Виктор Исьемини - Предчувствие весны

Хлопнула дверь, вбежал конюх - молодой парень из прислуги, не носящей белого, в отличие от полноправных воинов братства. Следом в помещение ввалилась компания молодых братьев - веселые, раскрасневшиеся от бега. Перепуганный конюх опрометью кинулся прочь от входа, воины - за ним. Беглец споткнулся, с грохотом покатилось опрокинутое ведро... Молодцы в белом догнали, окружили. Между стойлами было тесно, так что конюх, пытавшийся отползти, натыкался на сапоги преследователей. Те с хохотом пинали жертву, подбивали руки, так что конюх, скуля, тыкался лицом в пол, в растоптанное сено и навоз.

- Глядите, - смеялся заводила мучителей, рослый монах по имени Кенгель, - этот смерд задумал вступить в наше славное братство, а сам норовит в дерьмо мордой влезть. Эй, ты, жри навоз!

- Жри навоз! - подхватили остальные.

Конюха прижали к полу, Кенгель поставил на затылок жертве сапог и придавил. Бедняга мычал и пытался вывернуться, а вояка в белом приговаривал:

- Ну, сожри, чтобы я видел. Тогда отпустим. До завтра отпустим, верно, братья? Пока он не проголодается. Потом снова навозом накормим.

Вель поднялся с мечом в руке.

- А ну-ка, отстаньте, - велел он мучителям. - Хватит с него.

- Чего? - Кенгель обернулся. - Вель, ты чего?

- Я сказал, пошли прочь.

- Надо же, - протянул один из молодых братьев. - Тихоня наш, оказывается, вон какой... Вель, мы же тебя не трогаем.

В словах парня была угроза.

- Правильно делаете, что не трогаете, - отрезал Велитиан. - И его тоже зря тронули.

- Ну ладно, - Кенгель оставил конюха, и придвинулся к нежданному заступнику. - Мы с тобой после переговорим, Вель. А то у тебя меч, а у меня нет.

Противников разделяло несколько шагов. Велитиан сделал шаг. Кенгель отступил. Стало очень тихо, только лошади чавкали в стойлах.

- Ладно, - негромко объявил Велитиан. - Давай сделаем по-другому. Пусть у тебя будет меч, а у меня нет. Держи.

Велитиан перевернул меч рукояткой от себя и протянул противнику. Тот уставился на рукоять, которая покачивалась перед глазами. Он не решался протянуть руку и схватить оружие.

- Не желаешь? - уточнил Велитиан. - Ну, как знаешь.

Он сделал вид, что отворачивается и опускает меч. Рукоять пошла вниз, потом - по кругу. Вель с разворота обрушил рукоять на голову Кенгеля. Тот пошатнулся, из рассеченного лба побежала кровь, оглушенный воин отступил еще на шаг, запнулся о лежащего конюха и повалился навзничь. Победитель снова перевернул оружие, теперь на приятелей Кенгеля глядело отточенное острие.

- Пошли прочь, - бросил Велитиан, - и этого ублюдка с собой заберите. А на будущее запомните: в следующий раз буду бить не рукоятью.

Братья подхватили оглушенного Кенгеля под руки и волоком потащили низ конюшни. Сапоги раненного скребли по навозу, оставляя длинные борозды.

Конюх, всхлипывая, поднялся и вымолвил:

- Гилфинг тебя благослови, добрый господин.

- Не будь дураком, - отрезал спаситель, - не давай себя обижать. Эти ублюдки - такие же люди, как и ты. Мы здесь все равны перед Гилфингом, нет здесь господ. Эх, дать бы тебе в рыло, чтобы ты мои слова лучше запомнил, да в навозе мараться неохота. Иди, что ли, умойся...

