Анна Алмазная - Лоза Шерена

    - Я виновата, - вновь заплакала Варина. По мнению Рид, она плакала слишком часто. В этом мире нельзя расслабляться, нельзя расклеиваться. Слезы не дают ничего хорошего, Рид по себе знала. - Попросила его отнести тот амулет, что ты мне дал. Еще два дня назад. И больше его никто не видел.

    Взревела победоносно толпа, Рид инстинктивно повернулась к виселицам и сжалась, задохнувшись от ауры насильно оборванной жизни. Как только кассийцы ее не чувствуют? Как могут восхищаться близостью бога смерти? Как смеют оскорблять его непочтением?

    - Догадываетесь, почему? - спросил Рид Гаарс, увлекая женщин за собой в переулок.

    - Откуда? - натянуто улыбаясь, ответила Рид.

    Она поскользнулась на скользкой дороге и упала бы, если б рука Гаарса не поддержала. Она тотчас отшатнулась, вспомнив вдруг полузабытые сильные руки мужа. Воспоминания, которых Рид боялась и которые спугнула шедшая им навстречу знакомая фигура. "Быстрый ты, - восхитилась Рид, - дело свое знаешь. Исчез эффектно, и появляешься не хуже..."

    - Была бы моя воля - сказала Рид, - шагу бы Рэми не сделал в сторону замка! Но есть некто, кто ответит на наши вопросы.

    Гаарс обернулся и, увидев Кадма, почтительно поклонился телохранителю. Но Рид успела заметить в глазах одного из мужчин неприкрытый страх, а на губах другого - мимолетную жесткую улыбку.

    - Бросьте эти церемонии, - голос Кадма был холодным, и Рид вдруг поняла - Гаарс боится не зря. - Несколько дней назад наша встреча была менее приятной. Не забывайте, что Арман мне друг.

    - Не забываю. И ценю вашу защиту. Хотя и не понимаю...

    - Вам и не следует понимать. Вы ввязались в игру, которая может стоить вам всем жизни. И если ваш цех еще раз так промахнется, вы умрете. Я не остановлюсь перед тем, чтобы ваших друзей вырезать под корень. Однако сейчас вы проследуете за мной. Не волнуйтесь, архана, - быстро добавил он, уловив волнение Варины. - С вашим главой рода ничего не случится, если он будет вести себя правильно. Даю слово.

    - Еду с вами! - крикнула Рид, оттолкнув в сторону Варины Лию.

    - Оставайся здесь, Рид, - прервал ее Гаарс. - Это приказ главы рода.

    - Мне очень жаль, но это решать не тебе, - ответила Рид, упрямо посмотрев на телохранителя принца. - Мой сын отправился к вам? И не вернулся. Вы ведь за этим пришли? Знаете, где Рэми?

    - Теперь вижу, откуда взялось у Рэми ослиное упрямство, - заметил телохранитель, взмахнув рукой. Из тени мгновенно вывели трех лошадей. - Да, Рэми у нас. Да, именно поэтому я забираю Гаарса. Нет, ваше присутствие в замке не только нежелательно, но и неуместно. Однако, вижу, вы так же упрямы, как ваш сын, и если я не возьму вас с собой, натворите глупостей?

    Рид не ответила. Ей не надо было отвечать и взгляда прятать не надо было. Она не Гаарс - с арханами разговаривать умеет. И знает, каким выражением глаз поддеть любого - даже телохранителя самого наследника. И поддела, заставив великого мага вздрогнуть...

    Но прошел миг, гулко ударило сердце, и Кадм улыбнулся, сузив глаза:

    - Не просты вы, архана, ой как не просты.

    - Может, и так, - усмехнулась Рид.

    - А может и нет, - холодно отрезал Кадм. - Поедете с нами. И теперь это не ответ на вашу просьбу, а приказ. Боюсь, вы сильно пожалеете о вашей дерзости. Иногда лучше послушаться... главы рода. Даже вам, Рид, не так ли?

