Энн Маккефри - Дэймия

Услышав такое, Дэймия улыбнулась от удовольствия.

– Я всегда справлялась и справлюсь сейчас, ты же знаешь, – с заметной гордостью сказала она.

– Все еще подталкиваешь Таланты окружающих?

– В этом нет ничего плохого, Афра, если это помогает выполнять график перевозок.

Легко касаясь своим пальцем ее руки, Афра наклонился вперед:

– Есть такая вещь, как ложная гордость, Дэймия. Особенно если ты можешь подвергнуть своего Т-6 риску истощения. Ты задумывалась об этом?

– Да, но Килэрион очень крепкая. Ей не хватает тонкости, но она упрется пятками и толкает. – Дэймия коротко хохотнула. – Нам может понадобиться больше генераторов, если подобные транспортировки больших беспилотников будут продолжаться и дальше.

– Прайм Земли имеет полное право знать, когда его люди подвергаются перегрузке.

Дэймия с трудом избегала взгляда Афры.

– Я все сообщила бы, если бы так продолжалось достаточно долго, Афра. Я думала о том, чтобы настоять на связках платформ, которые ты сам когда-то придумал, но потом решила, что все равно это вопрос массы, а не удобства формирования. Мы с Килэрион легко выполняли все транспортные задания вплоть до того момента, когда какой-то дурак додумался до этих беспилотников.

– По крайней мере, у тебя хватило здравого смысла попросить помощи сегодня. – Афра покачал головой, а затем шутя погрозил ей пальцем. – Я думаю, мне придется порекомендовать, чтобы тебе направили Т-4… Ах, Дэймия, – и он уже серьезно погрозил ей, – я дам подобную рекомендацию, если сочту, что этого требует работа. Тебе не придется признавать, что ты не можешь справиться с чем-то.

– Я могу справиться со всем. – И она вызывающе выпятила подбородок.

– Разумеется, но не тогда, когда тебе потом еще придется изображать из себя локатор. Уверен, что твой штат издаст коллективный вздох облегчения, когда узнает, что ты получила помощь.

Глядя в тарелку, она вынуждена была признать, что Афра, как обычно, прав. Кончик его пальца прикоснулся к ее подбородку, и легким кинетическим толчком он приподнял голову девушки так, чтобы она смотрела прямо ему в глаза. Его ментальное прикосновение было таким сочувственным и понимающим, что она грустно улыбнулась.

– У меня небольшой штат, – торопливо объяснила она, – но мы действительно хорошо работаем вместе. И я не слышала ни единой жалобы на то, что рабочая нагрузка слишком велика.

– Тогда, значит, у тебя хорошая, преданная группа, которая будет очень рада увидеть меня в Башне и узнать, что я специально прибыл, чтобы помочь тебе перебросить эти супертяжелые грузы. А когда мы сделаем это, всем покажется совершенно естественным твой отлет в капсуле для небольшого отдыха в открытом космосе. Я прав?

– Как всегда, Афра.

Он настойчиво смотрел на нее.

– Разве так трудно поверить мне?

Она вилкой раздавила оставшиеся у нее в тарелке овощи и честно ответила:

– Нет, совсем не трудно, Афра. Никогда не было трудно поверить тебе. Ты не меняешься, – добавила она резче, чем хотелось бы.

Он улыбнулся:

– Старый, добрый, надежный Афра, последовательный и постоянный.

Дэймия наморщила нос и уловила в его мыслях оттенок грусти, сопутствовавший такому небрежному описанию самого себя.

– Ты не такой уж и старый.

– Да, на самом деле я не стар, – загадочно проговорил он и положил себе добавки.

Это порадовало хозяйку, она вдруг обнаружила, что тоже хочет есть.

Афра порекомендует то, чего она сама никогда не отважилась бы попросить. Это успокоило ее и придало уверенности в собственных силах. Она была чрезвычайно рада тому, что Афра именно сейчас оказался здесь, и не только потому, что он поможет ей перебросить груз, который даже ей начал казаться тяжелым, но еще и потому, что она все еще ощущала воздействие, оказанное на нее тем первым прикосновением к чужой ауре. Еще ее немного волновало, что именно она, Дэймия Гвин-Рейвен, установит первый контакт. Как будто это было предначертано – хотя она никогда не поддавалась тому незрелому любопытству, которое иногда одолевало некоторых Талантов, и они пытались узнать что-либо о своем будущем у ясновидцев.

– Знаешь, – начала она, желая полностью прояснить их отношения, – ты был прав, когда отругал меня за то, что я залезаю в сознания Ларака и Дженны. Но я действительно хотела узнать, как отзывается в мыслях настоящая любовь. Так, чтобы я тоже узнала это чувство, когда оно придет. И что чувствуешь, когда рожаешь ребенка.

Афра вопросительно посмотрел на нее.

– И?..

– Если оставить в стороне боль, то это действительно стоящее» ощущение.

– Мне кажется, ты как-то не очень уверена в этом.

Дэймия наклонила голову и прочертила пальцем на столе какой-то сложный узор.

– Я подозреваю, что собственный опыт был бы гораздо более интенсивным, независимо от того, насколько глубоко я сканировала других.

Вслед за этим замечанием за ее ментальными барьерами промелькнула мысль, которая породила у Афры какое-то мрачное предчувствие, и он с трудом смог удержать его в себе. Она подсознательно проводила тщательный отбор своих мыслей, и это имело какое-то отношение к чужой ауре и ее собственному желанию испытать опыт материнства. Но эта мысль промелькнула слишком быстро, и ужасное предчувствие посетило Афру всего лишь на какую-то тысячную долю секунды.

– Ты еще совсем молода, Дэймия, – сказал он, стараясь выдержать легкий тон, – и сейчас для тебя очень важно полностью сосредоточиться на своих возможностях Прайма, прежде чем у тебя появятся новые приоритеты. Ты же знаешь, как тяжело было твоей матери сочетать обязанности Прайм и материнство.

Она бросила на него недобрый взгляд.

– Только не надо снова этих проповедей, – с отвращением проворчала она.

– Достаточно того, что я выслушиваю от мамы и Истии. Похоже, что это больше задевает женщин, чем мужчин. Посмотри на Ларака: у него есть Дженна, а он ведь на два года младше меня!

– У Сиры еще никого нет…

– Нет, есть, пусть он и не очень Талантлив. Ого, это что – новость для тебя? – Дэймия была довольна тем, что смогла все-таки удивить Афру. Не находя себе места от возбуждения, она, как молния, бросилась от стола в одно из кресел, спугнув куни, которые всем семейством дремали на соседнем диванчике.

– Сира всегда могла сама о себе позаботиться, – заметил Афра.

– Почему все время получается так, что Праймам бывает так плохо? А, Афра? Ведь мы можем делать настолько больше, чем… – Она оборвала мысль, потому что одним из самых строгих правил ее воспитания было избегать высокомерия и хвастовства собственными возможностями.

– Это компенсация, – произнес Афра, лениво растягивая слова. Обычно он говорил с ней так, только когда она находилась в подобном настроении. – В жизни есть такие чувства и знания, которых стоит подождать.