Дэвид Эддингс - Обретение чуда

— А ты не сумеешь так? Тут ничего сложного нет.

— Но, — возразила королева Поренн, — она ведь потеряла дар предвидения, не так ли?

— Должно быть, — согласилась тётя Пол, — но это очень малая цена, по-моему.

— Значит, она больше не колдунья? — настаивала Поренн.

— Она и так не стала очень искусной предсказательницей, а внутреннее зрение её было ненадёжным и затуманенным, — пояснила Полгара. — Так для неё лучше. Не будет зря будоражить себя и других.

И взглянула на короля Энхега, застывшего в почтительном оцепенении рядом с почти потерявшей сознание королевой.

— Не пора ли ехать? — спокойно спросила она. — Корабль ждёт.

Лошади, будто высвобожденные этими словами, рванули вперёд, оставив за собой храм.

Гарион всё же, не выдержав, оглянулся. Старая Мартжи по-прежнему стояла на ступеньках, не сводя глаз со своих ладоней и рыдая в голос.

— Нам выпало на долю великое счастье стать свидетелями чуда, друзья мои, — прошептал Хеттар.

— Думаю, однако, что та, которой благодеяние было оказано, осталась не очень-то довольна, — сухо ответил Силк. — Следи, чтобы я ничем не оскорбил Полгару, а то у её чудес, как у медалей, всегда две стороны.

Глава 21

Косые лучи восходящего солнца переливались на ледяной воде гавани; сани остановились около каменного причала. Судно Грелдика покачивалось, натягивая якорные цепи. Рядом ожидал ещё один корабль, поменьше.

Хеттар, спрыгнув на землю, подошёл к Чо-Хэгу и королеве Сайлар. Все трое о чём-то тихо и серьёзно заговорили, явно не желая вмешательства посторонних.

Королева Ислена, немного оправившись, сидела гордо выпрямившись, с застывшей улыбкой на лице. Когда Энхег вместе с господином Волком отошёл в сторону, тётя Пол пересекла покрытую льдом пристань и остановилась около саней.

— На твоём месте, Ислена, — твёрдо сказала она, — я нашла бы другое увлечение. Твой дар чародейства невелик, а кроме того, это опасное занятие.

Слишком много беды можно натворить, если не знать, что делаешь.

Королева оторопело уставилась на тётю Пол.

— Да, — продолжала та, — ещё одно предупреждение. Лучше бы тебе не иметь дело с членами секты медвежьего культа. Некрасиво водить дружбу с политическими врагами собственного мужа.

Глаза Ислены широко раскрылись.

— Энхег знает? — потрясённо спросила она.

— Я бы не удивилась. Он ведь гораздо умнее, чем кажется с виду. То, чем ты занимаешься, отдаёт предательством. Родила бы детей, и сразу найдётся много дел и станет не до глупостей. Конечно, я только советую, но всё же подумай о моих словах. Рада была повидаться, дорогая. Спасибо за гостеприимство.

И, резко повернувшись, Полгара отошла.

Силк тихо присвистнул.

— Это кое-что объясняет, — покачал он головой.

— Что именно? — полюбопытствовал Гарион.

— Верховный жрец Белара последнее время уж очень лезет в политику.

Очевидно, смог проникнуть во дворец намного успешнее, чем я предполагал.

— Королева? — испугался Гарион.

— Ислена просто помешана на волшебстве. Последователи культа Медведя проводят некоторые ритуалы, могущие показаться настоящим чародейством таким вот доверчивым простушкам.

Он быстро повернул голову туда, где король Родар беседовал с остальными королями и господином Волком, и глубоко вздохнул.

— Давайте лучше поговорим с Поренн, — предложил он и повёл всех к краю причала, где стояла маленькая светловолосая королева Драснии, глядя на холодные волны.

— Ваше величество! — почтительно начал Силк.

— Дорогой Келдар! — улыбнулась она.

— Не можете ли передать моему дяде кое-какие сведения?

— Конечно!

— Очевидно, королева Ислена совершила небольшую ошибку, — пояснил Силк. — Она связалась с последователями культа Медведя здесь, в Чиреке.

— Какой ужас, — прошептала Поренн. — Энхег уже знает?

— Трудно сказать, — пожал плечами Силк. — Думаю, если и знает, не скажет.

Гарион и я слышали, как Полгара велела ей прекратить это.

— Надеюсь, она послушает. Если история зайдёт слишком далеко, Энхег будет вынужден принять меры, и произойдёт трагедия, — Полгара говорила довольно категорично. Думаю, Ислена поступит как ей велено, но всё же сообщите дяде. Ему нравится быть в курсе дел.

— Обязательно скажу, — пообещала она.

— А также неплохо бы посоветовать ему не выпускать из виду храмы медвежьего культа в Бокторе и Коту, такие дела не делаются только в одном городе. Прошло уже почти пятьдесят лет со времени подавления культа.

Королева Поренн серьёзно кивнула:

— Тотчас же всё расскажу. Несколько моих людей засланы следить за членами секты. Как только мы возвратимся в Боктор, поговорю с ними и узнаю, что замышляется.

— Ваши люди? Вы так далеко зашли? — подначил Силк. — Быстро взрослеете, моя королева. Ещё немного, и станете столь же испорченной, как и мы все.

— В Бокторе постоянно плетутся интриги, Келдар, — чопорно заметила королева, — и дело не только в медвежьем культе. В нашем городе собираются торговцы со всего света, и не меньше половины из них — шпионы. Должна же я защитить себя и своего мужа!

— А Родар знает, чем вы занимаетесь? — лукаво осведомился Силк.

— Конечно. Даже в качестве свадебного подарка отдал с дюжину собственных шпионов.

— Совсем в духе истинного драснийца, — усмехнулся Силк.

— Но это так непрактично! Мужа всегда интересовало, как обстоят дела в других королевствах, поэтому я стараюсь быть в курсе того, что происходит в нашем, и хоть немного облегчить ему жизнь. Конечно, деятельность моя довольно скромна по сравнению с его масштабами, но всё же мне удаётся ничего не упустить из виду.

Поренн бросила кокетливый взгляд из-под опущенных ресниц.

— Если ты когда-нибудь решишься вернуться в Боктор навсегда, думаю, что смогла бы найти тебе работу.

— Что-то в последнее время предложения посыпались градом, — засмеялся Силк.

Глаза королевы внезапно стали серьёзными.

— Когда же ты вернёшься домой, Келдар? Перестанешь бродяжничать, возвратишься к своим? Мужу так не хватает тебя, ты мог бы быть гораздо более полезным Драснии в качестве главного советника Родара, чем в качестве бродяги.

Силк отвёл взгляд, щурясь на яркое зимнее солнце.

— Рано ещё, ваше величество. Я нужен Белгарату, а дело слишком важное, и бросить всё невозможно. А кроме того, я не готов к оседлой жизни. Люблю вести рискованную игру. Может, позже, когда все мы станем гораздо старше… кто знает?