Анастасия Вихарева - Всей нечисти Нечисть...

Его Величество поднял ее и занес в шатер, положив на спальный мешок.

Заметив ее слезы, он вытер их платком.

-- Не стони! -- приказал он. -- Думаешь, хоть один из твоих дружков вспомнит, кто ты есть, когда мы вернемся без драконов? -- он был сердит, но в его осунувшемся лице она прочитала отчаяние. -- Посиди здесь, я попробую поговорить с людьми, -- попросил он.

О, да, она была права! Она обрадовалась.

-- Покорми меня! -- захныкала она. Лицо Ее Величества опухло от слез.

-- Потерпи до подножия, я спрятал там немного крови для тебя и еды для себя. Не надо думать, что мне легче, чем тебе. Слава героям! Так ведь вы кричали всем, кто мог вас спасти! -- упрекнул он жену. -- Я не буду жрать падаль оборотней, которые гниют в пещере, но могу достать их тебе, если хочешь.

-- В них нет крови, -- всхлипнула она. -- Их нельзя есть, если она свернулась. Что ты задумал? Почему мы не идем вместе со всеми?

-- Потому что я не собираюсь подохнуть здесь! -- прикрикнул он на нее. -- Никто не выйдет из этих гор, никто не придет за нами, ты не хуже меня это знаешь! Вас тащит, как магнитом! Вот почему мы ничего не знаем об этих горах! А из людей здесь бывают только проклятые, когда их ведет такой маг... -- Его Величество кивнул в сторону пещеры, указав на головы дракона, плюнул в сердцах. На снегу осталось кровавое пятно. Его легкие отсутствие воздуха и мороз не выдерживали, он, как и все держался лишь на лекарствах, которые принимали через каждые три часа. Странно, что люди могли обходится без них. -- Я не знаю никого, кто мог бы это сделать.

-- Ты, наверное, гордишься, что проклятая связана с тобой? -- Его Величество посмотрела на него с иронией. -- Я вас шутя развела! Что это за связь такая? А попробуй-ка нашу разорвать! И счастье имел, и был как Бог. А проклятая, учила чему-нибудь? Подала тебе? -- напомнила она ему.

-- Если бы гордился, я давно бежал бы за ней. Но я спасаю тебя, собираясь тащить на спине через все горы. Это что-то для тебя значит? -- спросил Его Величество расстроено. В голосе его прозвучала боль -- и на минуту она почувствовала, как к ней вернулась ее сила. Да, он был человек, и его боль питала ее так же, как кровь человека. Любой вампир чувствовал боль, и умел подпитаться ею, особенно, если человек в это время полностью принадлежал ему.

-- Надеюсь, ты меня не уронишь, -- примирительно сказала она, и Его Величество заметил, как промелькнула в ее глазах радость.

Он улыбнулся: ее легко прощать. Любую обиду. Прожили столько лет, и он по-прежнему ее любит. И в горе и в радости, и в болезни и в здравии.

-- Плюю я на нее! Плю-ю! Кто такая проклятая? Бегает по горам, портит виды записками о себе, чужая, настолько чужая -- как понос. Куда не повернись, везде на него наступишь. Жди! -- бросил он ей, и ушел в пещеру.

Его не было около часа. Он вернулся злой и расстроенный.

-- Они не соглашаются, -- сквозь зубы процедил он.

-- Ты о чем? -- спросила она слегка изумленно. Она была уверена, что он приведет ей человека.

-- О нас с тобой. Я попросил их вернуться с нами. Нет, не отказали, -- успокоил он ее. -- Но сказали, что не выйдут, пока не убедятся, что с нами нет ни одного оборотня или вампира.

-- А как они собираются увидеть, если нас не будет?

-- Это не так уж трудно проверить. Пошел и посмотрел. С вершины склоны просматриваются, как на ладони. Черт...

-- Что тебя не устраивает? -- всхлипнула она.

-- Не хочу оказаться в дураках! Я бы с удовольствием сжег всю теплую одежду, и пусть они здесь останутся навечно!

-- А в чем проблема? -- расстроилась она.

-- А если они согласятся? Что им тут делать? А там золотые горы: деньги, богатство, слава...

-- Ты это серьезно? -- изумилась Ее Величество.

-- Конечно же, нет! Когда судьба поворачивалась к человеку лицом? Но, Господи, дать им какие-то деньги я мог бы, даже если мы с тобой уже не царь и царица!

-- Самое смешное, что я уже не помню о твоем обещании, -- усмехнулась Ее Величество. -- Лишь бы пошли. За третьей вершиной, каждый из нас еще мог вернуться. Помнишь, мы летали на драконе. Он сказал, что не видит пути, что там, за третей вершиной какие-то линии и изогнутое пространство. Именно там начинается эта ловушка, и, если я смогла бы основательно восстановить силы, то две горы преодолею сама. А что, если мы просто заберем одежду с собой? Завяжем узлом и покатим с горы? Пусть догонят нас. Ведь как-то же они смогли подняться в гору ночью раздетые!

-- Попробую еще раз поговорить с ними...

Его Величество ушел. На этот раз его не было не так долго, но любопытство заставило ее в страхе приблизиться к пещере, прислушиваясь к каждому звуку. Сердце бешено колотилось. Лишь бы с ним ничего не случилось -- что она будет делать одна, среди ненавидевших ее людей? И что они будут делать, если ему не удастся уговорить хотя бы четверых -- по одному на гору...

Его Величество вышел. Она сразу поняла -- переговоры зашли в тупик.

-- Пошли, -- обиженно сказал он.

-- А одежда?

-- Знаешь, с одеждой или без одежды они не подохнут. А мы можем, если они не пойдут за нами. Ты понесешь сумки с продуктами и снаряжением, -- сказал Его Величество, вешая ей на плечи рюкзак, а я понесу тебя.

Шатер пришлось оставить. И палатку. И все, что могло усложнить и подъем и спуск. С собой был лишь один спальник. И меч -- символ власти, на случай, если встретят вампира. Но он не переживал. Запасов, которые он оставлял на вершинах и в подножии пройденных гор хватило бы на армию. Лишь бы их не нашли люди, которые ушли назад во время нападения черных оборотней. Он не переживал, у людей не было нюха, который бы подсказал, где искать. О том, что с ними мог уйти оборотень, думать не хотелось.

-- Какой он тяжелый! -- испуганно воскликнула она.

-- Ладно, -- согласился он, -- я одену его сам, а ты сядешь сверху, и привяжешь себя к моей шее.

Он свернул ковер-самолет в рулон, и толкнул его вниз. Ковер поехал, подпрыгивая на ступеньках. Потом повернулся и начал спускаться сам, цепляясь за выступы.

-- Я не могу! Мне жжет! -- Ее Величество взмолилась, ерзая на рюкзаке.

-- Другого способа нет, -- отрезал он. -- Терпи! Зато не замерзнем. Сила проклятия на землю здесь слабее, чем в Проклятой земле. И, пожалуйста, не надо цепляться за стены!

Спускаться по ступенькам оказалось труднее, чем подниматься. Но легче в том плане, что он не так уставал. И когда наловчился, стали спускались намного быстрее. Иногда просто скатывались, заметив внизу достаточно широкую площадку, на которой ковер-самолет мог бы остановиться. Спал с женой, накрепко привязывая ее к груди на голое тело, рядом со ступенями, или в местах, где уже останавливались. Он понес бы ее, даже если б она его убивала.