На следующий день Велитиана вызвал магистр Эстервен. Жалоб от побитых братьев не поступало, но вышло нехорошо - Кенгелю следовало отправляться с патрулем, а он не мог стоять на ногах. Голова кружилась, ноги не держали. Похоже, сотрясение мозга. Понятно, не Гилфинг весть, какая травма, и пройдет быстро... но скрыть дело не удалось, а свежая ссадина на лбу красноречиво свидетельствовала о причине беспомощного состояния воина. Велитиану передали приказ его священства магистра Эстервена, парень отправился в цитадель, где обосновалось начальство. Ни страха, ни смущения он не испытывал.

- Ну, юный герой, - вместо приветствия обратился командующий, - пока нет врага, бьем своих?

Велитиан помалкивал.

- Что молчишь? Брат Кенгель нынче не смог сесть в седло. Голова болит у него.

- Голова - не самое сильное место брата Кенгеля. И не самое важное. Скоро он снова сможет встать в строй.

- Ладно. За что ты его?

- Бьет своих.

- Ах, вот как? Я не вижу на тебе следов драки. Он начал ссору, но сам и пострадал, ты это желаешь сказать? Как же тебе удалось не пострадать, если он напал первым?

- Гилфинг уберег меня, ваше священство.

- Хм... - Эстервен задумался. - А если я спрошу брата Кенгеля, напал ли он на тебя первым или нет? Что он ответит? Подтвердит или нет?

- Все в руках Светлого.

- Беспроигрышный ответ. Ладно, ступай и больше не дерись. Надеюсь, нелюдей станешь бить не хуже, чем братьев по Белому Кругу. Благословение Светлого с тобой.

Велитиан поклонился магистру и ушел. Во дворе поджидал конюх, за которого парень вступился накануне.

- Ваша милость, ваша милость, не было ли вам из-за меня беды? Если нужно, я к его священству в ножки повалюсь, расскажу, как было дело-то...

- Не нужно. Лучше сделай так, чтобы я из-за тебя не влипал в истории. Научись себя защищать. - Велитиан огляделся. Издали за ним наблюдали двое парней в белом, приятели Кенгеля. - И никому не доверяй.

Вель ткнул кулаком конюха в солнечное сплетение. Тот охнул и отшатнулся, хватаясь за грудь.

Велитиан зашагал прочь, оставив удивленного конюха. Братья, наблюдавшие издали, догнали его.

- Вель, эй, Вель! Слушай, мы никому не говорили. Это просто сложилось так, что Кенгелю нынче в дозор... Он тоже никому не...

- Ладно.

Эти двое явно набивались в приятели, но Велитиану никто не был нужен. Прежде, чем подыскивать друзей, парень хотел найти самого себя. Пока что у него не выходило.

ГЛАВА 39 Вейвер в Сантлаке

Если расследование убийства, проведенное белобрысым стражником, оказалось коротким, то ждать суда пришлось больше месяца. Новый начальник вейверской стражи не спешил извещать сэра ок-Дрейса о смерти предшественника. Сперва желал поймать и изобличить убийц, а затем уж предстать перед господином в выигрышном положении. Парень рассчитывал сохранить за собой хлебную должность. Поэтому не отправлял весть в Дрейс, прежде чем добился признаний подозреваемых. На всякий случай - всех подозреваемых, и кабатчика со слугами, и мастера-ткача.

Мясник со спутниками по-прежнему жил в "Золотой бочке". Он завел знакомство с владельцем лавки, торгующей скобяным товаром, свечами, дешевой посудой и подобными мелочами. Вроде бы собирался войти в долю, во всяком случае, приглядывался к делу, оценивал оборот. Для того, чтобы разобраться, часами торчал в лавке, заговаривал с покупателями. Разговоры выходили занятные.

Прежнее знакомство с Рудигером Чертополохом Мясник скрыл, они с чародеем даже разыграли сценку - маг явился в скобяную лавку, якобы - купить свечей, разговорился с приезжим... потом они отправились в "Золотую бочку" выпить за знакомство.