Бен Каунтер - Галактика в огне

Они продолжали идти вперед и наконец, начали взбираться по выщербленным мраморным ступеням дома парламента. Двери из толстых, окованных железом дубовых досок сначала были сожраны вирусом, а затем сгорели в пламени огненного шторма.

– Войдем? – спросил Торгаддон.

Локен кивнул, но внезапно тяжелое предчувствие охватило душу, и ему захотелось, чтобы они не приходили сюда. Он взглянул на Торгаддона, подыскивая подходящие слова, прежде чем сделать последние, роковые шаги.

Казалось, Торгаддон угадал его мысли.

– Я понимаю, – произнес он. – Но разве у нас есть выбор?

– Нет, – ответил Локен и шагнул через дверной проем.

Внутренняя часть здания меньше пострадала от огненного шторма, и среди обломков бронзовых люстр и лепных украшений лежало лишь несколько скорченных, и почерневших трупов. На стенах круглого зала кое-где чудом сохранились фрагменты фресок, повествующих о славном прошлом города Хорала, о его росте и завоеваниях.

Скамьи и урны для голосования окружали центральное возвышение с ораторской трибуной.

На этом возвышении перед трибуной стояли Эзекиль Абаддон и Хорус Аксиманд.

– Ты предал нас, – сказал Тарвиц, испытывая почти непереносимую боль и разочарование. – Ты убил своих людей и привел во дворец Эйдолона и его воинов. Это так?

– Так, – ответил Люций и стал размахивать мечом, разминая мышцы перед боем, который, как понимал Тарвиц, вскоре должен начаться. – И я снова сделал бы это, не задумываясь ни на секунду.

Тарвиц прошел по кругу вдоль стены зала, и его шаги звучали в такт шагам мастера меча. Он нисколько не сомневался в исходе поединка, поскольку Люций был самым лучшим мечником в Легионе, а возможно, и во всех Легионах. Саул знал, что не сможет победить Люция, но предательство требовало отмщения. Честь должна быть восстановлена.

– Почему, Люций? – спросил Тарвиц.

– И ты еще спрашиваешь меня об этом, Саул? – возмутился Люций, сужая круг и шаг за шагом сокращая дистанцию между собой и Тарвицем. – Я здесь только благодаря нашему с тобой неудачному знакомству. Я знаю, что тебе предлагали лорд-командир и Фабий. Как же ты мог отвергнуть такую возможность?

– Люций, это было омерзительно, – отвечал Тарвиц, стараясь как можно дольше протянуть разговор. – Изменять код геносемени? Неужели ты мог допустить, что Император такое позволит?

– Император? – расхохотался Люций. – А ты уверен, что он этого не одобрит? Послушай, а что он сделал, чтобы сотворить примархов? А разве мы не результат генных манипуляций? Эксперименты, проводимые Фабием, не что иное, как продолжение эволюционной цепочки. Мы – высшая раса, и мы должны утвердить свое превосходство над низшими расами, стоящими у нас на пути.

– Даже над своими собственными воинами? – бросил Тарвиц, указывая лезвием меча на лежащие в зале трупы.

Люций пожал плечами:

– И над ними тоже. Я собираюсь снова вступить в Легион, а они пытались меня остановить. Что же мне оставалось делать? Ты ведь тоже собираешься мне помешать.

– И меня ты тоже убьешь? – спросил Тарвиц. – После всех лет, что мы вместе сражались?

– Не пытайся взывать к моим чувствам и воспоминаниям, Саул, – предостерег его Люций. – Я лучше тебя и на службе своему Легиону намерен достичь небывалых высот. Ни ты, ни злосчастная верность не смогут меня остановить.

Люций поднял меч и принял боевую стойку, повернувшись навстречу приближавшемуся Тарвицу. Два воина медленно описывали круги, отыскивая слабые места в обороне друг друга. Левой рукой Тарвиц вытащил боевой нож и активировал лезвие, он сознавал, что в этой схватке ему понадобится столько оружия между ним и Люцием, сколько он сможет удержать.

Тарвиц понимал: говорить больше не о чем. Спор может быть решен только кровью.

Он без предупреждения рванулся вперед и ударил ножом, но еще в броске понял, что противник ожидал нападения.

Люций качнулся в сторону и резко опустил рукоять меча, выбив нож из рук Тарвица. Саул, развернувшись на месте, широко размахнулся мечом, но его противник успел пригнуться.

Лезвие Тарвица со свистом рассекло лишь воздух, и Люций успел ударить его локтем в бок.

Он отскочил назад, ожидая ответного выпада Люция, но мастер меча с усмешкой сделал несколько танцующих шагов, легко двигаясь на носках. Люций играл с ним, и Тарвиц почувствовал, как кровь бросилась ему в лицо.

Со скоростью атакующей змеи Люций подскочил к Тарвицу, нацелив свой меч ему в живот. Тарвиц успел блокировать удар, провернул его оружие и попытался достать лезвием шею, но мастер меча предвидел этот прием и легко увернулся от клинка.

Тарвиц бросился в атаку со всей скоростью, на которую был способен, и заставил Люция отступить на несколько шагов. Мастер меча парировал коварный удар, направленный в пах, и, смеясь, развернулся и совершил молниеносный выпад.

Тарвиц видел летящее к нему лезвие и понимал, что бессилен предотвратить укол. Он поспешно прогнулся назад, но тотчас ощутил обжигающее прикосновение энергетического лезвия, проникшего в тело. Кровь брызнула на доспехи, и Тарвиц, задыхаясь от боли, прижал руку к ране, пока система жизнеобеспечения не впрыснула необходимые стимуляторы.

Он попятился от своего врага, но Люций со злорадной усмешкой последовал за ним.

– Саул, если это лучшее, на что ты способен, то тебе пора сдаваться, – насмехался Люций. – Обещаю, что все сделаю очень быстро.

– Я только что хотел сказать то же самое, Люций, – ответил Тарвиц, поднимая свой меч.

Два воина снова сошлись в смертельной схватке, и их мечи, сталкиваясь, рассыпали вокруг сверкающие бело-голубые искры. Тарвиц пустил в ход все, что у него было: мужество, силу и мастерство, но все же понимал, что бой безнадежен. Люций без труда отбивал все его выпады, а сам небрежно, словно мимоходом наносил рану за раной. Порезы были незначительными – ни один из них не имел целью убить врага, но достаточно глубокими, чтобы причинить боль и пустить кровь.

Отшатываясь после очередного ранения, Тарвиц ощутил кровь в уголке рта.

– Попал, – посмеивался Люций. – Точно, попал.

Тарвиц дрался из последних сил и знал, что схватка продлится недолго. Скоро Люцию наскучит неинтересное состязание, и он прикончит его. Единственное, на что он надеялся, это задержать мастера меча как можно дольше.

– Ну что, хватит? – выдохнул Тарвиц. – Тебе вовсе не обязательно погибать здесь.

Люций, склонив голову набок, подошел ближе.

– Ты серьезно? – спросил он. – Ты в самом деле считаешь, что можешь меня победить?

Тарвиц кивнул и сплюнул кровь.

– Подойди и попробуй, если считаешь, что способен меня убить.