Литунина Владимировна - Доброе. Светлое

Кого-кого? Дарву? Это бога их так, что ли, зовут? Или жреца? Нет, жреца они бы по титулу именовали… Значит, все-таки бог. «Великий Дарва»… Видимо, родители его очень не любили. Ну, в семье не без урода…

Раздался звук открывшейся двери, затем еще один. Оставшиеся в коридоре тем временем переговаривались.

– Ты когда-нибудь видел эльфов? – спросил один, судя по голосу, довольно молодой.

– Нет. – второй, похоже, еще младше, – И на церемонии сегодняшней не был – на кухне дежурил. Но Дейр рассказал, что эти двое с легкостью порвали жертвенные цепи…

Светлоликий, а как-нибудь менее пафосно эти цепи можно было обозвать?..

– Да нет, это сказки! Наверняка просто кандалы неплотно закрыли!..

– Да нет, говорю тебе! Я потом пошел и сам посмотрел – валяются обрывки цепей, а звенья на концах – оплавленные!

– А я был на церемонии! – вступил в разговор третий, – Все так и было – порвали цепи как пергаментный листок! Дейра к стене отшвырнуло…

Дейра? Палача, что ли? Он умеет говорить?!

– …А один из этих… эльфов… потом рукой повел – и меня так скрутило! Благодарение Дарве, что ненадолго!

Светлоликого благодари, что он не вовремя ушел. И еще недобрую традицию проводить подобные ритуалы на закате. Иначе валяться тебе в позе окаменевшего червяка до завтрашнего вечера.

– Вообще что-то в этих эльфах… Зловещее. – продолжил второй, – Недаром именно их кровь нужна для призыва Дарвы. Значит, что-то в них есть?..

Есть-есть. Например, в том эльфе, который сидит сейчас на полке за кастрюлями, есть дикое желание дать тебе котелком по чайнику. Это считается?..

Дверь кладовки распахнулась, и я замер каменным изваянием. Вошли двое, один из них нес факел. Кастрюли были не настолько велики, чтобы прикрыть меня целиком, и я на всякий случай аккуратно взял ближайшую сковородку, чтобы в случае чего использовать как снаряд.

– Да нет, тут не может быть. Тут и спрятаться негде!

– Посмотри за полками! Он тощий, мог пролезть.

Если бы господа подняли головы, они бы точно увидели меня. Но чтобы поднять голову, пришлось бы снять эту страшную наволочку – а это не пафосно. И наверняка запрещено уставом. Поэтому ребята погремели посудой, что-то уронили, подняли, заключили, что меня здесь нет, и вышли, закрыв за собой дверь.

Пронесло… Я с облегчением вздохнул, дождался, когда раздастся звук следующей открывающейся двери с моей стороны, и, повесив тусклый Светильник, стал аккуратно слезать.

Ш-шахур, как я умудрился влезть и ничего не зацепить?.. Тут же ногу поставить некуда!.. Я уже стоял на второй полке, когда зацепил запястьем очередной котелок. Держась одной рукой за полку, я вытянул другую в надежде поймать его, но лишь скользнул пальцами по начищенному боку. Шах-хур безрогий и хромой на обе лапы!.. Я зажмурился и вжался в полку.

Котелок с оглушительным грохотом упал на каменный пол, подскочил, громыхнул еще несколько раз – и с металлическим шуршанием закатился в угол.

– Твою налево… – прошептал я сквозь зубы – и буквально взлетел на верхнюю полку.

Буду держать оборону – тем более что дверь открывается вовнутрь.Разговор в коридоре прервался.

– Вы же проверили там! – раздался за дверью голос того, кто раздавал указания – видимо, старшего в группе.

– Мы посмотрели, да. – промямлил виноватый, – Но это же эльф! Может, он невидимка! Кто знает, на что они способны! – последнюю фразу он произнес свистящим шепотом.

Ах, «кто знает»? Я мстительно улыбнулся – мне в голову пришла замечательная мысль, абсолютно негеройская и насквозь пакостная. Я аккуратно переместился на стеллаж прямо за дверью и потушил Светильник.

– Обыщите еще раз. – главный тоже перешел на шепот.

Можешь не стараться – я все прекрасно слышу. Эльфы – они еще и не на такое способны!

Дверь снова распахнулась, но теперь заходить не торопились.

– Ну, пошли! – главный шепотом отдал приказание.

В дверном проеме обозначились двое – на этот раз с факелами были оба. Они очень-очень медленно вошли и осмотрели комнату, потом все-таки задрали головы, но меня не увидели – я был у них почти за спиной. Они осторожно сделали шаг, потом еще один…

И настала моя очередь. Светлоликий всегда помогал не большим отрядам, а тем, кто лучше целится. Я быстро и прицельно швырнул приготовленную заранее сковородку в затылок одному, попавшийся под руку чайник – в затылок другому, потом схватил ближайший металлический горшок, зловеще и гулко захохотал в него и пинком захлопнул дверь. После этого пришлось засунуть в рот кулак и давиться собственным смехом.

– Что это было? – испуганный шепот того, который рассказывал про церемонию.

– Дас и Кори… Что оно с ними сделало?!

О! Я уже «оно»? Расту в их глазах…

– Мы же не можем бросить их там! Лек, мы не можем!

Как-кая самоотверженность! Дас и Кори оценят, о да!

– Ты предлагаешь кому-то еще туда сунуться?.. Еще скажи, мол, во имя Дарвы! – язвительно отозвался «скептик».

Дарва тоже оценит.

– Не святотатствуй! Дарва требует от нас смелости. Может, это проверка нашей веры. – главный помолчал, – Я пошел…

Заходи-заходи, не стесняйся! Тут никто не кусается… Только сковородками бросается и в горшки хохочет. Я потратил еще совсем чуть-чуть энергии на то, чтобы магией воздуха поднять сковородку и чайник, дабы они не выдали меня. Кроме того, им отводилась особая роль в моем спектакле.

Дверь снова раскрылась – предельно медленно. Потом в комнату задвинулся еще один «наволочник». Он мелкими шажочками подошел к распластавшимся на полу телам и нагнулся над ними.

О-ох, одно из главных правил боя – сначала убедись в отсутствии угрозы, потом выноси раненых. Ну, или хотя бы проделай все это одновременно. Но никак не наоборот!

Рядом с главным над потерявшей сознание парочкой зависли давешние сковородка и чайник, управляемые мной с полки. Хорошая штука – магия воздуха… Тут главное – правильно направлять воздушные потоки и вычислить точку отталкивания. Главный почувствовал какое-то движение, поднял голову – и увидел у себя под носом летающую сковородку. Его глаза приняли форму почти идеального круга, а потом я снова захохотал и захлопнул дверь. Мой хохот, отраженный сначала недрами горшка, а потом и каменными полом и стенами, оказался отличным орудием устрашения. Хлопнувшая дверь заставила главного вздрогнуть и повернуться к ней лицом, а потом чайник и сковородка напали на него. Честное королевское, я его не сильно бил! Так, слегка помял… А дверь он не мог найти потому, что я сковородкой затушил его факел. Главный выл и метался по небольшой кладовке с грацией шахура в посудной лавке. Он налетал на полки, ронял посуду и наделал столько грохота, что я с трудом различил за дверью испуганное: