Венди Хаггинс - Сладкое зло

— Нет! Нет! — я вцепилась в свои волосы, которые уже промокли от слез и пота.

Вот пять мужчин стоят над кем-то, лежащим на земле, пиная свою жертву, переполненные необоснованной ненавистью и злобой. Их жертва менялась: он был черным; он был белым; он был мусульманином; он был евреем; он был голубым.

А пятеро мужчин все пинали и пинали, испуская ненависть на каждую жертву… И все потому, что боялись того, чего не могли понять и принять.

С финальным ударом по лицу жертвы все закончилось.

Это были те самые зверства, о которых я старалась не думать всю свою жизнь. Но от того, что я убегала от этого, жестокость не прекращала свое существование.

Я больше не могла просто лежать и терпеть невыносимые издевательства. Мне нужно было двигаться.

В мою дверь кто-то сильно тарабанил, и дверная ручка лихорадочно дергалась.

— Анна? — звала Пэтти. — Что там у тебя происходит?! Сейчас же открой!

Открыв глаза, я попыталась сфокусировать взгляд и увидела их: в мерцающем тусклом свете кишели демоны.

Демоны.

Они поочередно подплывали ко мне и шептали, шептали… Духи были такими же большими, как и люди, но их лица, похожие на горгулий… и тяжелые черные крылья, которыми они хлестали один другого… это было ужасно.

У некоторых были рога, клыки и даже когти.

— Идем, следуй за нами в Ад, ты принадлежишь нам…

Я закричала, пятясь назад, пока не ударилась о спинку кровати.

— Анна! — Пэтти грохотала по двери, но я едва могла ее слышать. — Открой дверь!

Кровосмешение.

Киднеппинг.

Домогательство.

Серийный убийца, забавляющийся с умоляющей жертвой.

Демоны окружили меня, их было по меньшей мере десять, и все они гоготали и глумились.

— Что случилось, девочка? Испугалась монстров?

— Оставьте меня одну! — закричала я. — Убирайтесь из моей головы!

Они упивались моим страхом.

Я с грохотом соскочила с кровати. Упав на сумку с книгами и прижавшись спиной к стене, я расстегнула молнию и потянулась за деревянным ящичком.

— Скоро… очень скоро ты наконец-то окажешься в своем настоящем доме и вот тогда, мы действительно повеселимся с тобой…

Поднявшись на ноги, я онемевшими пальцами теребила застежку ящика, с грохотом упустив его на пол.

Упав на колени вслед за ним, я вытянула руку в сторону в бесполезной попытке защитить себя.

Демоны затуманили мою способность видеть ночью.

Я уперлась пятками в пол, крепко зажмурившись.

Пожалуйста, Господи, заставь их уйти!

Нечеловеческий вопль заполнил комнату, и я в ужасе распахнула глаза. Демонов затягивало, словно вакуумом, куда-то прочь через мое окно, пока они один за другим не покинули мою комнату.

Наступила неожиданная тишина. Единственным звуком в моей спальне были капли дождя, стучавшие об оконное стекло.

Позади меня послышался грохот, дверь распахнулась настежь, и Пэтти ворвалась в мою комнату.

Я ахнула при виде ее Ангела-хранителя. Теперь я могла его созерцать абсолютно отчетливо, начиная от черт лица и заканчивая крыльями. Он был статным, величественным и огромным, как солдат.

Осмотревшись вокруг, Ангел указал под мою кровать. Деревянный ящичек наполовину задвинулся под кровать. Должно быть, он знал, что находилось внутри.

Я стремительно подползла к ящику и, схватив его, прижала к груди.

— Что случилось, Анна? — воскликнула Пэтти, ее голос срывался в слезы.

В дрожащих руках моя приемная мать сжимала отвертку, с помощью которой она избавилась от дверной ручки.

— Теперь я могу видеть демонов, и они… пытались затравить меня кошмарами. — Это было нечто большее, чем просто кошмары! — Она присела на корточки рядом со мной и убрала упавшие волосы с моего влажного лица.

— Ты кричала так, словно на тебя напали.

— Просто отвратительные видения, — возразила я, и хотя это была правда, казалось, что на самом деле случилось нечто гораздо большее.

Меня до сих пор сотрясала дрожь. Прижав палец к губам, я покачала головой в знак того, что не могу рассказать ей всего. Кто-нибудь мог нас услышать.

Именно в этот момент раздался громкий и частый стук в дверь, заставивший нас обеих от неожиданности подпрыгнуть на месте.

Я стремя голову понеслась вниз по лестнице и прижалась к дверному глазку.

Это был Копано.

Я распахнула дверь настежь, и он, войдя в холл вместе с холодным порывом ветра, осмотрел все вокруг серьезным мрачным взглядом, после чего положил руку мне на плечо.

Я схватила его за запястье и держалась, пытаясь совладать с дыханием.

— Анна? — окликнула Пэтти. Она вошла в холл и пристально посмотрела на Копано.

— Это мой друг, Коуп, — поспешно произнесла я. — Он, должно быть, прислушивался к тому, что со мной происходило.

Копано прошел вперед, и они пожали руки.

После чего Пэтти скрестила руки на груди поверх своей тонкой ночной рубашки.

— Мне необходимо накинуть халат, — вздохнула Пэтти и направилась к своей спальне, дав нам возможность поговорить.

— Здесь были Шептуны, — протараторила я Копано. — Я могла их видеть. Они показывали мне ужасные вещи. Я не могла ясно мыслить. О, мой Бог, Коуп… наверное, именно так себя чувствуют в Аду.

Он потянулся, чтобы утешить меня, и как раз в этот момент входная дверь вновь распахнулась.

Я отпрыгнула назад и закричала.

На пороге стоял Кайден с взъерошенными волосами и обеспокоенным выражением лица.

Соседская дверь напротив тоже открылась, и из-за нее высунулся старый мужчина, вглядываясь в нас поверх кислородной камеры.

— Что, во имя Господа Бога, здесь происходит? — проскрипел он.

— Ничего мистер Майер, извините. — Я затолкала Кайдена внутрь и закрыла дверь: — Что ты тут делаешь?! — воскликнула я.

Его взгляд проследовал в глубь холла, где стояла Пэтти, сжимавшая на груди края халата. Ее глаза были расширены от удивления.

Я повернулась обратно к Кайдену, внутри меня разрасталась паника.

— Они могут вернуться в любую секунду и увидеть нас вместе. Они же донесут обо всем твоему отцу! Возвращайся домой, немедленно!

Он не двинулся с места, словно ничего не слышал. И тут его взгляд упал на Копано, и на смену невозмутимой небрежности, столь явно написанной на его лице, пришло выражение отчаяния и одиночества. Мое сердце сжалось от боли.

— Уже ухожу, — произнес Кайден. — Тут есть кому оказать тебе помощь.

Я потянулась за его рукой, но он проскользнул под моими пальцами и вышел прочь.

Я упала на диван, уткнувшись лицом в руки. Мне совсем не хотелось, чтобы он думал, будто я предпочла ему Копано. Он должен знать, что это не так.