Диана Гамова - Шёпот бессмертных

— Ну тебя! — Пробурчала я, отворачиваясь. — Психоаналитик недобитый.

— Признавайся! Он ведь в твоём вкусе!

— Не буду. Может, я и полено, но ты ведёшь себя, как подросток.

— Зато мне весело. И я не мучаюсь чувством вины за всё и всех.

Я зыркнула на неё исподлобья, решив больше не препираться. Таня поняла по-своему.

— Я слишком хорошо тебя знаю, подруга. Ты всегда чувствуешь за собой какую-нибудь вину… Бука, — хмыкнула Таня, всё же вспомнив о своём надкушенном час назад бутерброде.

Так незаметно к нам подкрался рассвет, а вместе с ним и хмурое первое мартовское утро.

5

В комнате с одним окном, задёрнутым лёгкой, местами пожелтевшей, тюлевой занавеской клубился полумрак. Именно клубился. Он мягкой тенью ложился на мебель, единственную старую картину и покрытый линолеумом пол. Он нежно окутывал ссутулившуюся человеческую фигуру, чуть светящуюся призрачно-голубым сиянием. Если приглядеться, можно разглядеть короткие светлые волосы, широкие плечи и, вероятно, тяжёлую голову. Ибо лбом человек, сидящий за деревянным столом, утыкался в собственные ладони.

Он вздрогнул, когда я подошла чуть ближе и коснулась сгорбленной спины. Голова поднялась, оторвалась от рук, и взгляд тусклых зелёно-карих глаз скользнул по мне, но ничего не заметил. Нет, не эти глаза мне внушали опасения и страх… Где вся сила, что таили они?

— Дмитрий, — тихо позвал мой фантом.

Человек снова вздрогнул, Он не видел меня, не слышал, но явно ощущал моё присутствие.

— Нам нужна твоя помощь, — как же я надеялась, что он услышит, хотя бы почувствует мои слова — На время я закрою тебя от первого. Но только на время. Вернись в Круг.

Мои призрачные полупрозрачные руки коснулись его плеч. И почти сразу фигуру колдуна стала опутывать синяя пелена с тонкими пульсирующими волокнами. Моя сила. Моя защита. На какое-то время я смогу укрыть его от вездесущего внимания Боргезова. По крайней мере, я очень на это надеялась.

Фантом исчез, растворился, а сознание стремительно вернулось в тело.

В этой комнате ничего не изменилось. Через пришторенное окно едва ли проникал дневной свет. Я сидела на полу перед кроватью в собственной комнате в доме Вёрса. У моих, сложенных по-турецки ног, сгорела почти наполовину белая свеча — мой ориентир в пространстве. Последнее время, когда я собиралась кого-то навестить или что-то сделать в своём призрачном фантоме, я всегда оставляла горящую свечу. На её пламя проще идти. И в душе поселялась уверенность, что всё пройдёт, как надо.

Вздохнув, я пальцами зажала фитиль. Пламя погасло.

Сил моих хватило ненамного. Но уже наметился явный прогресс. Я не просто нашла Диму, но и смогла чуточку его закрыть. При этом сознание, почти не замутнённое, вернулось обратно. Поскорее бы снова ощутить себя бессмертной, ангелом. Как же надоело быть слабой!

В дверь тихонько постучали.

— Не заперто, — отозвалась я, подымаясь с пола, тут же отряхивая одежду.

— Не помешал? — недоверчиво спросил вошедший Крисп, с удивлением оглядывая меня.

— Если б мешал, — я присела, взяв огарок в подсвечнике, — я бы не ответила.

— Что ты делала на полу? — Он с интересом вытянул шею, чтоб были лучше видны мои манипуляции со свечой.

Я глянула на него. Чуть удивлённый, на губах странное подобие полуулыбки — явно что-то задумал.

— А что делают на полу? Сидят, например. Вот я и сидела, — безразлично пожав плечами, я, наконец, отодрала от подсвечника огарок и сунула его в верхний ящик комода. — Ты чего-то хотел?

Лицо Фроста затвердело. Глаза стали холодными. Он сделал несколько шагов ко мне, остановился. Я уже привыкла к его весёлой, немного хамоватой натуре. И этот образ явно не вязался с вышеперечисленным.

— Что-то случилось? — Нервно дёрнув рукой, будто сбрасывая с неё неприятный липкий осадок, спросила я.

Он кивнул.

— Мира пришла в сознание. И теперь требует тебя.

— Меня??? — Я очень удивилась. — Мы с ней даже не знакомы.

— Тебя, — кивнул Крисп, не сводя с меня тёмных синих глаз.

Молча, я обошла Криспа и направилась в комнату Грега. Именно там сейчас обитала наша оборотница номер два. По пути я старалась не думать, зачем я ей вдруг понадобилась. Может, она отблагодарить меня хочет? Тогда у Криспа не было б такого жуткого выражения лица. А, впрочем, не думать, так не думать!

Я заметила, как Криспиан шагнул в комнату брата следом за мной.

Эта сторона дома была более светлой, чем та, в которой находилась моя комната. Окно выходило на тихую безлюдную улицу. Тротуар уже запорошило снегом, а дорогу покрыла блестящая тонкая корочка льда.

На кровати, застеленной белым покрывалом, сидела довольно хрупкая бледная девушка. Она разделила свои тёмно-русые волосы идеальным пробором по центру, и теперь медленно расчёсывала пряди. Светлые карие глаза изучали пейзаж на маленькой картинке в позолоченной раме.

Как только мы вошли, девушка поднялась. Она сразу подошла ко мне и порывисто схватила за руку. Чуть отшатнулась, закрыв глаза. Потом, вздохнув, грустно поглядела на меня и снова уселась на кровать.

— Извини, — пробормотала я, — У меня всегда руки холодные.

— Я эмпат. — Голос колдуньи оказался резким, никак не вяжущимся с её миловидным личиком. — Будь твои руки хоть изо льда, меня это не волнует.

Переглянувшись с Криспом, мы прошли к небольшому диванчику, стоявшему напротив кровати. Я села поглубже, утонув в мягкой спинке. Крисп устроился на подлокотнике, сурово глядя на оборотницу.

Только я собралась с мыслями, чтобы начать беседу, как меня опередила сама Мира.

— Ты — Роксана Лебедева. Земной ангел. Тебя хотел убить Димка. И твою силу хочет Боргезов. Так что, можешь не представляться. Я тебя уже знаю.

Я снова обменялась с Криспом взглядами. В душе накапливались какие-то неприятные волнения.

— Меня зовут Танимира. Но я предпочту, чтобы ты, как и все, звала меня Мирой.

— Хорошо, — протянула я.

— Сначала, — Мира впервые после того, как мы сели на диван, оторвала взгляд от картинки на стене и заглянула мне в глаза. — Спасибо, что спасла. Этого колдуна, — она перевела взгляд на сидящего на противоположном конце дивана Криспиана, — я уже поблагодарила. Теперь к делу.

И замолчала.

Прошла минута. Вторая. Я поёрзала на мягком диване. Может, оборотница хочет, чтобы я первой начала разговор? Может, ей просто ещё не очень хорошо? Когда мы нашли её в лесу, она стояла, как говорится, на пороге смерти. Я закрыла глаза, привычно вызывая ви денье внутренней энергоструктуры человека. Н-да, сил у неё мало. Но она быстро восстанавливается. Кажется, Таня говорила, что у оборотней метаболизм быстрее, чем у других. И, соответственно, выздоравливают они быстрее.