отец!".. А Хальтен, оказывается, вполне мог… Да какой бы Вирхен не была! Она — его дочь! Да, на пути властителя могут встать его же родственники, его же дети, но… Разве убийство — это выход?..

Хальтен, говоря что-то очень тихо и очень спокойно, приближался к Вирхен. Наемница опасалась убивать Ройоля, хотя он — чернокнижник и заговорщик, а здесь отец готов прикончить дочь! Когда есть Охотники, есть суд, есть стража, есть, в конце концов, она, Риннолк из Шермеля! Наемница не верила. Так опекать дочь, прятать много лет — и нож под ребра? Хальтен — не отец… "Несомненно, все это пойдет на пользу государства, — с внезапным ожесточением подумала девушка. — Только вот сегодня вы не одни, герцог".

— Прощай, — безо всякого выражения произнес Великий Герцог. Движение — в тот же миг! — быстро, рука — тверда… Понимая, что это глупо и слишком, слишком наивно для нее, Риннолк с треском разорвала ткань шпагой, отвлекая Хальтена на какой-то ничтожно короткий отрезок времени, а вернее, давая лишнее мгновение его дочери.