Виктор Исьемини - Дыхание осени

Фенадцы отъехали в сторону и расположились между гномьими шатрами и стеной — они освободили проход идущим следом. Вскоре показались и пешие. Грабедор шагал во главе колонны гномов, позади по камням грохотали упряжки с легкими катапультами.

— Великий король… — бросился к нему командир гарнизона.

— Потом, потом. Сейчас готовимся к выступлению, мы уходим. Где Слепнег?

— Но как раз собирался сказать… граф попал в засаду… Вот только нынче и…

— Он жив, но находится в руках Деймута, короля Анновра, — бесцеремонно встрял эльфийский посол. — А я прибыл сюда как посланник Аллока Ллиннота, князя эльфов. Мой князь заключил с людьми перемирие и…

Посол огляделся и повысил голос, обращаясь к соплеменникам:

— Эльфы, для вас война кончена, мы уходим в Феллиост!

Грабедор сжал кулаки так, что хрустнул массивный рог, из которого король подавал сигналы часом раньше. Ярость его была так велика, что он не сдержался и швырнул треснувший рог в эльфа, тот едва успел отпрянуть, так что удар пришелся в плечо. Эльф завизжал от неожиданности и рухнул на камни. Над ним тут же возник командир гарнизона с ззанесенной секирой — бросок короля послужил злопамятному карлику сигналом к атаке. Лезвие просвистело в воздухе и столкнулось со сталью — лежащего прикрыли, выбросив навстречу лезвию секиры клинки, второй посол и Гратидиан, который спешился и подошел послушать новости. Два меча хрустнули и сломались, но удар миновал эльфа, тот вскочил и заорал:

— Изменники! Эльфы, ко мне!

Тут же началась суматоха, эльфы и гномы заметались, отпихивая друг друга. До полновесных ударов дело больше не доходило, но несколько весьма болезненных и обидных толчков нелюди успели друг другу отпустить. Две толпы глядели друг на друга с ненавистью, а люди Гратидиана пятились к стене, чтобы не оказаться между противниками.

— Вы не уйдете без нас! — рявкнул Грабедор. — Вместе явились мы в Малые горы и вместе уйдем! Либо велю перебить вас за измену… эльфы… предатели!

— Ты сам предатель! — огрызнулся первый посол. Он поднялся и стоял перед шеренгой эльфов, придерживая ушибленную руку. Лицо посла было бледным от боли и ярости. — Мы ждали тебя на севере, бились насмерть с полчищами людей, перебили тысячи врагов! Слышишь? Тысячи! И потеряли немало братьев! Мы ждали тебя, надеялись, что исполнишь слово и ударишь в спину врагу… а ты… сводил собственные счеты с Гравелином? Пока мы проливали реки крови, своей и чужой!

Эльфы возмущенно заорали — теперь они увидели, что находятся здесь в результате измены… на справедливое возмущение накладывалась тревога из-за нынешнего положения — опасного из-за гибели тысяч гномов в подземном царстве Драмлина.

Гратидиан решился сделать последнюю попытку, потому что уход союзников что ослаблял и без того немногочисленное войско.

— Король, возьми себя в руки! — воззвал фенадец к Гратидиану. Потом обернулся к толпе нелюдей. — А вы, эльфы, подумайте! Кому хотите довериться? Деймуту Анноврскому? Да он велит перебить вас, растоптать конями, едва уйдете из-под защиты гномьих латников. Кому вы верите?

— Мы верим не тем, кто нападает на послов! — отрезал эльф, потирая больное плечо. — Деймут не достоин доверия, но с его войском идет человек, с которым наш князь обменялся клятвами, принц Велитиан. Он получше, он сам ходил послом к Ллинноту, и мы обошлись с ним честно. Теперь он будет честен с нами. А вы…

Гном — начальник гарнизона перебил посланника, стал орать, что этот эльф оскорбил короля-под-горой, был дерзок и заслужил наказания… но было поздно. Эльфы уже шли к северному выходу из крепости.

ГЛАВА 39 Ванет, к востоку от столицы

Маршал ок-Икерн во главе небольшого отряда отправился к Аднору. Он напрасно дожидался нового нападения и устал ломать голову над загадкой, почему черный маг отказался от наступления. Ок-Иркерн объехал окрестности, обнаружил разоренные села и опустевшие дороги. Люди прятались при его появлении — здесь уже научились бояться любого вооруженного отряда, независимо от того, под каким он знаменем.

Немногие крестьяне, которых удалось отыскать и расспросить, ничего толкового не могли рассказать: их села грабили и разоряли разбойники из Гевы, но теперь эти стервятники убрались восвояси. Гевцам требовалось переварить проглоченные куски — иными словами, продать награбленное. Новые разбойничьи ватаги не появлялись, ибо сколь ни много мерзавцев обретается в Геве, но и их поток когда-нибудь должен иссякнуть. Впрочем, гевские подонки сэра Брудо интересовали не в первую очередь. Куда больше марашал заботило поведение некроманта, оно было непонятно. А сэр Брудо давным-давно усвоил: на войне все непонятное рано или позджно наверняка окажется опасным.

О некроманте селяне могли сказать лишь одно: он возвратился в Аднор. Наверное. С тем же успехом он мог провалиться в Гангмарово Проклятие либо взмыть под небеса на черном драконе — иными словами, никто толком не знал, куда подевался чародей, но Аднор был куда ближе небес и Преисподней, стало быть, вероятней всего, колдун удалился туда.

Вот сэр Брудо и решил отправиться к Аднору. С собой он взял два десятка всадников — не для битвы, разумеется, а для того, чтобы, случись беда, было кому возвратиться и доложить, чем завершилась вылазка.

Никаких следов пребывания войска мертвых округа не носила, все было тихо и удивительно мирно. Вот разве что селения стояли покинутыми, хотя кое-где встречались приметы того, что жители вернулись. Значит, прячутся.

Отряд выехал к Аднору в жаркий летний полдень. Повсюду пели птицы, под легким ветром качались ветви деревьев. В ярко-синем небе плыли чудесные ватные облачка. Великолепный день, и приближение осени лишь едва заметно. В такой день особенно неприятно умирать… но делать нечего, раз уж маршал решился, нужно доводить задуманное до конца.

Сперва ок-Икерн намеревался подъехать к городу с Гунгиллиными ветвями, но подумал и не стал связываться с этой ерундой. Какое дело черному магу до знаков Прекрасной? Маршал велел воинам:

— Ждите здесь. Если я не вернусь к вечеру, отправляйтесь к ок-Линверу и передайте: он снова командует. К сожалению, у меня нет никого получше. Если из города появятся вооруженные люди… или еще какая-то опасность — убегайте.

— Сэр, не стоило бы вам… — начал пожилой гвардеец.

Маршал поднял руку, солдат умолк.

— Я сам не хочу этого делать, но ничего более умного мне в голову не приходит. Сил, чтоб остановить чародея, у нас нет. Остается использовать бессилие.

— Ох, не хотел бы я оказаться на вашем месте, сэр, — признался воин.