Лиланд Модезитт - Война гармонии

Снова закричал стервятник.

Джастин оглянулся назад, на дорогу, по которой приехал, и увидел за вторым холмом приближающееся облако пыли.

Тьма!

Со вздохом взобравшись на кобылу, инженер направил ее прочь от перекрестка. Позади находилась и боковая дорога, но у него были все основания полагать, что Белые — а судя по туче пыли, этот отряд был еще больше того, что стал лагерем у перекрестка, — доберутся дотуда раньше него. А раз так, ему придется рискнуть и поехать полем.

Сдержав желание пустить кобылу рысью, Джастин медленно двинулся назад, по пологому склону, на который недавно поднялся. Взор его был обращен на юг — он старался получше запомнить местность.

Потом, уже у подножия холма, инженер окружил себя и кобылу световым щитом и направился на юг по бездорожью. Надеясь, что память его не подведет.

56

Элдирен нахмурился.

— Что случилось, высокочтимый маг?

— Он исчез. Один из трусливых трюков, какие в ходу у Черных. Но ему это не поможет. Мы ведь знаем, куда он может направиться.

— Прошу прощения, высокочтимый?

Элдирен покачал головой. Офицер виновато пожал плечами.

— Все очень просто, — со вздохом пояснил маг. — Ему известно, что на перекрестке наши, а он инженер, а не чародей. Прорываться он не станет. Попытается либо обойти их и выйти на речную дорогу, либо попробует добраться до того бокового ответвления в надежде опередить наш отряд. Но это у него не получится.

— Но... если все так, как ты говоришь, он находится сейчас более чем в кай от наших на перекрестке и в нескольких сотнях локтей от нас.

— Так и есть. Скорее всего, он все же двинется полем. Ему придется ехать почти вслепую, а это скорости не прибавляет. Вот что, возьми пару десятков бойцов — скажем, Четвертый отряд — и поезжай вперед. Первый перекресток проедешь, а у второй развилки остановишься. От места слияния дорог до разводного Клинийского моста останется всего пара сотен локтей. Мост, конечно же, будет разведен. Ты к нему не суйся, а просто остановись у развилки и поджидай нас.

— А как насчет инженера?

— Если ты будешь торчать на развилке, он не сможет приблизиться к реке, чтобы попытаться переправиться. Ему придется снова убраться в поля. Он может скрываться там день, два... но рано или поздно попробует что-нибудь предпринять. Впереди у него будешь ты, а позади мы. Ну а когда заметишь поднимающуюся невесть из-под чего пыль... думаю, не надо объяснять, зачем у твоих людей луки.

57

Джастин утер струившийся по лицу пот, удивляясь тому, что кобыла еще бредет, а он с нее еще не свалился. Устал он смертельно, да и лошадь уже выбивалась из сил. При всякой его попытке выехать к реке на пути оказывался очередной отряд Белых, всякий новый многочисленнее предыдущего. У него уже не осталось сил, чтобы удерживать щит невидимости и укрываться от крылатого соглядатая. Вдобавок солнце пекло нещадно. Кожа его покраснела, лицо горело, соленый пот обжигал, как кислота, а подбородок под отросшей щетиной отчаянно чесался. Почему-то как раз отсутствие бритвы огорчало его больше всего.

Зачем он вообще продолжает двигаться?

Впрочем, Джастин прекрасно знал ответ на этот вопрос — его подгоняла клубившаяся на дороге позади него пыль. Пара десятков Белых копейщиков с Белым магом в придачу представляли собой достаточно веское основание для того, чтобы не стоять на месте.

Стервятник описывал круги над его головой, очевидно сообщая Белому магу о местонахождении преследуемого. Маг, однако, не спешил схватить его, как будто вел жестокую, смертельную игру. Благодаря тому, что в последние два дня Джастин почти не спал и находился в непрерывном движении, ему удавалось оставаться в отрыве от Белых. Однако всякий раз, пробуждаясь после недолгого беспокойного сна, он чувствовал, что силы его убывают, а возможности как следует отдохнуть не было. Хлеб и сыр подошли к концу, а о новых припасах не приходилось и мечтать. В некоторых из закрытых домов у выжженных южных полей затаились люди — но люди вооруженные, настороженные и озлобленные. Соваться к ним определенно не стоило.

На вершине одного из высушенных солнцем холмов Джастин обернулся и глубоко вздохнул. Белые снова приближались, а ведь еще только-только минул полдень.

Заметив впереди очередную развилку, Джастин направил лошадь туда. Дорога раздваивалась. Левая, та что поуже, уходила в серые холмы, а правая, пошире, шла по плоской равнине на запад.

Инженер свернул налево, поскольку надеялся, что холмы сулят хоть какое-то укрытие.

Менее чем в половине кай к югу, на склоне над дорогой инженер приметил каменный дом под старой черепичной крышей и направил лошадь туда.

Едва он въехал во двор, к дверям дома метнулась человеческая фигура. Дверь захлопнулась, с глухим стуком опустился на место засов. Углядев подле колодца наполненное водой ведро, Джастин ухмыльнулся и подъехал верхом к самой двери.

— Прошу прощения за беспокойство, — громко произнес он. — Я буду весьма благодарен за дозволение набрать воды, а если найдется и снедь, то готов заплатить.

Ответа не последовало.

— Ладно, как угодно. Я наберу воды, а монетки оставлю у колодца.

Подавшись вперед, чтобы уменьшить боль в затекших мышцах бедер и ног, Джастин наполовину соскользнул, наполовину вывалился из седла и устоял на ногах, лишь ухватившись за попону.

Подойдя к ведру он окунул палец и облизал его, пробуя воду на вкус. Она была чуточку солоноватой, но чистой, что позволяло обойтись без очистки ее гармонией. Что радовало — Джастин сомневался, что у него хватит сил на наложение даже простейших чар.

Возле колодца находилась круглая поилка для скота. Инженер налил туда немного воды, и кобыла тут же принялась пить.

Он ополоснул остатком воды лицо и шею, чтобы прохладиться и смыть дорожную пыль, положил на край колодца пару медяков, снова набрал из мелкого колодца ведро воды и начал наполнять флягу.

— Эй ты! — послышалось со стороны дома. — Убирайся, пока цел!

Обернувшись Джастин увидел в дверях темноволосую, с проседью женщину, целившуюся в него из старинного лука.

— Уже ухожу, — заверил ее Джастин. — Медяки вон там.

— Это единственная причина, по которой ты еще жив.

Наполнив флягу, инженер приторочил ее к седлу, отпил, уже через силу, еще воды из ведра и сказал:

— Советую тебе быть поосторожнее. На дороге позади меня пара десятков Белых.

— Осторожности мне не занимать и без твоих советов. Что же до Белых... так это ты их и привел, дезертир поганый. Пусть они загонят тебя в Каменные Бугры. Может быть, это послужит тебе уроком.