Глава седьмая. Отказ 

    Мир остолбенел, не в силах поверить, что Рэми это и в самом деле сделал. Молнией пробежал мимо него Лерин, выкрикнул на ходу заклятие и стрелой пустил его вниз, вдогонку летящему к земле телу мальчишки. Раньше, чем Мир моргнуть успел, телохранитель прыгнул в окно и мягко спланировал вниз. Вслед за ним, не задержавшись ни на мгновение - Кадм и Тисмен.

    - Ради богов, Тисмен! Из чего ты варил это проклятое зелье? - раздался снизу голос Кадма. - От тебя я такого не ожидал!

    - Откуда мне было знать! - взорвался Тисмен. - Это я обвинял будущего телохранителя в измене? Это я срывал с него амулет, заставляя вспомнить о привязке? Да еще так внезапно! Боги, я же предупреждал... осторожнее надо быть, мягче! А ты с мечом? На мальчика!

    Судя по тому, что они находят время ссориться, жить Рэми будет. Мир облегченно вздохнул, подошел к окну и выпрыгнул вниз, на залитый красными пятнами снег.

    - Заткнитесь оба! - прошипел он. - Нашли время!

    Он склонился над Рэми и поймал его медленно тускнеющий взгляд:

    - Куда собрался, друг мой? Тебе никто не позволял уходить.

    - Я не нужен тебе, - шептал Рэми.

    - Ты мне нужен, - эхом отвечал Мир.

    - Ты не веришь мне.

    - Я тебе верю. Посмотри на меня, - Миранис взял руку Рэми и осторожно погладил юношу по волосам. - Посмотри мне в глаза. Я всегда тебе верил. Никогда в тебе не сомневался. Я искал тебя, ты же знаешь?

    - Знаю.

    - То что ты чувствуешь... ты просто не привык, это слишком внезапно, это наркотик, это не ты...

    Мир и сам не верил, что это он на глазах у собственных телохранителей подобно любящей матери уговаривает отуманенного наркотиком мальчишку не делать глупостей, еще более не верил, что это ему важно, чтобы Рэми наконец-то понял, услышал, и не вздумал уходить...

    - Кости целы, - резюмировал не терявший времени Тисмен. - Лерину надо спасибо сказать. А крови много, так это потому как стеклом порезался. Но кровь я остановлю... И умереть вам, Рэми, не дам, не надейтесь.

    Кадм подхватил Рэми на руки и, мягко отпружинив от земли, взлетел со своей ношей к разбитому окну в спальню Тисмена. Вскоре он уже укладывал так и не потерявшего сознание мальчишку на кровати, не обращая внимания на быстро темневшие от крови простыни.

    По приказу Лерина дух замка восстановил на окне стекло, вспыхнул ярче огонь в камине, и в комнате стало тепло и уютно. Сев в кресло, Мир хмуро смотрел, как Тисмен быстрыми движениями разрезает на своенравном мальчишке тунику, один за другим исцеляя многочисленные порезы.

    Под мягкими движениями Тисмена Рэми постепенно расслаблялся, а Мир нервно кусал губы: пригласить бы жрецов, а лучше - умудренных опытом телохранителей отца, они быстро бы успокоили Рэми, объяснили бы, что такое привязка, примирили бы его силу и его разум.

    Но Рэми, ради богов, не архан. Впервые за всю историю Кассии избранник одиннадцати - простой рожанин. И, что еще хуже - целитель судеб.

    Если Рэми сейчас попадет к жрецам, то ему, скорее всего, не жить. Рожанин, целитель судеб и сильный, вспыльчивый маг это вызов всем мыслимым и немыслимым законам Кассии, значит, существовать не может. Другое дело, если Рэми пройдет привязки и только тогда явится к жрецам. Такого тронуть не посмеют. Такого будут терпеливо обучать, носить на руках и перед ним поклоняться.