Кирилл Манаков - История хорошего человека

       Мне удалось откатиться всего на несколько шагов от стены, когда ход времени замедлился, а окружающий мир зазвучал неспешно и басовито. Из разбитого окошка лениво, будто нехотя, выбирался язык желто-красного пламени, потом такой же всполох показался из соседнего окошка. А потом я вернулся в бушующую реальность.

       Лабаз полыхнул огнем из всех окон, стены дрогнули, из-под крыши взметнулись дымные струи, а куски черепицы взлетели подобно испуганной стае птиц. Страшный удар отбросил меня через пустырь к соседнему зданию, отстоявшему от лабаза на добрые пять десятков саженей.

       На несколько секунд потемнело в глазах, но я все время оставался в сознании. Уши заложило, и в полной тишине над полыхающим лабазом медленно кружили в воздухе черные хлопья.

       Дальнейшее воспринималось с некоторой отрешенностью. Я поднялся и, пошатываясь, пошел прочь мимо бегущих людей. Они что-то кричали, но звуки не прорывались сквозь тугую ватную завесу в голове. Странное ощущение - до сих пор приступы глухоты были мне не знакомы.

       Я вышел к небольшому парку близь ратуши. Место, своей изысканностью чуждое торговому духу Города. Аккуратные мощеные мелким камнем дорожки, клумбы с цветами, зеленые кустики и развесистые деревья. Я сел на скамейку и сжал голову руками. И сейчас же почувствовал сильнейший приступ тошноты.

       Проходящие рядом люди с удивлением оглядывались на меня. Чего точно не нужно - так это излишнего внимания, я нашел в себе силы подняться и перебраться на лужайку, где без сил опустился у огромного, поросшего серым мхом дерева.

       Ну и мальчонка! Последнее, что увидел в жизни Ночной Хозяин - это догорающая свеча и большая шкатулка. Красивая такая, с резной крышкой и аккуратным медным замочком. Никогда до сих пор не имел дела со Стратегами. И первый опыт ничего хорошего не сулил.

       Зато теперь у меня появилось разумное и понятное объяснение умению этого Стратега видеть бесплотный дух. Ничего этот парень не видит. Просто он точно вычислил, когда я приду. Знал ведь, когда прилетит к нему дух, и сказал мне ровно то, что хотел. И показал в мыслях то, что хотел. Понятно, что воспоминания связаны с детством. Время Большой Войны. Тогда легионы Владетеля железными граблями прошли по всем известным землям, сея смерть и разрушения. И тогда же детей сгоняли в только что построенные Башни. В то время я сам должен был войти в Башню Убийц. Только не помню я этого. Начисто забрали память Мастера. А вот Стратег смог найти возможность посмотреть покопаться в картинках из своего прошлого. И любезно показал их мне. А картинки, знаете, такие, что мороз по коже даже у меня, Убийцы, проползал.

       Живодеры все-таки Мастера. Убивать только за то, что оказался неспособен к обучению или слабее других. Один Создатель ведает, что в голове у Древних. А душа - есть ли она у них вообще? Хорошо, оставим в покое душевные терзания. Главный вопрос: зачем? Мне кажется, что они должны быть, прежде всего, рациональными. Какая польза от мертвых тел?

       Похоже, мои мысли пошли в направлении, отличном от желаемого. Это все, конечно, интересно и забавно, но дела насущные ждать не могут. Сейчас стало понятно, насколько опасен Стратег. Если раньше угрозу Марте и Ронику я воспринимал несколько отвлеченно, со слов Владетеля, то теперь она материализовалась в конкретном человеке.

       Я снова достал амулет.

       На этот раз скачок в сознание Стратега произошел почти моментально. У нас установилась прочая связь, еще немного, и я буду чувствовать его присутствие, слышать его мысли и видеть его глазами. Никогда раньше не доходил до такого уровня слияния с жертвой, смерть настигала ее раньше. А Стратег - он упорный...

       "...Ненависть и любовь... Прекрасная женщина, чем-то похожая на графиню Эделину Раону. Ее даже нельзя назвать красивой, а именно - прекрасной. В глазах - не страсть, а безграничная нежность. Счастлив человек, на которого смотрят вот так..."

       Однако, шустрый парень этот Стратег. Эделина пыталась спасти его, понимая, что сама обречена. Убийство человека, выполняющего волю Владетеля - тягчайшее преступление, караемое медленной и мучительной смертью. Быстро же он нашел замену.

       "Ты прав. Бедная Эделина мертва. Ее удавили в камере-одиночке Каземата".

       Я вздрогнул. Говорил Стратег. Точнее не говорил - я слышал его мысли. Такого еще никогда не было. Эмоции, образы, ощущения - это да, а вот разбирать слова внутреннего голоса еще не доводилось.

       "Поверь, Убийца, мне жаль ее. Ты не представляешь, как я скорблю, но даже я не в силах изменить судьбу".

       - Почему, Стратег? - начал я, но прервал вопрос. Он ведь не мог меня слышать.

       "И здесь ты прав. Я тебя не слышу и не вижу. Но я знаю, что ты здесь. У меня есть кое-какие возможности. Ты - первый Убийца. А я - первый Стратег. Мы - лучшие, друг мой..."

       Только теперь я осознал истинный уровень противника. Если я не знаю всех своих способностей, то один Создатель ведает, чего можно ожидать от Стратега.

       "О, я и сам не знаю, на что способен. Тут мы схожи, такими нас сотворили".

       Не знаю как, но он отвечает на вопросы, даже на те, которые я только собрался задать. Неужели этот парень видит будущее... или умеет рассчитывать его как ходы при игре в пранг? И то и другое есть явление поразительное и невообразимое.

       "Не теряй времени. Ты сам пришел ко мне, и у тебя много вопросов. Смотри".

       ...совсем еще мальчишка. Руки и ноги привязаны широкими ремнями к деревянному столу, сделанному, похоже, совсем недавно - еще чувствуется запах оструганного дерева. В глазах - безумие ужаса, перехватывающего горло и сводящего тело противной судорогой. Над ним - высокая фигура в длинном темном плаще с откинутым капюшоном. Я сразу понимаю, что это - Мастер. Он спокоен и... сила Создателя - в глазах явственно читается интерес и удовольствие. Мастер смотрит на меня и что-то говорит, слов разобрать не могу, пытаюсь прислушаться, но безуспешно. Подхожу ближе, он берет мою руку и кладет на голову мальчика. Тот дергается, пытается что-то сказать, но ужас перехватывает дыхание.

       Откуда-то сверху опускается доска с непонятными рисунками. Пальцы Мастера пробежали по рисункам, послышался звук, похожий на негромкое шипение с легким потрескиванием, и тело мальчика изгибается дугой. Крик пробивается из его сведенного горла, похожий не на человеческий голос, а на скрип петель закрываемой двери. Разве человек может так кричать?

       И тут приходит боль. Она пронзает все тело, я даже не могу сказать, где точно болит. Захлебываюсь кровью, хлынувшей из горла, пытаюсь кричать, но не могу - не хватает воздуха. Мастер сжал железные пальцы и не отпускает руку.