Анатолий Патман - Храм для бога

— Коста, я отпишу всем своим хорошим знакомым, что требуется помощь, указанная именно Вами. Думаю, что они откликнутся. Я уверена, что Изнуру и Борусу нечего делить, и нужно только помогать друг другу, сколько требуется и сколько это возможно.

— Спасибо, дорогая Амель. Всегда можете надеяться на меня. Изнур всегда окажет всевозможную поддержку Борусу, если это будет в его силах.

После этой встречи все разошлись, чтобы заняться своими, и притом, уже горящими и неотложными, делами. Единственное, что сделала принцесса Амель, то попросила его, Ратимира, ненадолго задержаться.

— Ратимир, я тоже не ожидала встретить Вас здесь. Тут такие тревожные известия приходили с севера, что я очень переживала за Вас и Косту. Как вы тут держались, одному Всевышнему, наверное, только и известно.

— Да, Амель, я и сам сначала тоже сомневался, что все обойдется. Но как Вы видите, пока Всевышний нас миловал, и у нас тут все хорошо.

— Ратимир, а, правда, что Коста очень сильный маг? А эти девушки, Лиллена и Сильпикка? Я видела, что все к ним относятся так уважительно.

— Амель, не буду скрывать от Вас, что они все трое ‑ белые маги.

— Белые маги? Это те, что с легенды? Даже Лиллена с Сильпиккой?

— Да, Амель. Они все очень сильные, и я уже видел милорда в деле.

— Ратимир, я так скучала за это время без Вас.

— Амель, простите меня, но я не могу сдержаться и хочу Вам признаться прямо сейчас. Пусть что будет, но знайте, что я очень сильно люблю Вас. Уже давно, с тех самых времен, как мы с Вами встретились в пути. А теперь ругайте меня, прогоняйте отсюда, но я не перестану Вас любить.

— Ратимир, ну как я могу прогнать Вас, если Вы тоже нравитесь мне.

— Правда, Амель?

— Ну, конечно, правда, Ратимир. Какой же Вы не сообразительный! Я тоже люблю Вас. Я так хотела видеть Вас, и не сдержалась, и как видите, сама примчалась на север.

— Милая Амель! ‑ Ратимир уже больше не мог сдерживаться. Чувства к этой девушке, пусть и принцессе, были сильнее его разума. Его глаза встретились с глазами девушки, и в них тоже была любовь. Он обнял Амель и прижал к себе. И всё, две горячие губы нашли друг друга и слились в долгом поцелуе.

Удивительные новости дошли в Анж, и, наверное, уже разнеслись по всему баронству, и не только. Еще два захода светила назад весь Тракт без боя перешел в руки северных охотников, точнее, барона Косты ин Изнурского. Никто не знал, что с войсками Салимбара, Арена и отрядами из Тракта, Лабинора, и самого Анжая. Пропали и сами бароны Ассалим, Рикшан и Затулла вместе с сыновьями, и даже воевода Сиятул из Анжая. Наверняка все эти войска и отряды уже разгромлены и находятся в плену, как и их предводители. Вот это был удар! Весь Анж шумел и радовался победе изнурцев, несмотря на то, что вроде городок принадлежал совсем другому королевству.

Вот тут‑то и граф Саркан Талариз понял, что какой урон он нанес своему ранее безукоризненному и заслуженному положению в Империи, поторопившись сообщить о не очень хорошем положении Изнура. Что подумает герцог Аркед ин Талар, узнав последние новости? Наверное, не обрадуется? С другой стороны, что значит дела на этом диком и глухом севере для Таласской империи? Абсолютно ничего. Тем не менее, граф написал покаянные письма. Но выводов и разных предположений делать уже остерегся, просто сухо изложив новости и сообщив про то, что творилось уже в самом Анжае.

Но это было еще не все. Под конец четвертого захода светила последней номы пришли еще более удивительные новости, теперь уже из Арена. Одновременно с захватом Тракта изнурскими войсками, состоявшими опять же из северных охотников, оказывается, был захвачен и сам Арен. В одних сообщениях говорилось только о захвате города, в других уже и баронского замка. И опять куда‑то пропал барон Велир Аренский. И еще говорилось о гибели всего каринурского отряда, успевшего прибыть в Арен как раз перед самим штурмом.

Тут уже опять сильно обрадовались анжайцы и так же испугались сами саторцы, поселившиеся когда‑то в захваченных землях. Самые шустрые и боязливые из них решились на продажу своего имущества, тем самым еще больше напугав своих земляков.

Но зато, согласно срочным сообщениям из Лабинора, поступившим практически одновременно с сведениями о захвате Арена, в этом баронстве нежданно‑негаданно объявились пропавшие бароны Рикшан и Затулла вместе с своими сыновьями, и даже воевода Сиятул из Анжая, принесшие весть о гибели барона Ассалима вместе со своим сыном, и о пленении салимбарского войска где‑то в Центральной долине. Их отряды, как и воины из Арена, примерно под две сотни воинов, так и немалое число салимбарских крестьян, намеченных бароном Ассалимом к поселению в Центральной долине вместо прежних жителей, все вместе захваченные в Выселках, тоже удерживались северянами. Еще более удивительным было то, как говорилось в сообщениях, что бароны Рикшан и Затулла, и даже воевода Сиятул из Анжая, уже успели встретиться с этим Костой, и о чем‑то договорились. По крайней мере, как будто сразу по прибытии в Лабинор бароны и Сиятул, боясь чего‑то, поспешили заявить, что войны Сатора с Изнуром не ожидается, так как об этом им сказал сам барон Коста ин Изнурский. Как быть в этом случае с уже захваченным Трактом, в этих новостях ничего не сообщалось.

Но самым неожиданным и неприятным для графа Саркана явилось известие о гибели графа Инвара и его людей, как будто замученных разъяренными каринурцами. Это требовало немедленного сбора более осмысленных и точных сведений. Для этого желательно было выехать в сам Арен. Но тут, спустя всего несколько склянок после поступления удивительных вестей, перед самой теменью власти Анжа объявили, что от барона Шиваза Анжайского поступили наказы о закрытии границ с Трактом, и почему‑то, даже с Лабинором. Что, уже и Лабинор захвачен?

Это было уже слишком. Весь Анж теперь гадал, что же будет далее? По крайней мере, многие агенты графа Саркана приносили одни новости удивительнее другого о настроениях среди жителей городка. Некоторые саторцы решили продать свое имущество намного дешевле, чем обычно, и граф решил тут же воспользоваться этим, прикупив по случаю пару приглянувшихся домов. А что, деньги у него были, и еще хватало на многое.

И в Империю опять пошли письма, тоже покаянные. Ну кто же мог ожидать, что все повернется таким образом? И тут граф Саркан Талариз в первый раз по‑настоящему пожалел бедного графа Инвара, так и не сумевшего добиться для своего графства хоть какой‑нибудь самостоятельности от герцога Римолда ин Нижинского. Напрасны были все его усилия, и эти рискованные поездки, имевшие своей целью как раз и желание выслужиться и добиться от императора Таласской империи милости стать именно его вассалом. Не смог ему помочь в этом и сам Первый Министр Двора, пытающийся всеми силами ограничить самостоятельность владетелей, в том числе и герцога Северо‑Западной провинции, и особенно владетеля Северной провинции герцога Адалбарга ин Вараны, даже пытающегося отделиться от Таласской империи. Не смог, или не хотел, просто используя графа Инвара в своих Целях?